Леонид Словин – Обратный след (страница 56)

Звона проскочившей в накопитель монеты не последовало.

— Нет, — подтвердил дежурный.

— Повторим, — Денисов опустил еще монету.

Результат был тот же.

— Все ясно.

Пластмассовый, глубиной в несколько миллиметров, желоб, тянувшийся внутри ячейки от прорези до накопителя, был засорен. Монета не попадала в узкий, похожий на школьный пенал, монетоприемник. Застревала по пути.

Денисов кивнул Сабодашу:

— Надо поговорить с заведующим.

— Обязательно.

Они по эскалатору поднялись в центральный зал. Антон подошел к табачному киоску купить папирос. Денисов остался ждать у дверей. По другую сторону огромного, во всю стену, стекла пожилая женщина ела ватрушку, с интересом изучая зал. Начиналась посадка на поезд дальнего следования.

— Давай прервемся ненадолго, зайдем в буфет! — предложил Антон, засовывая «Беломор» в карман вместе со сдачей. — Перекусим.

Они поднялись на антресоли в маленький буфет, о котором знали только завсегдатаи. Очереди у стойки не было. Денисов взял свое обычное — сосиски, сметану, бутерброды, кофе с молоком, перенес все на столик. Сабодаш остановил выбор на бутылке кефира.

— Что будем делать дальше? — Антону ни о чем не говорила обнаруженная в автомате неисправность, он ждал разъяснения.

С антресоли была видна большая часть центрального зала для транзитных пассажиров, эскалатор автоматической камеры хранения.

— Помнишь французские автоматы для хранения ручной клади? — спросил Денисов. Он начал со сметаны и бутербродов. За столиком, кроме них, никого не было. Они разговаривали свободно.

— Автоматы с ключами? — На международной вы-ставке транспорта в Щербинке экспонировались роскошные автоматические камеры хранения, запиравшиеся на ключ.

— Фирмы «Фише-Бош»…

— Помню, — Антон залпом выпил кефир. — Фирма еще презентовала тебе блокнот как самому любознательному экскурсанту. С приложением.

— Это на выставке криминалистической техники. Ты напутал. «Развитие средств взлома сейфов во Франции за двадцать лет»… В чем была особенность тех автоматов, помнишь?

— А, вспомнил. Ну?

К столу подошла официантка, унесла пустую тарелку.

— Запираешь ячейку — ключ уносишь с собой. Когда изымаешь вещи, то ключ уже не вынимается.

— А как узнать, сколько дней пассажир пользуется ячейкой?

— Запирая вокзал на ночь, дежурный переводил счетчик.

Антон поперхнулся.

— «Запирая вокзал на ночь…» Это в Париже-то?!

— И в Париже.

— Не верится. Как где-нибудь в Михневе…

— Дело не в том. У нас роль счетчика играет накопитель. Два раза в неделю из него извлекают монеты. Если при второй выемке монет не будет, считается, что вещи лежат сверх срока. Их переносят на склад. Теперь представь, что монетопровод засорен, как это мы сейчас наблюдали. Настало время очередной выемки.

Антон внимательно слушал.

— Преступники поставили в ячейку вещи, похищенные во время самочинного обыска, — портфель и целлофановый пакет. Опустили монету, закрыли дверцу. Ушли. Они не догадываются, что монета не попала в накопитель, а зависла где-то в монетопроводе… Во время прошлой выемки монет накопитель тоже был пуст. По той же причине…

— Я, кажется, понял. Подожди… — Антон достал авторучку, набросал на салфетке несколько неправильных геометрических фигур. — Это восемьсот девяносто шестая ячейка. Это склад забытых вещей. Под вечер была выемка. Портфель и целлофановый пакет из ячейки перенесли на склад, подумали, что, если монет нет, значит, вещи лежат больше положенного срока. Ячейку оставили открытой, шифр не меняли… А тут Беата и Николай… Положили сумку с конвертом, оставили на шифраторе тот же шифр — «Б-042». Пошли ужинать…

В привычном гудении зала внизу послышались новые звуки. Представитель экскурсионно-туристического бюро с мегафоном приглашал на автобусную прогулку по Москве:

— Последние билеты! Олимпийская деревня и другие достопримечательности!.. Всего за один час!..

— Преступники вернулись. — Антон провел на рисунке черту, образовалось жирное чернильное пятно. — В полной уверенности, что вещи лежат на месте. Набрали шифр — ячейка открылась. А вместо портфеля и целлофанового пакета их ждало совсем другое… Так?

