Леонид Колосов – Прощайте, господин полковник! (страница 20)

«…Скажите мне, — деловито вопрошал Ваня, — считаете ли вы безопасным, что посылаю письмо вам домой? Чтобы прочитать тайнописное сообщение, окуните его в воду, и скоро появится текст сообщения. Когда письмо высохнет, тайное сообщение исчезнет».

Еще один вежливый вопрос и столь же деловитая рекомендация:

«В ответном письме прошу четко дать ваш почтовый адрес, включая почтовый индекс, точно показать, как он должен быть написан на конверте. Ожидайте мое письмо через два месяца после того, как вы пошлете ваше второе письмо. В моем письме будут инструкции для контакта в будущем…»

Получив подробную информацию о Редькине, натовские специалисты из московской резидентуры, конечно же, поняли, с кем имеют дело. Особенно Ваня, который больше всех работал с Редькиным и хорошо знал его биографические «вехи». Знал и все же работал с ним. Почему? Даже уголовное прошлое Редькина не смутило руководителей западных спецслужб…

Генерал Горио закончил чтение статьи, внимательно посмотрел на Майкла Стенли и спросил:

— А как себя чувствует Росс?

— Ведет себя спокойно. Говорит, что готов собирать чемоданы. Контактов с Ладой не зафиксировано.

— Что-что? Готов собирать чемоданы? И куда же он собирается направить свои стопы?

— Мне сказал, что в Рим… Хочет увидеться с дочерью.

— А дочь у него все еще в Риме?

— Да, в Риме. Учится в университете.

— Так…

Ключи от бронированной комнаты

Джеймс Грин — резидент американской разведки на Апеннинах — в шутку называл себя «древним римлянином». Действительно, проработал он в Вечном городе много лет и, приезжая в отпуск домой в Штаты, никак не мог избавиться от привычки начинать любой разговор со старыми друзьями по конторе с стереотипной фразы: «А вот у нас в Италии…» Начальство ценило Грина не только за блестящее знание итальянского языка, но и за умение найти общие точки зрения с лицами любого ранга в часто сменяющихся правительственных кабинетах. Было у Грина и еще одно важное свойство: скажем, вчерашний друг мог стать, если того пожелало высшее начальство, жертвой автомобильной катастрофы, устраиваемой Грином через агентуру, которую его римская «контора» имела среди неофашистов в масонских ложах, в рядах мафии и, конечно же, среди разношерстных экстремистов, начиная с «черных партизан» и кончая «красными бригадами»…

«Дотторе» — так называли Джеймса Грина итальянцы на официальных раутах и неофициальных беседах. Он был действительно «доктором» по части тайных дел, дел текущих, ординарных и дел очень крупных…

Кто дирижирует террористами, кто стоит за их спиной? Об этом мистер Грин мог бы рассказать очень много.

Соотечественник Джеймса Грина в свое время выдвинул так называемый резервный вариант специально для Италии, который выражался примерно в такой формуле: заставить Италию жить в хаосе и для этого создать хаос. Пятой колонной американских секретных служб на Апеннинах стали вначале неофашистские и крайне правые организации. Они серьезно скомпрометировали себя. И тогда внимание было перенесено на левацкие группировки с названиями, в которых превалирует прилагательное «красный»…

Мистер Грин прекрасно знал, кто отдает приказы «правым» и «левым», «черным» и «красным» бригадам, поскольку иногда это делал сам через своих агентов или через представителей тех сил на Апеннинах, которым не по душе коммунисты и их союзники. В этом не было ничего нового. Еще во времена Трумэна в циркуляре, где формулировались задачи американской политики в отношении Италии, утверждалось, что положение в этом государстве должно основываться на сохранении дружеских чувств к Америке и на активном участии Италии в борьбе с коммунизмом. Это было в 1948 году. Прошло уже много лет, но задачи не изменились. Даже военное вмешательство, включая государственный переворот, считалось вполне допустимым, если бы все остальные попытки остановить продвижение коммунистов к власти потерпели неудачу…

Потому, например, и был «убран» с политической сцены корпусной генерал Антонио Анца. В своей квартире он был найден мертвым с пистолетом в руке и пулей в сердце… Уж очень много странностей стало происходить на Апеннинах после того, как на повестку дня реально встал вопрос об участии итальянских коммунистов в управлении Италией. И особенно после того, как правящая христианско-демократическая партия дала согласие на образование в стране парламентского большинства вместе с коммунистами.

