Леонид Ангарин – Неандерталец: Навстречу солнцу (страница 11)
— Течение очень сильное, или камень большой под водой, который мы не увидели, много чего может быть, — Уми и сам об этом думал.
— Лэнса очнулся, — Энду запрыгал от радости, заметил шевеление под шкурами.
— Отойди! На берег со склона к ногам Энду скатился ствол молодой сосны. А вслед за ним спустились Уми с Энупу.
Это Уми решил не терять времени, пока Лэнса придет в себя, и заставил все-таки Энупу мастерить сани.
— Неси его к остальным.
— Неужели нужно столько дерева, чтобы сделать сани? Второй день их рубите, — Энду бурчал, но тащил на спине тяжелый ствол дерева, пока не бросил его в кучу к срубленным до этого.
Энупу только посмеялся над молодым «каменщиком»:
— Лэпу и другие лесовики много лун потратили, чтобы сделать сани для людей Долгой дороги. Это тебе не шатер из камня сложить, как это делали вы в горах.
Уми осмотрел принесенные деревья и решил, что имеющегося количества им пока хватит.
— Мы с Энупу займемся санями, а ты Энду иди нарежь длинных ремней из старой кожи и высуши одежду Лэнсы. Не может же он все время ходить в шкурах Адану.
Энду рассматривал стоящую колом одежду Лэнсы. Не залезть в такую. Может высушить ее у костра? Поняв, что он намеревается сделать, Адану отобрал у него одежду и положил на прибрежные камни:
— Намокнет от огня.
Затем большой темнокожий взял толстую палку и с размаху опустил ее на одежду Лэнсы. Полетели куски льда. Перевернул, и проделал то же самое. Молодой каменщик обрадовался. Шкуры стали мягче. Может теперь отнести досушить их к костру? Но Адану не пустил, воткнул несколько палок в сугроб и растянул одежду на них. Ну, пусть так. Энду решил, что тот лучше знает, что делает.(2)
Большой темнокожий ушел с копьем вниз по реке, а Энду решил поставить на огонь горшок Энупу. Горячая вода хорошо греет, если пить понемногу.
У костра его встретил стоящий на ногах Лэнса, который разбирал вещи. Энду обрадовался: его друг смог подняться. И кожа на лице у него уже не такая синяя.
— Где мое копье? — глаза у Лэнса блестели, видны покрасневшие белки глаз. Он закашлял.
— «Все-таки еще не до конца пришел в себя», — подумал Энду. Он помог ему найти копье, с блестящим наконечником, которое Лэнса положил на землю, затем улегся рядом и затих. Варилось бы в горшке Энупу вкусное мясо, а не просто вода кипела, Лэнса сразу бы окреп. Да и сам он не отказался бы от кабаньей ножки. Что там ему еще Уми говорил сделать? Ах да, ремней нарезать.
Прежде чем отправиться на охоту, Адану некоторое время смотрел, как Уми и Энупу ругаются возле кучи ветвей. Потом каждый из них что-то нарисовал палкой на снегу, после чего, победно посмотрев на Уми, Энупу растоптал его рисунок. Кажется, он победил в споре. Странные эти молодые «старые люди»: все время что-то делают вместо того, чтобы отправиться на охоту или лежать у костра. Но возможно, именно это ему в них и нравилось. Ведь он сам однажды ушел на охоту из семьи, жившей на берегу моря, по ту сторону Снежных гор, и не вернулся на свою стоянку, а просто пошел по звериным тропам, пока в один день ноги не вывели его на стоянку чужого племени, языка которого он не понимал. Его приняли: всем нужны умелые охотники. Но Адану быстро заскучал и ушел через несколько лун с чужим копьем из блестящего черного камня, которое забрал, пока все спали. Затем прибился к следующей семье. И так делал несколько раз, пока не дошел до стоянки племени криволицей старшей охотницы.
— Мы делаем сани, Адану. Они помогут нам быстрее спуститься по замерзшей реке, — из воспоминаний его выдернул голос Уми.
Что за сани? Подумав, Адану решил, что это нечто вроде связанных Энупу бревен, на которых они долго плыли, пока река не замерзла.
Что-то он задержался здесь, пора на охоту.
— Я спущусь ниже по ущелью, может там найду зверя. Нам нужно еды на несколько дней, пока вы не закончите свои сани.
Каньон сузился на один бросок копья. Река заняла его полностью, только этого не видно из-за покрывающего ее льда, подернутого снежком. До Адану донеслись крики. Судя по всему, не так далеко кто-то дерется. Прижавшись к стене ущелья, большой темнокожий выглянул из-за скалы.
Ущелье в этом месте немного расширялось, образовав ровную террасу над берегом. Вот на ней и дрались несколько мужчин, крики которых он услышал. А под террасой видна широкая полынья, образовавшаяся в месте падения воды со скалы, торчащей прямо посередине реки. Адану терпеливо ждал, пока из дерущихся в живых не остался только один. Хромая, победитель медленно поковылял прочь, опираясь на копье. Судя по всему, досталось ему хорошо. Дождавшись, когда он скроется из виду, Адану пересек реку и взобрался на террасу.
