Лера Корсика – Игрушка для мэра (страница 20)

Бегу в ванную. Хватаю таз, ведро, все что попадается под руки, роняю, сама оступаюсь и чуть не падаю. Бегу в комнату. Пытаюсь заткнуть дыру тряпкой.

Какой там! Струя небольшая, но вырывалась под давлением, поэтому и била аккурат в середину стоящего рядом дивана, на котором спала я.

— Боже мой! Что ж за напасть… Как я потом это буду сушить? А соседи? Мамочки...

— Что ты носишься как беременный бегемот? — из соседней комнаты раздается голос тети Веры, — Разбудила меня в такую рань! Ты давно ли... Ах! Напасть-то какая!

Исподлобья зыркнула на вошедшую в комнату тетку.

— Я никаких телефонов служб не знаю. Беги в 25-ю квартиру. Там баба Таня живет. Она у нас главная по подъезду, все знает.

— Кошмар! Кошмар! — тетка меня словно не слышала.

Вместо того, чтобы действовать, схватила мою, между прочим белую футболку, и кинулась оттирать диван.

— Ты что творишь? Звони иди! Тут кипяток! Мы соседей топим. Алло!!!

Тетка всплеснула руками и скрылась из вида.

Я уже не скрываясь взвыла и стала дуть на красные распаренные руки. Как же больно!

Накинула испорченное уже одеяло на батарею, тряпка совсем не справлялась со струей. Я снова начала метаться по квартире. Надо было чем-то придавить тряпку и направить текущую воду в таз!

Шваброй?

Послышались шаги.

— Наконец-то! Дозвонились?

На входе стоял Чернов.

— А вы что здесь делаете? — я обезумела.

— В чем дело?

— Батарею прорвало. Что уже утро? Вы… что? За мной? Бли-и-ин, — остро захотелось вновь заплакать.

Он скинул пальто и прошел в комнату.

Тихо чертыхнулся.

Я его обогнула и поспешила претворять в жизнь свою баррикаду.

Неожиданно моих боков коснулись прохладные руки и отодвинули меня в сторону.

Чернов был в одних трусах.

Глаза полезли на лоб. Когда успел раздеться то?

Он криво улыбнулся.

— Не хотелось бы костюм испортить, у меня сегодня важные переговоры.

Я стояла и растерянно смотрела на то, как мужчина споро перекрыл кран. Стянул мокрую тяжелую простынь, обмотал батарею и завязал ткань на узел, направил усмиренную струйку в пустой таз. Собрал тряпкой остатки жидкости с пола, насколько это было возможно и встал.

И заняло у него на все про все минут пять! Обидно...

На мой порыв «Давайте я сама» резко меня остановил и отодвинул подальше. И я, честно сказать, растерялась.

— У вас есть чем обработать руки?

Я опустила взгляд на красные, пульсирующие болью руки. Только сейчас поняла, насколько меня шатает от боли и усталости.

От двери послышался шум.

— Машка. Соседи перекрыли воду в подвале. Вызвали аварийку, — тетя забежала в комнату и ошарашенно уставилась на Чернова, — здра-а-авствуйте, — Вера неуверенно заулыбалась, и хотела кокетливо поправить волосы, но наткнулась на бигуди.

Уж кого-кого, а полуголого Апполона она увидеть в нашей квартире точно не ожидала.

— Добрый день. Марии нужна помощь. Где у вас аптечка?

Тетя молча пялилась на Чернова.

— Да нет у меня ничего такого. Нужна какая-то мазь от ожогов, наверное… — я ответила слабым голосом. Адски хотелось прилечь. Ноги не держали. Все тело горело огнем.

Чернов вышел и через минуту зашел уже одетый.

— Маша… Вы, простите, как вас зовут?

— Вероника Максимовна, — тетка приосанилась.

— Вероника Максимовна, помогите Марии одеться. Я отвезу ее в больницу. Это не шутки.

Тетя стояла с полуоткрытым ртом и хлопала глазами, все еще не понимая ситуации.

У меня закружилась голова и начало тошнить.

— Поторопитесь, — Ченов рявкнул так, что Вера тут же понеслась к моему шкафу, исполняя его поручение.

Глава 24

Чернов нес меня нежно и бережно.

Напятили на меня какую-то хламиду, меня знобило, сил спорить не было. Завернули в одеяло, и так меня Чернов и донес до своей машины.

На его руках было уютно, и я чувствовала себя в безопасности. Тонкие нотки древесно-цитрусового парфюма успокаивали, убаюкивали.

Он осторожно забрался в машину, не выпуская меня из рук. И видимо, в какой-то момент я провалась в сон, потому что очнулась уже, когда меня расталкивала опрятная медсестра средних лет.

— Миленькая, Мария, очнитесь, мне без вашей помощи не справиться. Нужно вам спину обработать и переодеть.

— Где я? — все тело саднило, меня мутило, немного кружилась голова.

За окном ярко светило солнце. Я находилась в больничной палате. Не сразу удалось вспомнить, как я сюда попала.

Я опустила взгляд на руки, кожа шла красными пятнами, но ничего критичного. Волдырей и ожогов не было.

Я с облегчением выдохнула. Неужели обошлось?

— А почему мне там плохо?

— Тепловой удар. Перегрелась сильно, организм и засбоил. Как бывает при температуре под сорок. Вот и все признаки сильной простуды у тебя. Ломота, слабость. Пару дней отлежишься, капельницы поддерживающие поставят, и будешь как новая. Повезло тебе, еще бы подольше повозилась в кипятке, и кожа бы не выдержала, облезла.

Я неуверенно кивнула.

— Вот специальный гель, по рукам сама разотрешь тонким слоем. Ноги посмотри, если надо где. А спину я тебе сейчас обработаю. Сними, что это на тебе?

Я посмотрела на себя. На мне была надета длинная хлопковая сорочка Веры, большая мне размеров на пять. М-да уж...

Аккуратно встала и повернулась спиной к медсестре, помогая задрать на спине ткань.

— Здесь тоже все красное. Но, ничего. До свадьбы заживет. Не переживай.

— Да я и не переживаю, — вздохнула.

Черт... я же сегодня должна была с Черновым провести крайний день, обсудить и уточнить статью. Да как так?! Я в отчаянии махнула рукой.

— А телефон мой где?