Леонид Селютин – Заполярье. Мир двух солнц (страница 49)

– Выставляю «Сканер Аномалий», – уверенно начал лысый, выкладывая карту. Голограмма прибора замигала синим светом. – Он открывает мою колоду и позволяет разыграть следующую карту Руин без оплаты.

Феликс молча кивнул, изучая собственные карты. Его ход был простым, почти робким – «Стабилизатор Поля». Карта, которая давала ему немного дополнительной защиты на следующий ход. Противник фыркнул.

– Слабовато, паренек. А я… я разыгрываю «Заброшенный Лабораторный Комплекс». – Голограмма зловещего здания встала на его стороне стола. – Каждый ход он приносит мне дополнительные очки ресурсов. Ты уже в проигрыше.

Партия продолжилась. Феликс отбивался, выставляя «Полевой Генератор» и «Рой Ремонтных Дронов». Его защита выглядела несокрушимой, но медленной. Противник же, питаемый ресурсами своей «Лаборатории», развернул настоящую атаку: «ЭМИ-Граната», которая на время отключила щиты Феликса, а затем – «Отряд Кибер-Ниндзя», проскользнувший в образовавшуюся брешь.

Партия продолжалась. Феликс отбивался, но проигрыш казался неизбежным. У наемника была подавляющая ресурсная база и несколько сильных карт на руке. В решающий момент лысый, наконец, пошел в атаку.

– Считай, новичок. Атакую твой основной щит «Фазовым Кинжалом». Он игнорирует половину защиты. А затем… – он с наслаждением выложил следующую карту, – … «Вирус Перегрузки». В конце хода он наносит урон, равный стоимости самой дорогой карты в твоей руке. Аривидерчи! – неизвестно как, но он точно знал, что этот урон Феликсу уже не пережить.

Это была почти верная победа. «Вирус» должен был добить остатки целостности базы Феликса. Но именно в этот миг, глядя в пустые глаза противника, Феликс отдал мысленную команду.

«Интрудер» проснулся. Невидимый луч сканирования скользнул по лицу лысого, считав данные с импланта в его сетчатке. Феликс увидел не просто карты в руке оппонента. Он увидел одну, единственную, еще не разыгранную карту, которая меняла всё. Ту, которую наемник приберег на следующий ход на всякий случай. «Тихий Мститель» – карта, которая наносила бесконечный урон, если у противника не оставалось карт в руке. Бесполезная в обычных обстоятельствах карта, но иногда способная перевернуть весь ход матча.

И Феликс сделал свой ход. Не пытаясь спастись от нынешней атаки, а готовя почву для будущего.

– В ответ на «Вирус Перегрузки», – тихо сказал Феликс, – я сбрасываю всю свою руку. Все три карты.

Он выбросил их в сброс. Голограммы погасли. Хакер остался не с чем.

– Идиот, – фыркнул лысый. – Ты просто помог мне! Пусть ты и задефался от вируса, но что ты будешь делать без карт? На следующем ходу я тебя…

[Активирована карта «Жертвенный Контур»]

Наемник замолчал, безумно взглянув на поле.

– Активация навыка при сбросе. – сказал, улыбнувшись Феликс. – Есть у нее такой эффектик. Что там? Точно: я могу раскрыть одну карту в твоей руке. Если в моей руке нет карт, выбранная карта автоматически разыгрывается. Покажи карты!

Лицо наемника вытянулось. Он смотрел на Феликса с немым непониманием.

– Откуда ты?.. Ты не мог на это рассчитывать!

– Не мог. Но видно удача была на моей стороне. Я выбираю твою карту «Тихий Мститель».

Ужас медленно затопил глаза лысого. Он смотрел на свою руку, где лежала эта карта, которую он никому не показывал. «Тихий Мститель» активировался. Но так как он был разыгран не по воле владельца, а принудительно, его эффект развернулся против своего хозяина. Голограмма призрака с клинком возникла над столом наемника и обрушилась на его собственную базу.

– Нет! Этого не может быть! – прохрипел он. – Ты… Ты не мог знать! Ты не мог знать, что она у меня!

Сторонний наблюдатель мог бы увидеть странную картинку как уверенность на лице проигравшего сменяется шоком, потом на секунду яростью, а затем хитрым любопытством. Но Феликс ничего не замечал. хлопнув по игровой панели, он завершил партию.

Отдав деньги, наемник несколько мгновений смотрел в пол, потом поднял взгляд и проговорил словно ни к кому не обращаясь…

– Если я на кладбище иву смогу посадить -

Это ещё два очка в мою пользу…

Хорошо играете ребятишки… Но дедушку обманывать плохо. Ой как плохо. Люди, тут шулеры! – рынок замер, а потом дружно посмотрел на Феликса и Афелия. Зашелестели вынимаемые кинжалы, затрещали выдираемые доски заборов.

Гракониец наклонился к уху Феликса и прошептал: – Бежим! – и они побежали. А следом за ними ломанулась разъярённая криками наступала толпа. Стоять остались лишь довольный наёмник и только что купленный телевизор.

