Леонид Свердлов – Экзамен по фарнухтологии. Рассказы и стихи (страница 6)

– Почему я?

– А потому, – ответил Дед Мороз, – что другим сейчас не до этого. Кто-то ёлку наряжает, кто-то гостей ждёт, а кто-то сам в гости идёт. Как же я буду людей от праздника отрывать? А вот ты праздновать не собирался, даже ёлку не купил. Во всём городе ты один в праздник спать собрался. А ведь как Новый год встретишь, так весь год и будет. Так что не возражай, а быстро в путь собирайся. Добрым людям помогай, злых не бойся, новых друзей находи и присутствие духа никогда не теряй.

Сказав это, Дед Мороз стукнул посохом и растворился в воздухе, оставив меня наедине с пушистым комочком, который наконец перестал метаться по комнате и замер на том месте, где только что стоял волшебный дедушка.

Похоже, новогодний сон обломился. Выбора мне никто не оставил.

– Ну ладно, давай уж тогда знакомиться, – сказал я.

– Я мышка Норушка! – пискнул зверёк. – Твой большой сказочный друг.

Собственно, ничего другого я и не ожидал.

– Хорошо, что сказочный, – сказал я. – Ты, видать, лучше моего понимаешь, что теперь делать надо.

– Понимаю! – заверещала мышка, снова начиная носиться по комнате. Долго сидеть на одном месте она определённо не умела. – Лежит тебе путь за тридевять земель, в царство Кощея Бессмертного.

– Сядь спокойно. Это я уже и сам понял. Скажи, как туда добраться.

– Лежит туда дорога через сказочный лес. Дальше никто пути не знает.

Пропищав это, мышка метнулась к шкафчику, где я в детстве хранил игрушки. Лет двадцать назад я открыл его в последний раз. Подумать только! Мне ведь тогда и в голову не пришло, что я закрою этот шкаф на долгие-долгие годы. Так нежданно-негаданно кончается детство.

Конечно, в шкафу за это время многое переменилось. Сразу за дверью начинался сказочный лес. Высокие сосны на горизонте не скрывались за чахлыми деревцами, растущими на поросшем густым мхом болотце. Узкая тропинка, извиваясь, уходила вдаль.

Мышка Норушка понеслась вперёд по тропинке, я не торопясь побрел за ней. Зима в сказочном лесу ещё не начиналась. Было довольно тепло, под ногами хлюпало.

– Нет Нового года без Снегурочки, вот и зимы нет, – пищала мышка, будто читая мои мысли. – Я и побежала Деда Мороза искать, чтобы зиму попросить.

– Искала Деда Мороза, а нашла меня. Вот сам бы он и пошёл за своей Снегурочкой. И охота мне вместо праздника по болотам шастать.

– Нету у тебя никакого праздника! Кто ж это Новый год один встречает, и совсем без ёлочки? Стыд-то какой! Это ж не жизнь – без друзей и без сказки. Ты, наверное, людей не любишь, со всеми друзьями рассорился, интерес к жизни потерял, раз тебе пригласить некого и тебя никто в гости звать не хочет.

– А ну, заглохни! – прикрикнул я на неё. – Раз уж ты наружка, так сиди себе снаружи и помалкивай, а в душу мне не лезь. Тоже мне, психоаналитик с розовыми ушами!

– Эй, наверху, смотри, куда ступаешь! – послышалось у меня из-под ног.

Голос был чёткий и громкий, но, несмотря на резкость слов, очень спокойный и флегматичный.

На тропинке передо мной сидела крупная лягушка. Симпатичная, если к земноводным применимо такое слово. Кожица гладкая, изумрудного оттенка, без пупырышек, глазки крупные, но не выпученные, взгляд томный. Длинные пальчики передних лапок сжимали серебряную стрелу с оперением гламурного розового цвета.

– Твоя вещь? – спросила лягушка. – Что ж ты пуляешь куда ни попадя? Ещё бы сантиметр вбок ― и я стала бы бабочкой из гербария.

Лягушка стала бы бабочкой из гербария! У неё своеобразная логика.

– Это не моя стрела.

Лягушка смерила меня оценивающим взглядом и спокойно, хоть и с некоторым разочарованием, произнесла:

– Я так и думала.

Мышка, уже пробежавшая метров пятьдесят вперёд, вернулась, обежала вокруг неё, остановилась рядом со мной и сказала:

– Я мышка Норушка! А ты кто такая?

– Ну, допустим, я лягушка Квакушка. Ещё вопросы будут?

– Мы идем в царство Кощея Бессмертного Снегурочку спасать! Пойдёшь с нами?

– Можно и с вами, – на удивление быстро согласилась лягушка. – Не всё же мне на сыром болоте лучшие годы жизни проводить.

Так мы и продолжили путь втроём.

Долго ли, коротко ли, минут через двадцать болото закончилось, и мы вышли на поляну у леса. Посреди поляны на огромном пне, как на стартовом столе, стояла деревянная ступа, а за ней была видна избушка на курьих ножках.

