Лера Колдуна – Чекист и шифровальщица (страница 6)

Лапин вышел, но остался возле двери, надеясь услышать разговор через узенькую приоткрытую щель. Он чувствовал, что звонок будет не Верховецкому, и был прав.

Анатолий несколько раз прокрутил диск телефона.

«Хоть бы она была дома», – подумал майор.

– Я вас слушаю, – раздался женский голос в трубке.

– Здравствуйте, Катерина Петровна!

Голос замер.

– Здравствуйте, – наконец ответил голос.

– Вы узнали меня?

– Не сразу, – соврала Катя. Она узнала его, но не могла поверить.

– Как ваши дела?

– Хорошо.

– А почему вы не на фабрике?

– У меня сегодня выходной.

– Повезло вам. Но я звоню не затем. Катерина Петровна, вы кое-что мне обещали, – сказал многозначительно строгим голосом Анатолий.

– Вы тоже кое-что мне обещали, – неожиданно для самой себя ответила Катя.

– И что же я обещал? – Полякову понравилась эта внезапная дерзость, хоть он и не был готов к такому повороту в разговоре.

– Сводить меня в кино.

– Точно! Вы совершенно правы! И как я мог забыть об этом? Вы сможете завтра? Сегодня у меня очень много работы…

– А что обещала вам я? – погрустневшим голосом спросила Катя.

– Подумать о военной службе.

– Я подумала. Но не уверена до конца…

– Катерина Петровна! А, впрочем, зачем ждать до завтра? – вдруг бодро заговорил Толя, – Встретимся сегодня. В 18:00 я буду у вас. До встречи!

– До встречи!

Анатолий в задумчивости повесил трубку. Он уже и сам не понимал, для чего нужна была ему эта встреча. Обычный шантаж, и Катя у него в руках. Зачем это всё ему: цветы, театр, кино? Но он хотел её увидеть. И не только увидеть. Его разгульная натура уже рвалась наружу.

Стоявший за дверью Михаил Лапин ушёл, погрузившись в тяжёлые мысли.

До назначенной встречи было ещё далеко – без малого четыре часа, и Поляков увлечённо занялся своей работой.

Он отбивал на печатной машинке очередной отчёт, на этот раз по установленному выезду Гольцмана во Францию, и в этот момент в кабинете раздался телефонный звонок. Внутри у Анатолия всё сжалось. Он был уверен: звонила Катя. А вдруг она отменит встречу?

– Майор НКВД Поляков.

– Дорогой, ты сегодня домой планируешь? – спросил знакомый голос жены.

– Не готов сказать, – ответил он, погрустнев. Жена расценили эту ноту в голосе, как тоску по семье и обречённость из-за работы.

– Ты не будешь возражать, если я уеду сегодня и на все выходные с Митей на дачу к Дарье? Хочу провести последние тёплые дни на природе. И Митьке хоть компания будет: Дашиному сыну уже два года, он старше нашего на три месяца.

Марьяна говорила увлечённо, но Толя её как будто не слышал. Она уедет на все выходные – вот что было главное. Он так устал от скандалов дома, что ему хотелось просто тишины. Он любил Марьяну. Наверное. Ведь он женился по любви. Вроде бы. Но семейную жизнь он давно разменял на работу, на кабаки и на легкодоступных девиц, о которых жена, конечно, знала и о которых говорила, что не простит, но прощала. Такой для него была и Катя: новая, очередная, но в отличие от других не только желанная, но и необходимая для иных целей. Лишь бы она согласилась. Лишь бы.

– Я не буду возражать. Марьяночка, извини, но я занят.

– Поняла, поняла. Я пойду собираться. Целую тебя!

– И я тебя целую. Удачной дороги!

Толя повесил трубку.

Глава 5

Анатолий опаздывал. Катя была сама не своя. От волнения она измяла подол своего ситцевого платья нежно-персикового цвета с меленькими голубыми букетами. Он должен был прийти час назад. Полчаса назад она звонила ему, и он обещался быть непременно. Катя была готова заплакать от волнения, когда в дверь постучали. Это был он, Анатолий, с букетом белых астр. Катя не ожидала, что будет настолько рада его появлению, что чуть от порыва эмоций не бросилась на шею гостю.

– Подождите меня в гостиной, я поставлю цветы в вазу, – сказала девушка.

Толя прошёл в комнату. На столе теперь лежала клетчатая скатерть, в остальном комната была такой же, как в прошлый раз.

Катя вернулась быстро. Она поставила на стол вазу и произнесла:

– Вы как всегда с цветами.

– Красивым и любимым девушкам всегда дарят цветы.

От этих слов будто ток побежал по всему телу, и Катя почувствовала, что покраснела. Толя смотрел на неё слишком пристальным взглядом.

– Мне надо написать записку маме. Это займёт всего пару минут, – сказала Катя и удалилась в свою комнату. Там она написала несколько слов: «Мама! Я ушла в кино с Анатолием Васильевичем. Скорее всего буду поздно. Не жди меня и ложись спать. Катя».

Катя вернулась с запиской в зал. Толя рассматривал фигурки в буфете. Девушка положила записку на стол, подошла к гостю, открыла старинный буфет и достала оттуда миниатюрную фарфоровую балерину. Она протянула её Толе:

– Дарю.

Толя оторопел.

– Возьмите, – настаивала она, – это от чистого сердца.

Он взял и убрал в карман пиджака.

– Надеюсь, не разобью. Что ж, теперь мы можем идти?

– Да, – подтвердила Катя.

Они шли по вечернему Ленинграду. Погода в этот день была тёплая, безветренная. Катю переполняли чувства: рядом с ней шёл мужчина её мечты. Статный, подтянутый, невероятно красивый. А сегодня он одаривал Катю настолько лучезарной улыбкой, что у девушки перехватывало дыхание. И в этот прекрасный вечер Толя вёл свою спутницу в обновлённый кинотеатр «Аврора» на фильм «Шахтёры».

– Катерина Петровна, как получилось, что вы ни разу не были в кинотеатре?

– Анатолий Васильевич, называйте меня просто Катя. Мне так привычнее.

– Хорошо. А вы, то есть ты, называй меня просто Толя. Иначе чувствую себя старым дядькой.

Катя заулыбалась, потом ответила на заданный ранее вопрос:

– Моя единственная подруга Варя работает в две смены, как и моя мама. А больше мне гулять и не с кем. С Варей иногда ходим на танцы. Ты любишь танцы?

– Люблю. Там я познакомился с женой.

Катя опустила глаза. Толя понял, что она расстроилась.

– Но сейчас совершенно не хватает на это времени, – сказал он.

Они вошли в кинозал. Свет погас, и началась картина. Действие фильма развернулось в небольшом городе Донбасса. Это был рассказ о противостоянии между главным героем Семёном Примаком и его начальником Чубом.

Катя смотрела фильм увлечённо, но чувствовала, как Толя наблюдает за ней. На протяжении всего фильма он не отпускал Катину руку, как тогда, в театре.

Когда фильм закончился, Катя и Толя вышли из «Авроры» и направились к дому Кати. Они шли медленно, держась за руки.

– Тебе понравился фильм? – спросил Толя.