Леонид Кудрявцев – Клятва крысиного короля (страница 5)

Когда тележки опустели, девятнадцать крыс сложили на них свою долю добычи и приготовились разойтись по домам. Морды у них были крайне довольные. Каждый предвкушал, какой радостью будет возвращение в родную семью.

Один из воинов подошел к крысиному королю, и пропищал:

– Хозяин, у нас в отряде освободилось одно место.

Мунька шикнула было на него, но повелитель крыс благосклонно кивнул, и та скопировала его движение.

– Что ты предлагаешь? – спросил крысиный король.

– Хозяин, у меня есть племянник, очень способный крыс, который уже не раз доказал свое проворство и остроту зубов. Я прошу о милости взять его в твой отряд.

Крысиный король бросил на Муньку вопросительный взгляд. Та пропищала:

– Да, это верно. Он уже участвовал в нескольких славных делах и производит впечатление ловкого добытчика.

– Хорошо, – сказал предводитель крыс, – Пусть в следующий раз, когда я соберусь в набег, приходит вместе со всеми. Я посмотрю на него и решу, стоит его брать с собой или нет.

Глаза крысы радостно блеснули. Низко наклонив голову, она пропищала:

– Я очень благодарен, очень. Ручаюсь, мой племянник докажет, что достоин места в отряде самого главного охотника.

Крысиный король слегка улыбнулся:

– Настоящий охотник докажет, чего он стоит в любом отряде.

Крыса еще раз низко склонила голову и направилась к своей тележке.

Через пару минут возле складов остались только кладовщики, крысиный король и Мунька. Кладовщики выгрызали на дощечках новые значки, Мунька смотрела на крысиного короля преданными глазами, а тот смотрел в сторону озера, которое с этого места казалось большим, тусклым, старинной работы зеркалом, и думал о том, что вот и еще одна охота закончилась.

А что дальше?

Будет еще одна, а потом еще одна. И так дни станут сливаться в месяцы, месяцы в годы, пока жизнь не утечет, словно вода сквозь песок. И тогда, отправляясь в свою последнюю охоту, из которой не возвращается никто, он оглянется на прожитую жизнь и поймет, что всю ее потратил лишь на то, чтобы набить брюхо, да не попасться в очередную ловушку.

Должно быть что-то еще, должен быть в жизни некий тайный смысл. Тот, кому его не дано почувствовать, постепенно, сам не замечая этого, перекрашивает душу в черный цвет и умирает, проклиная судьбу, твердо зная, что чего-то не успел в этой жизни, чего-то не попробовал. Тот, кто его узнал на короткое время, всю оставшуюся жизнь будет стремиться найти его вновь. Тот, кто сумел его ухватить и не расстаться с ним до самой смерти, – счастливец, но таких мало, очень мало.

Крысиный король хорошо помнил время, когда этот смысл в его жизни был. Давал его странный, тоскующий по утраченному миру, убитый в нем и все-таки стремившийся обратно человек. А потом все кончилось. Человек вернулся в свой родной мир, и тайный смысл улетучился.

Крысиный король вздохнул.

«Может, – подумал он, – отоспаться, отдохнуть и снова наведаться на поверхность? Пообщаться с людьми? Неужели такой человек был один? Надо искать. Рано или поздно найдутся еще. Надо только искать».

Мунька ткнулась твердым носом ему в бок:

– Хозяин, пойдем, а? Не нравится мне выражение твоей морды, очень не нравится. Того и гляди, опять затоскуешь. Не дело это, совсем не дело.

– Да, совсем не дело, – едва слышно пробормотал крысиный король. – Ну что ж, пойдем.

Он поудобнее перехватил шкатулку с драконьими камнями и в сопровождении верной Муньки двинулся в сторону дворца.

– А там, в шкатулке, много? – на ходу спросила Мунька.

Крысиный король ухмыльнулся:

– Очень много.

– Это здорово. Вроде бы драконьи камни?

– Они самые.