На высоком берегу лежали четыре тела. Двоим проломили голову, а остальных проткнули копьем. Не иначе, как ушедший отсюда охотник сделал это. Адану не нашел никаких припасов при них — значит стоянка этих людей недалеко отсюда.(3)А из оружия у них были только небольшие дубинки и сеть, похожая на ту, которую использовали для ловли пушистых зверей охотники из племени криволицей. Зато на берегу рядком лежали несколько огромных рыбин без чешуи, с длинными усами, и одна с вытянутой мордой, которую, похоже, только поймали. Она не успела заледенеть. Вот ее он с собой и возьмет.
Как только терраса с полыньей скрылась за скалой, Адану сбросил рыбу на лед. Тяжелая. Вернулся обратно, чтобы забрать одежду убитых, которая не сильно испачкана кровью. Ему послышались голоса — кто-то идет. Он едва успел спрятаться, как появились несколько мужчин все с тем же раненым охотником. Не теряя времени, они сбросили в полынью два тела, а остальные забрали с собой, положив их на палки. Не забыли и пойманную рыбу. «Значит дрались мужчины из двух разных семей», — пришел к выводу Адану. «Интересно, что они не поделили? И странно, что не заметили исчезновение одежды, но тем лучше». А сейчас ему нужно донести до мальчишек «старых людей» свою добычу. Конечно, рыба — это не кабан, о котором все время мечтает Энупу, но похлебка из нее придаст им сил.
Энупу довольно икнул: наконец-то наелся. И как только Адану дотащил такую большую рыбу в одиночку. Вкусная — в остывшем горшке застыл жир с палец толщиной. Рядом возится, очищая от кусочков мяса большую голову рыбы, Уми. Энупу вздохнул: «И как только терпения у него хватает, есть маленькими кусочками, когда рядом отходит пар от большого куска вкусного мяса?»
Когда от головы рыбы остались только жабры и длинный нос, Уми вытер снегом руки и толкнул Энупу плечом:
— Отнеси оставшееся рыбное варево прямо в горшке в сани, мы и так здесь задержались. До темноты успеем много пройти.
— Лэнса еще сильно кашляет — тяжело ему будет идти.
— Посадим его в сани, по льду их не так тяжело толкать.
Вот, казалось, нет у них вещей кроме тех, что они несли с собой. Достаточно закинуть их в сани, и можно отправляться в путь. Но нет, Энду настоял на том, чтобы взять с собой побольше сухих веток для костра; Адану принес одежду темнокожих; Энупу вдруг решил изготовить еще пару дополнительных полозьев, если вдруг сломаются в пути, а на равнине подходящего дерева не окажется. Итак, несмотря на недовольного Уми, отправились они вниз по реке только следующим утром, когда солнце подсветило горные вершины вокруг ущелья.
— Смотри, Уми, Адану не знает, что делать, — Энду засмеялся увидев, как большой темнокожий ходит кругами вокруг саней.
— Помоги Лэнсе сесть в них, а я покажу ему, что делать.
Адану и в самом деле был удивлен: не похоже было это на связанные между собой бревна. На две длинные палки с загнутыми носами Энупу положил основание из связанных между собой палок и закрыл их бортами из плетенных палок. Внутри вполне могут разместиться трое людей, и для вещей место останется. А позади короба еще есть место, где могут стоять два человека.
— Смотри, Адану, — Уми, подошедший к нему, усадил его внутрь саней, а сам начал толкать их сзади.
Тяжелый этот темнокожий. Уми с трудом сдвинул сани, но стоило набрать скорость, как они сами покатились, оставалось только отталкиваться одной ногой. Он остановился, и довольный Адану выбрался из короба.
— «Совсем как я радуется, когда в первый раз увидел сани Лэпу», — ухмыльнулся Уми.
Под полозьями скрипел снег, когда сани налетали на примёрзшие ко льду белые пятна. Адану ни в какую не соглашался залезть в короб к Лэнсе, Энупу и Энду, и Уми махнул рукой, решил, что будут толкать по очереди.
— Не переверните нас, — высунул свой длинный нос из саней Энду.
В самом деле, осторожничавший поначалу, Адану освоился и разогнал сани так, что и Брр не догонит.
— Остров, остановимся на ночь, — решил Уми.(4)
За день они пролетели два узких ущелья и соединяющую их долину. А сразу за островом Голубая река пробила в горах очередной каньон. Не хочется заходить в него под закат солнца, лучше отдохнуть.
Засидевшиеся в санях, Энупу и Энду гонялись друг за другом с сухими ветками. Лэнса с интересом наблюдает за ними. Ему явно лучше, еще день-два и окончательно придет в себя. Много у них сил в отличие от Уми с Адану, которые лежат у костра.