Феликс, в свободное время чаще отдававший предпочтение чтению книг или копанию в сети бегать не умел и не любил. Но сейчас то ли из-за желания жить то ли из-за опасения показать слабость перед Афелием несся так быстро как мог. Тот тоже не отставал, закинув гитару за плечи и петляя по закоулкам словно заяц. Судя по составленной Феликсом виртуальному плану города, они двигались в сторону длинного парка, в котором как он думал можно было бы легко потеряться от преследователей. Верно так мыслил и бард, поэтому, когда они наконец убежали в тень первых деревьев, где и затерялись бы от толпы если бы не резкий оклик откуда-то сбоку:

– Эй, спринтеры, сами вашу, стойте. Тут Олимп, а не марафон!

Услышав голос, они остановились, а обернувшись замерли. Перед ними стоял Архонт. Вернее, сидел на лавочке, закинув ногу на ногу и положив руки на трость. Заметив толпу, Аполлон встал и медленно вышел вперёд, являя снится народу. Увидев его люди также опешили, остановившись, нерешительно качая палками и кулаками. Усмехнувшись, Архонт сказал:

– Что бегаем граждане? Я понимаю спорт – жизнь, но время-то рабочее.

– Так шулеры… – заметил кто-то из толпы.

– Кто? Эти? – удивился Аполлон. – я вас умоляю, какие из них шулеры. Вот так они могут, а? – Архонт взмахнул рукой и их его пустых доселе ладоней брызнул фонтан карт. Причем разных: да дурака, покера, голограбатла и других. Люди замерли в восторге.

– Идите по своим делам, – сказал, рассмеявшись Аполлон – А с шулерами я сам разберусь. Или мой народ мне не верит?

Посовещавшись, толпа решила, что верит и успокоившись удалилась. Как только люди скрылись из глаз кусты рядом зашуршали и из зеленых веток выглянули двое человек охраны. Убедившись в порядке, они удалились назад. Архонт удовлетворенно взглянул на наших героев и неловко опустившись на скамейку улыбнулся.

– Как легко ими управлять. Вы бы знали. Бард, дай гитару! – он протянул руку к Афелию и тот не раздумывая снял с плеча футляр передавая инструмент лидеру.

– Хорошая работа – сказал тот погладив гриф, – похожую я видел, кажется, у Леннона. А ну как посмотрим… – пальцы Архонта заплясали по струнам рождая невероятную мелодию. У Феликса перехватило дыхание. Так не играл никто. Ни Афелий, ни музыканты Земли, ни лучшие гитаристы прошлого. Музыка окутала его, даря ему одновременно спокойствие и готовящая к действию. Двойственная, как огонь и лёд, тьма и свет. Такая же двойственная как всё что окружало Архонта. Закончив играть, Аполлон отложил гитару, сказав:

– Послезавтра выезжаем в пустоши. Будь готов хакер. А ты бард приходи сегодня вечером ко мне во дворец. Думаю, тебе будет небезынтересно посмотреть на моих гостей, а нам станет что обсудить. И хватит заниматься ерундой…

Глава 20

Над Эстернсийкими горами начиналась ночь. По серо-зелёной равнине стелилась с каждой секундой становившаяся все более длинной и темной тень нависающего над близлежащими полями горного хребта. Уже было не слышно полевых птиц, пастух не созывал переливами рожка стадо и даже самый зоркий человек не смог бы различить в растительном море отдельную травинку. Единственным еще не поглощенным надвигающейся тьмой островком цвета была уходящая вдаль дорога. Если идти по ней без остановок и никуда не сворачивать, то через несколько дней можно дойти до границы между Олимпией и Эстернсии, а оттуда уже недалеко и до Олимпа. Но в этот вечер никто не торопился попасть ни в Олимп, ни в Муианер. И может оно и к лучшему, ведь не далеко от этого важного пути, связывающего соседствующие государства в небольшом ущелье, в котором несколько десятков лет назад Легион запечатал одно из своих самых больших хранилищ, шла какая-то деятельность.

Часы пробили три. Элизабет открыла глаза и сладко зевнула. На ней кто-то за ворочался и из-под одеяла вылез разбуженный Асай. Оглядевшись, он погладил ее по животу и сел на край походной кровати начав одеваться. Элизабет, выгнувшись как кошка потянулась поцеловать его, но Асай оттолкнул девушку, и надев полуброню вышел из шатра. Элизабет недовольно поджала губки, смотря ему вслед. Лидер отряда кочевников был молод, горяч и страстен и заниматься любовью с ним было одно удовольствие. Но во всем другом он оставался грубым и резким вождем дикого стада. Грабителем убившем ее брата. Он улыбнулась про себя: – «Милый брат, надеюсь ты рад как устроилась твоя сестра…». Приняв свое новое положение, она вдруг поняла, что Асай не так страшен, как ей показалось сначала. Вернее, он был тем ещё дикарем, маньяком и извращенцем, но им можно было управлять. Не в прямую, осторожно и ласково, но управлять. Младший брат Хана как ребенок велся на похвалу, лесть и слабость. А что-что, но строить из себя слабую блондинку Элизабет умела хорошо.