Леонид Колосов – Прощайте, господин полковник! (страница 21)
Генерал вызвал Росса. Тот вошел в кабинет в мрачном настроении.
— Вы что-то заскучали, Росс?
— Нет, генерал, мне очень весело.
— Это видно по вашему лицу. Но шутки в сторону. Есть срочное дело. В Москве арестован наш агент Силов…
— Это что еще за птица?
— Вернее, птенчик. Надо выяснить, когда и где состоится над ним судебный процесс. Наверное, об этом расскажет советская пресса. Как о деле Редькина… А нам нужны известия до их публикации в официальной печати.
— Тогда обратитесь, генерал, в Комитет государственной безопасности. Они там все знают.
— У вас грустный юмор, Росс. Мне думается, что надо возобновить встречи с Ладой. Не надолго. Дадите ей задание выяснить, что случилось с Силовым. До командировки в Алжир он работал в одном из научных институтов параллельного с ее специализацией профиля.
— Вы отдаете себе отчет, генерал, в степени риска?
— Отдаю, Росс. Действуйте. Я несу полную ответственность за вас. И за Ладу тоже…
Ингвар встретился со Светланой. И передал информацию Сергею Григорьеву. Генерал почувствовал неладное… Запросил через Светлану Росса: «Может быть, пора уходить?» — «Нет, — ответил тот, — я еще могу поработать и принести пользу. Дайте какие-нибудь более или менее достоверные сведения для прикрытия работы с Ладой».
— Процесс над Силовым, — докладывал Росс генералу Горио, — состоится примерно через месяц в Военном трибунале. Провал Силова произошел по вине спецслужбы. Очень часто выходил в эфир передатчик. Шифр для Силова был выбран слишком примитивный, поэтому советской контрразведке быстро удалось запеленговать передачи и расшифровать донесения.
Первая часть информации была чистой правдой. Вторая — дезинформацией, но звучащей весьма достоверно…
Генерал Горио казался довольным.
— Смотрите, Росс, мы не ошиблись в Ладе. Есть что сообщить руководству.
— Я очень рад, генерал.
— Теперь вот надо проникнуть за стены Военного трибунала. Нужны уши, чтобы узнать, что будет лепетать этот Силов. У вас, случайно, нет на примете подходящих «ушей»?
— Нет, к сожалению нет…
— Что же, ничего не поделаешь. Попробуем поискать среди союзников, нет ли у них нужной агентуры…
«Ушей» генералу Горио найти не удалось. Процесс над Силовым начался ровно через месяц в Военном трибунале.
…Председатель трибунала говорил тихо, как-то по-домашнему, что ли. Впрочем, все устали. Судебное заседание шло уже пятый час.
— Подсудимый, что же вас все-таки толкнуло на предательство? Представьте, что этот вопрос вы бы задали сами себе, без свидетелей. Как бы ответили на него?
— Если коротко, то эгоизм, тщеславие и корысть. У меня не было настоящих друзей и подруг, потому что я считал всех окружавших меня лишь тусклым фоном, на котором яркой звездой сияла моя, как мне казалось, неповторимая личность. Меня тянуло к иностранцам, ибо в общении с ними мне импонировали кажущиеся легкость, свобода их суждений и, конечно, те комплименты, которые они расточали мне как «нестандартному» русскому. И наконец, с тех пор как начал зачитываться «красивыми» романами, мне все время мерещились солидный счет в заграничном банке, роскошная вилла на фешенебельном курорте, быстроходные автомобили среди гоночных машин последних марок, шикарная прогулочная яхта и, конечно же, самые красивые женщины. Много женщин…
Время действия: середина августа. Место действия: Военный трибунал Московского военного округа. Обвиняемый: Силов Алексей, бывший комсомолец, бывший старший инженер лаборатории физики плазмы, бывший агент натовской разведки…
Биография Силова — средняя школа, университет, первая загранкомандировка, кратковременная служба в армии и недолгая работа в лаборатории — занимает страничку рукописного текста, уголовное дело, заведенное на него, — около десятка объемистых томов. В них ретроспектива событий, приведшая Силова к предательству, к высшему преступлению перед Родиной и своим народом. На вопрос председателя Военного трибунала, признает ли Силов себя виновным, обвиняемый ответил: «Да, признаю себя полностью виновным по предъявленному мне обвинению в измене Родине в форме шпионажа».
А теперь перенесемся в Ленинград. Время действия: мартовский вечер. Место действия: одна из ленинградских гостиниц. Собеседники: Донован Каллетт, подданный Великобритании, инженер английской фирмы и сотрудник одного западного посольства в Москве.