— Так.

— Значит, — подытожил Антон, — Беате ничего не грозит!.. Переписка должна находиться на Курском. У задержанных за самочинные обыски…

Денисов не стал его разочаровывать. Спросил только:

— Ты внимательно читал ориентировку о самочинном обыске в Курске?

— Вместе читали. А что?

Денисов посмотрел на часы: надо было зайти на склад, потом все-таки ехать на Курский — разговаривать с задержанными.

— Пропажа переписки произошла между двадцатью двумя и тремя пятьюдесятью утра… Так? А людей, о которых ты говоришь, видели вчера в Курске, в железнодорожном ресторане. Перед закрытием…

— Супруга просила позвонить на работу, — сказал помощник, когда Денисов вместе с Сабодашем вошел в дежурку.

— Спасибо. — Денисов набрал номер. — Лину позовите.

Она сидела в другой комнате. Было слышно, как ей постучали в стену.

Лина обрадовалась:

— Хорошо, что ты позвонил, Денисов! Слушай, Светка просит: у них сумку украли. Муж ее летел через Красноводск, там одну женщину высаживали больную, на костылях, и они сумку прихватили, спортивную, польскую. Сделай что-нибудь, Денисов, а? Я ей обещала. У меня записано: рейс 699 от 14-го на Красноводск. Можешь что-нибудь сделать?

— Надо подумать, — сказал Денисов. — Я тебе перезвоню. — Он положил трубку, провел пальцем по списку телефонов под стеклом и позвонил в Домодедово.

— Медкомната? Денисов из уголовного розыска. Транспортная милиция. Посмотрите: 14-го на рейс 699 на Красноводск никто через медкомнату не проходил? На костылях? Так. Так. Сложный перелом? Очень похоже. Записываю адрес. Красноводск, Советская, Т. Туманова. Спасибо. — Денисов позвонил в междугородную МПС. — Я — 3-43-10, Денисов. Красноводск, пожалуйста, милицию. Спасибо. — Он положил трубку. — Мало наших чемоданов, еще в Красноводске ищи, за две тысячи километров. Она, видишь ли, Светке обещала…

— Ты что — собираешься искать? — удивился Сабодаш. — Эта история на год!

— Но все-таки Лина обещала же.

Зазвонила междугородная, на проводе был Красноводск.

— Дежурный? Из Москвы, из транспортной милиции. Денисов. Запиши: Советская, 7, Туманова. Пошли кого-нибудь: они сумку чужую прихватили с московского авиарейса, спортивную, польскую. Перезвони мне: 3-43-10 по эмпээсовскому. А может, у них телефон есть? Тогда все быстрее будет. Давай.

— Но если у задержанных на Курском переписки быть не может… — Антон уже несколько минут обдумывал пришедшую ему мысль. — Значит, ее надо искать в другом месте.

Денисов помрачнел:

— Вот именно.

Зазвонил телефон. Это была опять междугородная. Денисов взял трубку, послушал и сказал:

— Ну хорошо. Высылайте в милицию Домодедова. Спасибо, дежурный. Будешь в Москве — заходи… — И он тут же позвонил жене. — Лину, пожалуйста. Ну, все. Со Светки приходится. Нашлась сумка. Ладно, ладно, ладно. Все. Привет. Как-нибудь встретимся. — Он положил трубку. — Пошли, Антон. Если бы с перепиской Беаты так же просто!..

У входа в склад забытых вещей висела записка: «Скоро буду».

Денисов и Сабодаш отошли к стоящим поблизости телефонам-автоматам. Пока Денисов звонил на Курский, Антон рассеянно смотрел вокруг. Внезапно лицо его просветлело. Он с трудом дождался, пока Денисов закончит разговор.

— Я понял. Переписка должна быть у перекупщика! У того, кому оставляли краденые вещи в ячейке.

Мимо них к другой камере хранения ручной клади, расположенной в огромном серебристом ангаре, шли люди с чемоданами, свертками, баулами, вели за руки детей.

Антон продолжал обосновывать версию:

— Камера хранения была почтовым ящиком. Одни крали. Пиджаки, транзисторы, хрусталь. И привозили сюда. Перекупщик уносил товар и в обусловленном месте оставлял деньги…

Поток пассажиров обтекал их с обеих сторон, Антон не замечал его.