Леонид Карпов – Впечатлительная Грета – 4. Маргарита Карамазофф (страница 5)

«Мадемуазель Грета, я весь день не могу забыть запах вашего дома. И вашу шляпу. Может, вечером сходим в парк? Правда, там пахнет только липами и немного сахарной ватой».

Грета прищурилась, глядя на экран.

– Липы? Как примитивно, – хмыкнула она, но на ее лице расплылась довольная улыбка. – Впрочем, если смешать аромат липы с моими новыми духами на основе кондиционера для белья «Весенняя эйфория»… это может стать настоящим прорывом.

Она встала с мокрого пола, поправила сбившийся локон и решительно набрала ответ:

«Согласна. Но учтите, мой рыцарь: я приду со своей щеткой. Мало ли какую пыль нам придется смахнуть с этого вечера».

Мелодия искреннего смеха

В тесном, уютном клубе, где стены буквально лоснились от густого микса искреннего веселья и легкого безумия, давали стендап. Среди пестрой толпы царила мадемуазель Грета – женщина-ураган, чей шарм мог соперничать только с ее эксцентричностью.

Впечатлительная до крайности, она превращала каждую услышанную шутку в личный триумф: ее реакции были настолько бурными, что даже матерые комики спотыкались, теряя нить монолога. Ее хохот – громкий, раскатистый и пугающе заразительный – затапливал зал, не оставляя шанса остаться серьезным.

Грета выглядела безупречно. Шелк облегающего пурпурного платья жадно ловил свет софитов, повторяя каждый изгиб ее тела. Глубокое декольте открывало изящные ключицы, приковывая взгляды надежнее, чем любая шутка юмориста. Талию перетягивал широкий черный пояс с массивной пряжкой в виде хохочущей физиономии – дерзкий штрих, идеально рифмующийся с атмосферой вечера.

В руках она сжимала сумочку-клатч в форме комедийной маски. Аксессуар оживал в такт музыке, подбадривая хозяйку словами, которые слышала только она сама: «Давай, Грета, зажги это место!» Платье, словно чувствуя драйв, льнуло к коже, готовое пуститься в пляс вместе с ней.

– О, я готова! – прошептала Грета, ощущая полный резонанс своего настроя с вызывающим нарядом. – Вечер только начинается!

В этот момент на сцену вышел бородатый комик. Широко улыбнувшись, он обдал зал волной ироничного обаяния:

– Друзья, сегодня я буду препарировать свои главные любовные фиаско! – объявил он.

Грета, сидевшая в первом ряду, подалась вперед и громким шепотом бросила подруге:

– Вот, опять! Почему все мущины – такие неудачники?

Она была в ударе. Каждая история комика вызывала у нее бурю: мадемуазель то театрально закатывала глаза, то сочувственно вздыхала, становясь вторым центром внимания в зале.

– И вот, – продолжал комик, выдержав паузу, – на свидание приходит девушка, которая оказывается… скажем так, совсем не той, за кого себя выдавала.

– Наверное, у нее тоже была борода! – выкрикнула Грета.

Зал рухнул от хохота. Комик, оценив подачу, мгновенно сделал Грету своей главной «мишенью». Он прищурился, и в его глазах зажглись озорные искры.

– Знаете, говорят, у женщин шесть чувств. Но у вас, мадемуазель, их явно восемь, – он галантно, но с лукавством кивнул на ее глубокое декольте.

Публика взревела, а Грета, ни капли не смутившись, парировала:

– Чувства тут ни при чем! Это просто острый дефицит ткани!

– Туше! – рассмеялся юморист. – Ладно, вернемся к романтике. Знаете, как вычислить на свидании истеричную особу? Она заказывает десерт и тут же начинает рыдать, потому что он слишком калорийный.

– Меня больше волнует не избыток калорий, а избыток эмоций! – вставила Грета.

Комик решил идти ва-банк. Он сделал приглашающий жест рукой:

– Мадемуазель, у вас такой талант перетягивать одеяло, что я просто обязан позвать вас сюда. Не хотите подняться и поведать миру о своих любовных катастрофах? Уверен, ваши истории побьют мои в первом же раунде.

Грета не раздумывала ни секунды. Она вскочила, эффектно поправила волосы и с видом королевы, идущей на коронацию, прошествовала к микрофону.

– Разумеется! Иногда смех – это единственное, что помогает не придушить партнера на первом же свидании, – заявила она, оказавшись под светом прожекторов.

Она смахнула воображаемую слезу и, приняв картинную позу, начала:

– Привет всем. Я – Маргарита Карамазофф, но для всех – просто Грета. Представьте: вечер, роскошный ресторан, я в лучшем шелке… И тут появляется он. В шортах-карго и сандалиях на босу ногу! Я едва не рухнула в обморок от стыда. Казалось, даже официанты смотрят на меня с соболезнованием!

Зал содрогнулся от хохота, а комик, почуяв кровь, тут же вставил шпильку:

– Мадемуазель, а вдруг это был манифест? Мужчина просто хотел показать, что он свободен от предрассудков и открыт любым приключениям!