Некоторое время Мунька молчала, потом спросила:

– А что ты собираешься с ними делать?

– Как – что? – удивился крысиный король. – Продам знакомому торговцу. Восемьдесят процентов вырученных за них денег пойдет на покупку провизии и разных необходимых вещей. Остальные, естественно, выделив из них твою долю, заберу в королевскую сокровищницу.

– Вот про это я и хотела поговорить.

Мунька, до этого бежавшая от крысиного короля справа, пристроилась теперь с другой стороны.

– Ну, в чем дело? – спросил тот.

– Интересно, а составит ли моя доля хотя бы один камешек полностью?

Крысиный король прикинул:

– Наверное, даже два.

Мунька от радости подпрыгнула чуть не на полметра.

– А можно… а можно… получить хотя бы один из них не деньгами, а, так сказать, натурой?

Крысиный король ухмыльнулся.

Ни для кого не было секретом, что Мунька страстно любила драгоценные камни. По слухам, комната, которую она занимала во дворце, являлась настоящей маленькой сокровищницей.

– Ты хочешь драконий камень? – уточнил он.

Мунька снова подпрыгнула и радостно запищала:

– Да, да, у меня еще нет драконьего камня. Если бы я его получила… О!

От избытка чувств она едва не налетела на стену ближайшего дома.

Крысиный король покачал головой:

– Хорошо, ты его получишь. Но не кажется ли тебе, что, прыгать, словно несмышленый крысенок, моим соратникам не пристало?

Мунька сейчас же пристроилась рядом с ним и, стараясь бежать неторопливо, важно, пропищала:

– Я виновата, больше не буду. Но, хозяин, я тебе так благодарна… – Помолчав, она попросила: – А можно поглядеть на драконьи камни прямо сейчас?

– Нет, – покачал головой крысиный король. – Наш народ чтит закон, но не стоит искушать его сверх меры. Только во дворце. Тем более, до него рукой подать.

До дворца и в самом деле оставалось несколько десятков метров.

Он представлял собой огромное, по меркам подземного города, сооружение. Его парадный вход был украшен толстыми колоннами из храмарила, очень редко встречающегося минерала, похожего на пористый алмаз. От алмаза храмарил отличался только чуть меньшей твердостью. Крыша у дворца была куполообразной и имела шпиль, украшенный на конце крохотной фигуркой крысы. Окна во дворце были высокими и такими узкими, что через них с трудом мог пролезть даже самый худой его обитатель. Впрочем, среди придворных не было принято лазить через окна.

Увидев крысиного короля, два стражника, отдавая ему ритуальное приветствие, встали на задние лапы и запищали. Поскольку правая передняя лапа у крысиного короля была занята шкатулкой, он отдал им честь левой.

Стражники вновь опустились на четвереньки и замерли.

В полном молчании повелитель крыс и Мунька прошли во дворец.

Когда стражники закрыли за ними дверь, крысиный король проследовал прямиком в тронный зал. Королева-мать и несколько придворных фрейлин были там. Ростом королева-мать была лишь слегка меньше крысиного короля. Передвигалась она, так же как и ее сын, на задних лапах и была буквально увешана золотыми украшениями. Фрейлины были самыми обыкновенными крысами, от долгого безделья порядочно разжиревшими. Как знак занимаемого ими поста шею каждой охватывал узенький золотой ошейник.

Королева-мать радостно воскликнула:

– Вот и ты, мой дорогой сын! Удачна ли была охота?

– Я бы не назвал ее совсем неудачной, – сказал крысиный король и показал ей шкатулку, – Она полным-полна драконьими камнями.

– О! Это неплохо, – улыбнулась королева–мать. – Поздравляю, мой дорогой сын, и выражаю радость по поводу твоего возвращения домой.

Как того и требовал этикет, крысиный король почтительно склонил голову и смиренно сказал:

– Я счастлив служить нашему городу и тебе, мама.

– Знаю. – Из груди королевы-матери вырвался легкий вздох.