– Избушка, избушка, повернись ко мне передом, а к лесу задом! – сказал я с детства заученную фразу.

Избушка нехотя развернулась, из дверей выскочила Баба Яга и сразу, как водится, начала ругаться:

– Это кто сюда припёрся?! Чего надо?!

– Заткнись, старая! Сначала накорми, напои да спать уложи, а потом уж вопросы задавай!

Эта фраза была такой же стандартной, как и первая, но её я сказал с гораздо большим чувством. Практически от самой души. Поспать было бы действительно неплохо. Жаль, что это-то как раз мне и не светило. Я ведь пришёл по делу.

Услышав ключевые слова, старушка сразу сменила гнев на милость, поправила растрёпанные волосы и ласково сказала:

– Добрый молодец? Не ожидала. Ты уж извини, что я так грубо. Не знала, чай, кто пришёл. Конечно, и накормлю, и напою, и даже баньку истоплю, чтоб от тебя так сильно русским духом не пахло, а там уж и спать ляжем.

От последних её слов меня аж передернуло, и спать сразу расхотелось. Но отступать было поздно, тем более что по сюжету я всё равно должен был принять предложение. Понятно, что никто, кроме Бабы Яги, дорогу в царство Кощеево мне указать не мог.

В избушке на курьих ножках было тесно и промозгло. Баба Яга стряхнула пыль со старого качающегося стула и подвинула его ко мне:

– Садись, добрый молодец, давай выпьем за знакомство.

Она достала из-под стола бутыль, наполненную мерзкой мутной жидкостью.

– Водка-то палёная, – попытался было возразить я.

– Что ты, что ты! Лучший самогон во всём сказочном лесу! Испробуй, добрый молодец, враз обо всех бедах забудешь.

А деваться некуда. Неприлично гостю отказываться, тем более что сам напоить просил. А мышка из-под грязной скатерти нос высовывает, смотрит жалобно и пищит:

– Не пей – козлёночком станешь.

Поздно. Опрокинул я в себя пыльный стакан, и сразу мир в другие цвета окрасился. И комната мне побольше показалась, и свет поярче, и мебель поновее. А сама Баба Яга вовсе не старой бабушкой стала, а самой что ни на есть бабой правильных форм и размеров. Смотрит она на меня ехидно-завлекательно.

– Ну что, – спрашивает, – добрый молодец, понравился ли тебе мой самогон?

Я уж хотел ответить, что понравился, да от самогона у меня всё дыхание перехватило. И закусить нечем. А мышка пищит, причитает чего-то. Ну я её поймал, зажал в кулаке, выпивку занюхал, и сразу мир для меня в исходное состояние пришёл. Не соврала мышка – пригодилась. Страшной ошибки совершить не дала. Видать, для того друзья и нужны, чтобы нас в трудную минуту удерживать. Ведь и впрямь чуть было козлом не сделался.

Стал я снова нормальным человеком, но виду решил не подавать. Пусть бабка думает, что провела меня.

– Что-то, – говорю, – разморило меня с дороги. Пойду посплю, пожалуй.

– Ну пойди, поспи, – бабка отвечает, а сама хихикает. – Ой, молодежь! Совсем пить разучились. Ну ты иди-иди. Залезай на печку, скоро к тебе приду.

Залез на печку, занавеску задёрнул, стал обдумывать дальнейшие действия. А тут и лягушка появилась. Стрелу протягивает. Будет мне теперь чем обороняться. Готовлюсь.

Только тут избушка снова ходуном заходила. Новый гость пожаловал. Я занавесочку отодвинул и одним глазом наблюдать стал. Входит в комнату старичок. Спортивный, подтянутый, худощавый. Я хоть Кощея Бессмертного никогда не видел, но сразу его узнал. Баба Яга суетится, бегает вокруг него, а он только морщится.

– Что это, – говорит, ― у тебя тут русским духом пахнет? Никак опять мужика привела?

– Да что ты, Кощеюшка! – всплеснула руками Баба Яга. – Да к лицу ли мне мужиков к себе заманивать! Они ко мне сами приходят. Потому как сердце у меня доброе, никому в ночлеге не отказываю. Только ты один ко мне носу не кажешь. Уж, почитай, сто лет ко мне не захаживал. Забыл дорогу к подружке старой. И сейчас стоишь на пороге как неродной. Давай уж заходи, присаживайся, выпей, о жизни нашей бесконечной поболтаем.

– Некогда мне с тобой лясы точить, – недружелюбно ответил Кощей. – Лучше скажи, как мне горю своему помочь.

– Никак беда какая приключилась?

– Приключилась, старая, – сказал Кощей, наконец присаживаясь за стол.

– Так расскажи – облегчи душу.

Кощей глубоко вздохнул и, отвернувшись в угол, начал рассказ:

– Зашла тут давеча ко мне в гости Снегурочка…

Баба Яга залилась звонким смехом: