Лера Корсика – Игрушка для мэра (страница 16)
Почему это я должна пить? Ну, вообще-то, я и правда хочу пить, но его тон! Я возмущенно взяла воду и поднесла к губам, смотря на мужчину и выпивая все до дна.
— Еще? — его вновь забавило мое раскрасневшееся лицо и сбитое дыхание.
Он так быстро взял себя в руки! Поразительно!
Я же до сих пор пыталась собрать себя из той лужицы, в которую расплылась.
— Эммм… Я хотела, мне надо… в редакцию! Срочно. Да.
Лукавый взгляд мужчины мне сказал все без слов.
Я расправила плечи и повторила спокойнее.
— Мне нужно передать материал в работу. Сегодня вас сопровождать я уже не смогу. Какие планы на завтра?
Чернов еще раз молча ухмыльнулся и прошел к своему столу. Открыл ежедневник, пролистал, нахмурился.
— Завтра разъездной день, совещание в Ленинском районе, в администрации по бюджету и… да вам это вряд ли интересно, — он взглянул на меня, — предлагаю пообедать в час дня на Спасской, вы не заняты в обед?
— А-а.. ну, нет. А почему бы мне не поехать с вами с утра на совещание?
— Ну, как бы вам покорректнее сказать так, чтобы не приукрасить и не умалить моего настроя на завтрашнее утро. Я буду громко и доходчиво объяснять матом насколько глава одного департамента неправ. Но, мне бы не хотелось, чтобы ваши нежные ушки слышали уровень моего недовольства. Хочется в ваших глазах оставаться приличным мэром, — он так открыто и лукаво улыбнулся, что я невольно поймала себя на мысли, что улыбаюсь ему в ответ.
Как дура!
Ну нельзя же так! Боже ж ты мой, что со мной творится?! У него вон с Розалией непонятно что творится! А вдруг все серьезно?
Стало грустно...
— Хорошо, ну, тогда… до завтра!
Я схватила свою сумку, и направилась к двери.
Чернов вдруг резко меня окликнул:
— Мария Александровна, — и замолчал, словно обдумывая свой дальнейший вопрос, — До завтра.
Я выдохнула и кивнула.
Закрыв за собой дверь кабинета Чернова, я словно отсекла невидимую границу, потому что давление его мощной энергетики на меня прекратилось. В приемной дышалось немного легче, и я сделала глубокий вдох, пытаясь прийти в себя после всей этой сцены. Но мысли в голове метались, как растревоженные птицы.
Воздух здесь казался прохладным, гулял легкий сквозняк, и я даже немного поежилась.
В зоне ожидания не было посетителей, и я порадовалась. Мне нужно было несколько мгновений, чтобы прийти в себя.
Я услышала тяжелый цокот каблуков. В помещение вошла София, увидела меня и тут же ее взгляд меня обжог.
Ее губы скользнули вверх в злорадной ухмылке, а глаза зло сверкнули.
— Ну что, обед удался? — убийственно ядовито протянула она, лениво растягивая слова.
Я старалась не показать эмоций, но внутри закипало негодование. Я решила проигнорировать эту чересчур самоуверенную дуру.
Когда я двинулась на выход мимо ее стола, София вдруг наклонилась ниже, тихо, словно змея, прошипела:
— Катись отсюда. Моя сестра имеет на него планы. Не смей здесь жопой крутить!
Я замерла на мгновение, её слова, полные яда, ошарашили. Собравшись с силами, я внутренне выпрямилась, стараясь не выдать потрясения. С гордо поднятым подбородком, я развернулась.
— Как там тебя, неуважаемая, ты видно совсем не дорожишь своим местом и своей пустой головой. Может тебе напомнить кто я и зачем я здесь? — проговорила я тихо, но эта, слышала каждое мое слово, — Я журналист, и, надо же, какая случайность, я брала интервью у Чернова и совсем забыла выключить диктофон, — я изобразила самую злорадную из своих ухмылок и повысила голос, — Прикинь?
София выпучила глаза, но ответить мне не решилась.
Развернувшись, я пошла на выход. Таких гнилых людей всегда надо осаживать. Они понимают только силу.
Но в глубине души я знала — этот словесный бой только начало, а моё противостояние с Софией. а теперь и Розалией обещало обрести новую, более жёсткую форму.
Дорогие друзья!
У меня в соавторстве с коллегой Дарой Свит стартовала новинка!