Какая связь, могут спросить читатели, существует между двумя этими событиями, разделенными по времени несколькими годами? Ответим: самая непосредственная. Не будем фантазировать на тему о том, каково было содержание разговора двух собеседников. Мы знаем наверняка, что один вопрос интересовал обоих в одинаковой степени. Как провалился и что рассказал следствию агент Алексей Силов. Ибо Каллетт был тем человеком, который по заданию натовской разведки «охотился» за молодым советским инженером, а Силов стал жертвой этой «охоты».
Донован Каллетт родился в английском городе Галифаксе. Он выходец из состоятельной семьи. Окончил геологический факультет лондонского университета и потом работал в Алжире в должности начальника отдела крупнейшего национального общества по разработке нефтяных месторождений «Сонатрак», где он представлял английскую фирму «Джон Браун». В «Сонатраке» собралась довольно пестрая компания. Там работали американцы, англичане, французы, немцы… Английский инженер больше ориентировался на американцев. Его сразу же начали опекать заокеанский «консул» Вильям Гэлбрайт, «геологи» с «Сонатрака» Франсиско Харамийо, Ричард Вайз и другие. Почему мы взяли в кавычки слова «консул» и «геологи»? Потому что дипломатические ранги и цивильные профессии для этих людей лишь «крыша», а истинная деятельность скрупулезнейшим образом скрывается. Кстати, американские спецслужбы, стремясь всеми возможными способами предохранить своих «профессионалов» от возможных провалов, наиболее грязную, опасную и трудоемкую работу перекладывают на агентуру дружественных, то бишь натовских стран. Когда-то крупнейшими специалистами в этой области были джентльмены из Интеллидженс сервис — британской разведки, старейшей в Европе секретной службы, которая часто заставляла других работать на себя. Теперь им на смену пришли американцы. Ныне сотрудники ЦРУ заставляют таскать каштаны из огня своих «учителей», перепоручая им хлопоты с поисками подходящих кандидатур, возлагая на них риск возможных провалов и прочие неприятности.
По прибытии в Алжир Донован Каллетт получил в свое владение весьма приличную виллу и, видимо, более чем приличные суммы на представительские расходы. Во всяком случае, редкая неделя обходилась без приемов, встреч, дружеских ужинов или коктейлей. Публика была стабильной только в отношении американских служащих «Сонатрака»: Франсиско Харамийо, Ричард Вайз, Сандра Томас… Другие же приглашенные менялись постоянно. Появлялись все новые и новые люди. Особенный интерес гостеприимный хозяин проявлял к советским гражданам. Они тоже приходили, в основном один-два раза, не больше, не находя интереса в этих встречах, пока не оказался здесь Алексей Силов. Он задержался…
…Алексей считал, что ему повезло. Не успел получить диплом, как последовало предложение поехать на работу в Алжир в Институт нефти, газа и химии в городе Бумердесе на должность инженера-лаборанта кафедры физики. Впрочем, везенье молодой специалист воспринимал как явление вполне закономерное: институт закончил с отличием, помимо диплома физика, получил второй диплом — переводчика английского и французского языков.
В Бумердесе жизнь советских специалистов шла своим чередом. Но Алексею она показалась скучноватой и однообразной. Потянуло, так сказать, на сторону. На фирме «Сонатрак», занимавшейся разведкой месторождений нефти в Алжире, работали специалисты из капиталистических стран. С сотрудником этой фирмы англичанином Донованом Каллеттом Алексей познакомился, как ему показалось, случайно, а вскоре оказался у него дома.
Каллетт и его жена пришли в неописуемый восторг от нового знакомого с первой встречи. «Как вы не похожи на других советских, с которыми мы встречались, — наперебой тараторили они. — Такой молодой и такой талантливый. Нет, ты послушай, Донован, какое у него произношение! Выпускникам Кэмбриджа не снилось такого…» «Да, дорогая, ты совершенно права. В Лондоне его не отличили бы от отпрыска одного из старинных английских родов. И потом, какая смелость и независимость суждений!»
С Донованом Каллеттом и его женой было легко. Еще легче оказалось со знакомыми супругов: Франсиско Харамийо, Ричардом Вайзом, Сандрой Томас…
Рождество Алексей встречал в доме Каллеттов. Он пришел первым, Донован предложил аперитив в ожидании остальных гостей.
— Кстати, Алекс, у нас для тебя рождественский сюрприз…
— Но я уже получил от вас сувенир.
— Это дополнительный. Так сказать, вне программы. В тебя влюбилась одна прелестная девушка. Ее зовут Глория. Имя-то какое: Глория — слава… Приехала к родителям из Штатов. С отцом я тебя уже познакомил — это Франсиско Харамийо, наш инженер. Он здесь с женой. Отличная, я тебе скажу, семья. Надо же так случиться: приходит она как-то к моей жене и рассказывает, что увидела одного русского, который играл в волейбол на стадионе. Описывает, какой он из себя, этот стройный, мускулистый красавец. И жена просто ахнула от удивления: «Так это же Алекс, наш друг!»