Среди бела дня на одной из центральных римских улиц террористы из так называемых «красных бригад» похитили Альдо Моро, председателя национального Совета ХДП, а затем варварски убили его.

Словно по указанию какого-то невидимого дирижера, заиграл слаженный оркестр парней из ультраправых и ультралевых террористических организаций. Загремели взрывы, заполыхали пожары, начались уличные побоища в близких и далеких уголках Апеннин, загадочные убийства и самоубийства.

Генерал Анца не был коммунистом, но в военных кругах его считали человеком демократических убеждений. Он выступал за установление тесных связей армии с народными массами и с ветеранами движения Сопротивления, против кастовости руководящих кадров и их зависимости от натовских генералов. Но самое главное состояло в том, что покойный генерал был кандидатом на пост руководителя итальянской разведки. А в ее сейфах хранится немало документов и материалов, могущих пролить свет на многие факты послевоенной истории Италии, касавшиеся конкретных личностей и важнейших событий. Если однажды достоянием печати стало совершенно секретное двухтомное досье на одного из бывших президентов Итальянской Республики, куда пунктуально заносились его интимные свидания и даже количество выпитых за неделю бутылок шампанского, если не раз из опломбированных сейфов просачивались странные дела итальянской секретной службы, высшие чины которой были замешаны и в попытках государственных переворотов, и в покровительстве неофашистам, и в связях с мафией, то станет понятным величайший интерес, который испытывают некоторые итальянские и не итальянские круги, когда встает вопрос о новом кандидате на пост руководителя разведки республики…

Официальная версия, которую дало министерство обороны внезапной смерти корпусного генерала, — несчастный случай. Генерал, мол, чистил свой пистолет и нажал на спусковой крючок, забыв, что в стволе находится патрон. Некоторые газеты писали о возможном самоубийстве, хотя видимых причин для этого не было.

…Утверждают, что в бронированной комнате итальянской секретной службы, ключи от которой хранятся у министра обороны, находится немало документов, которые могут пролить свет на многие загадочные дела. Но никто не решается открыть эту комнату, и никто не знает, кому можно доверить ключи от нее. Может быть, в этом и следует искать разгадку странной смерти генерала Анца. Ведь будучи человеком прогрессивных убеждений, он имел твердое желание заглянуть в эту самую бронированную комнату. Но этого не захотели многие. В том числе и те, кто находится у пульта управления деятельностью огромной конторы, разместившейся за океаном. Поэтому и были даны соответствующие указания, сформулированные четко и ясно, «своим людям» в Италии…

Депеше, полученной в срочном порядке буквально накануне своего отъезда в отпуск, Джеймс Грин удивился несказанно: все в ней было очень туманно. Зато читателю ясно, почему именно Грин получил это послание. Ему предписывалось в строго секретном порядке разыскать студентку римского университета Сабину Росс, установить ее точный адрес, выяснить связи, образ жизни, наладить силами резидентуры постоянное и тайное наблюдение за ней. Грин знал, что Сабина — дочь Росса, его коллеги по профессии, который блестяще провернул операцию по вербовке того русского… Что же с ним случилось, с Ингваром Россом, ловкости которого он тогда позавидовал? А может быть, в чем-нибудь замешана сама Сабина… Вступила в Итальянскую компартию?

Джеймс Грин был исполнительным человеком. Через весьма короткое время у него на столе лежало полное досье на Сабину Росс. Нет, ничего особенного. Учится в римском университете, занимается Ренессансом, политически индифферентна… Впрочем, нет, есть у нее друг, с которым она состоит в интимной связи… Это Марио Фалькони. На него тоже кое-что имеется. Раньше примыкал к маоистам, теперь перешел в группку левых экстремистов, входящих в «красные бригады». Это уже интересно. С этим парнем Сабина появляется везде: и на студенческих пикниках, и на демонстрациях, и во время сидячих забастовок в университете, где Фалькони обучается на правах вольного слушателя и уже многие годы.

Грин выделил оперативного работника из резидентуры для тайной слежки за Сабиной и ее другом, приказал установить все их связи и регулярно докладывать о ходе разработки. А сам стал ждать дальнейших указаний. В депеше так и было написано: «Ждите указаний…»

Глория не приносит славы

Ждал указаний и генерал Горио. Однако вместо них пришло пространное послание о том, что в Москве провалился агент Алексей Силов, завербованный в свое время натовской спецслужбой в Алжире. Ставилась задача выяснить, при каких обстоятельствах арестован Силов и что он будет говорить во время судебного процесса, который должен состояться в недалеком будущем в Москве.