“ИЗМЕНА в 42. Уроки любви”
Жизненная история о реальной жизни. Будет и грустно, и радостно, и опасно, и мечтательно. Присоединяйтесь! Ваша поддержка на старте библиотеками и прочтениями меня очень сильно поддержит!
https:// /shrt/rHqu
https:// /shrt/rHqu
Глава 19
Мне и впрямь нужно было съездить в редакцию. Обсудить с главредом план статьи, передать ценные кадры со стройки и детдома, чтобы их довели до удобоваримого состояния и возможности печати в газете.
Все же несправедливость возложенной на меня ответственности пугала и поражала одновременно.
Ведь Чернов — такой значимый человек в нашем городе, а отправили к нему меня, по сути, соплячку без диплома.
Даже в голове не укладывалось.
По дороге в редакцию мои чувства бурлили с прежней интенсивностью. В такси, прижавшись лбом к прохладному окну, я обняла себя руками, как будто это могло помочь сохранить равновесие.
Неприятная сцена в мэрии никак не выходила из головы — каждое слово, каждый взгляд было одновременно изматывающим и наполненным электричеством.
Я никак не могла понять, почему меня так влечёт к человеку, с которым наши пути, казалось, никогда не должны были пересечься.
Чернов, этот невозможный мужчина, мне нравился. И очень.
Призналась я себе наконец, хоть и понимала, что мы слишком разные, чтобы быть вместе. Для меня он был яркой кометой, недосягаемой и холодной в своём великолепии. Я не знала, как долго ещё смогу балансировать на грани между восхищением и осознанием невозможности нашего союза.
Мелькающие уличные огни за окном такси отражались в моих глазах, когда я прислонилась головой к стеклу, пытаясь понять, чем еще мне аукнется этот проект. В голове всё ещё витали недавние слова Чернова, его комплименты и та невидимая, но ощутимая нить, что связывала нас, даже если я старалась её не замечать.
Еще пара дней и мое интервью у него закончится, как закончатся и наши встречи. А мое сердечко будет болеть в одиночестве и тоске.
На горизонте появилось здание редакции. Подъехав к входу, я быстро расплатилась с водителем и вошла внутрь, стараясь подавить волну эмоций, обрушившихся вновь. Меня ждала работа, где для эмоций не было места.
Я мысленно прогнала все эти раздирающие чувства, сосредоточившись на задачах, что ждали впереди, и твёрдо решила не позволять личному вмешиваться в мою профессию. Но глубоко в сердце продолжало тлеть ощущение чего-то незавершённого.
Возле лифта ко мне стремительно подошла Екатерина, её глаза буквально сияли от интереса. Она была моим наставником по практике. Но как человек, она мне не нравилась. Была наглая, склочная, шумная.
– Привет, Машка! –– Давно не виделись. Как дела?
Я чуть поморщилась. Терпеть не могла фамильярность.
– Привет. Всё хорошо, работа кипит. Заглянула в редакцию, чтобы собранную информацию для статьи передать, – отозвалась я, не понимая, почему она так возбуждена.
– Я в шоке, что Чернов на тебя повелся! Ведь он никому не дает интервью! Хотя… Ты прям приоделась, такая фифа! Ну, точно! Запал. Вот и весь ответ! А ты молодец. С такими кобелями только так и надо, – в её голосе слышалось странное любопытство и, кажется, зависть. – Ну-ка рассказывай, подкатывал? Куда водил? В ресторане вас, говорят, видели.
Я нервно улыбнулась. Еще не хватало, чтобы эта тараторка сплетни про меня с Черновым разнесла! Постаралась говорить легко и отстраненно.
– Да брось. Что за влажные фантазии? Мы просто встретились в ресторане, у него была деловая встреча, а я была рядом. Правда, ничего мне оттуда записать не удалось, там такой мужик неприятный был, и они недолго разговаривали.
– Конечно, конечно, деловая встреча... – протянула она с прищуром. Её интерес к деталям сбивал меня с толку. – А пальто он тебе зачем купил? Мне вот никто не покупает, а тут Чернов!
Я и сама не знала, зачем он это сделал. Стоя перед ней, я немного растерялась, но попыталась объяснить.
– О, с этим пальто вообще история. Мы были на стройке. И я упала неудачно в грязь. Чернов церемониться не стал и отвез в ближайший магазин. Ну и денег моих не взял, хоть я и предлагала. Сказал, что все из-за него, так что он просто загладить вину решил. Вот и всё. Никаких романтических предложений не было! Не выдумывай то, чего нет.