Грета иронично качнула бедрами, заставив пурпурный шелк соблазнительно блеснуть:

– Свободен? О да! Он был абсолютно свободен от зачатков вкуса и здравого смысла.

Когда волна смеха стихла, Грета, окончательно поймав кураж, выдала новый залп:

– Или вот еще: спрашиваю кавалера на первом свидании, почему он до сих пор один. И он, на голубом глазу, заявляет: «Я в ожидании своей идеальной женщины!» Боже, я чуть не поперхнулась просекко. Неужели он всерьез думал, что «идеальная женщина» взглянет на такого, как он?

На мгновение Грета провалилась в сладкую фантазию. Она представила себя той самой Идеальной Женщиной – ледяной богиней в безупречном платье, сидящей напротив очередного претендента. И ее взгляд скользит по парню, который, кажется, не в курсе, что его бородатые шутки не вызывают у нее ни малейшего интереса.

Она с ухмылкой наблюдает, как он пытается произвести впечатление, и в этот момент ее глаза сверкают как острые лезвия, готовые разрезать его самодовольство на мелкие кусочки.

«Как мило, – думает она, – он считает, что я пришла сюда за его рассказами о том, как он круто играет в компьютерные стрелялки». Каждый его жест, каждое слово вызывают у Греты внутренний смех. И она едва сдерживает желание подмигнуть, как бы намекая, что, возможно, он и не так уж плох, если бы только не был таким… ну, скажем, лузером!

Из этого приятного транса ее выдернул голос комика. Подмигнув залу, он подхватил тему:

– Ну, справедливости ради, мужчина обычно начинает искать идеальную женщину сразу после того, как женится на обычной! Но скажите, Грета, он хотя бы догадался надеть брюки?

Зал снова взорвался, а Грета, вернувшись в реальность, победно вскинула подбородок:

– Ради настоящей любви я готова на все! Пусть даже это будет свидание в шортах – главное, чтобы они были обтягивающими и сидели на по-настоящему достойном месте!

Она выдержала паузу, наслаждаясь коротким затишьем перед финальным залпом.

– Подруги твердят мне: «Грета, если будешь так придирчиво перебирать принцев на белых конях, в итоге придется выбирать из самих коней». Но знаете… Настоящий мущина – он как юмор. Должен вызывать выброс гормонов счастья!

Под шквал аплодисментов и одобрительный свист Грета, сияя, вернулась на свое место. Но когда свет софитов переместился на другого участника, в ее душе шевельнулась легкая, почти неощутимая грусть. Она перебирала в памяти свои свидания – нелепые, разочаровывающие, абсурдные – как старые бусы.

Она знала, что через час вернется в пустой дом, где ее встретит лишь верная кошка Кики. Но, поправляя пояс с хохочущей пряжкой, Грета улыбнулась своему отражению в зеркальной стене. Она поняла главное: идеальная женщина – это не глянцевый образ из мужских фантазий. Это та, кто умеет превращать свои провалы в анекдоты и встречать любые капризы судьбы с высоко поднятой головой и безупречным декольте.

Грета уже собиралась покинуть клуб, кутаясь в легкое пальто, когда почувствовала на плече чью-то руку. Обернувшись, она увидела того самого бородатого комика. Без света прожекторов он выглядел менее грозно и даже немного смущенно.

– Мадемуазель Грета? – он улыбнулся, и в его глазах больше не было профессионального вызова, только искреннее любопытство. – Вы сегодня едва не украли мое шоу. Знаете, у нас в стендапе это называют «уничтожить зал», но вы сделали это с таким изяществом, что я даже не обиделся.

Грета поправила воротник, возвращая себе образ ледяной богини, но уголки ее губ предательски дрогнули:

– Надеюсь, мой «дефицит ткани» не слишком сильно сбил вас с мысли?

– Напротив, он помог мне сфокусироваться, – рассмеялся он. – Слушайте, я тут подумал… Мы так и не выяснили, был ли тот парень в сандалиях действительно свободен от вкуса. Может, обсудим это за чашкой кофе? Обещаю: никаких шуток про фиаско и – честное слово – я приду в брюках.

Грета на мгновение замерла. Образ кошки Кики, ждущей ее в пустом доме, на секунду всплыл в голове, но тут же растаял. Она посмотрела на комика, на его искреннюю улыбку и поняла, что жизнь – это действительно серия неожиданностей, и некоторые из них слишком хороши, чтобы от них отказываться.

– Кофе звучит заманчиво, – ответила она, лукаво прищурившись. – Но предупреждаю: если вы начнете плакать над калорийностью десерта, я уйду не прощаясь.

– Идет! – он галантно предложил ей руку.

Они вышли из клуба в прохладу ночного города. И хотя вечер официально закончился, Грета чувствовала, что ее личный стендап только набирает обороты. Ведь настоящая «идеальная женщина» знает: иногда лучший сценарий – это тот, который ты пишешь на ходу, смеясь в лицо собственным страхам.

Свадьба в режиме стационара