Леонид Андреев – Незримые поединки (страница 6)
…День 30 октября (12 ноября) 1917 года вошел в историю Воронежа убедительной победой социалистической революции. Вся власть перешла в руки народа.
Сразу после октябрьского вооруженного восстания Никита Петрович Павлуновский был избран в состав временного бюро Воронежского Совета и губернского комитета партии. А в начале декабря 1917 года ревком оказал ему большое доверие, назначив первым комиссаром Воронежского отделения Государственного банка. Служащие Госбанка встретили Н. П. Павлуновского без восторга: среди них оказалось несколько ярых врагов Советской власти. И Никите Петровичу пришлось начинать свою новую работу с чистки аппарата.
В губернии было неспокойно. Силы старого мира не хотели добровольно сдавать позиции. То в одном, то в другом уезде объявлялись банды недобитых белогвардейцев. Они всячески старались мешать нормальной работе органов Советской власти, терроризировали население. В Воронеже стало опасно появляться на улицах в вечерние и ночные часы.
В июне 1918 года в губисполкоме проходило очередное заседание. Обсуждался вопрос об организации губчека по борьбе с контрреволюцией, саботажем и спекуляцией. В состав этой комиссии вошли пять человек. И первым из них был назван Никита Петрович Павлуновский. Он же стал и первым председателем Воронежской губчека.
Об организации губчека населению губернии сообщила воронежская газета «Красный листок» (№ 24 от 7 июня 1918 года).
Павлуновский теперь одновременно работает в Госбанке и губчека. Забот прибавилось.
Летом 1918 года обстановка сложилась очень напряженная. На Дон, к генералу Краснову, с разных концов страны пробирались белые офицеры. Многие из них останавливались в Воронеже, подстрекали обывателей на выступления против Советской власти. В начале июля левые эсеры попытались поднять восстание. Чекисты во главе с Павлуновским, при поддержке боевых рабочих дружин и воинских частей, подавили его.
Несколько раньше сотрудники Воронежской губчека разоблачили руководителей Воронежского маслотреста. В целях наживы и личного обогащения они занимались разбазариванием государственной продукции, реализуя ее через частную торговую организацию «Масло — мука» с центром в Москве и отделением в Петрограде.
По предварительным подсчетам экспертизы сумма убытков, нанесенных государству этой преступной группой, составила 588 тысяч рублей золотом. Из 35 обвиняемых по делу самыми крупными фигурами названы братья Бутыркины, Миркин и москвич — торговец Кузнецов. К числу активных участников преступления, хорошо знавших, что собой представляет «Масло — мука», относились директора маслотреста Смирнов и Нейстетер. Все они и были руководящим ядром экономической контрреволюции в Воронежском маслотресте.
Более месяца длился судебный процесс. Виновные получили по заслугам. Братья Леонид и Андрей Бутыркины были приговорены судом к высшей мере наказания, а остальные — к различным срокам лишения свободы
…Приближалась первая годовщина Великого Октября. Трудящиеся готовились к празднику. С большим энтузиазмом они работали на всех участках социалистического строительства. Но мирный труд советского народа был прерван гражданской войной. В октябре 1918 года белоказачья армия генерала Краснова начала наступление в направлении Воронежа. Надо было организовать отпор белогвардейцам.
Губком партии поручил Н. П. Павлуновскому сформировать в кратчайший срок отряд. Уже через неделю, 11 октября 1918 года, Никита Петрович доложил о выполнении задания. Отряд был сформирован в основном из железнодорожников (154 человека). В него входили также 23 бойца-интернационалиста, 20 латышских стрелков-коммунистов.
Утром 12 октября 1918 года отряд во главе с Н. П. Павлуновским выехал на Южный фронт. Он провел несколько удачных боев против красновцев. Это подняло дух бойцов, вселило в них веру в победу.
Но случилось неожиданное. Под покровом густого тумана ранним утром 20 октября белогвардейская конница обошла отряд Павлуновского с флангов и, пользуясь численным превосходством, нанесла удар с тыла. Завязался неравный жестокий бой. Каждый боец интернационального отряда дрался с двумя-тремя красновцами. Казаки были отбиты, но Никита Петрович Павлуновский погиб.
Погиб любимый командир красногвардейцев, отважный чекист, беззаветно преданный делу Ленина. Но жива память об этом скромном и мужественном человеке, Никите Петровиче Павлуновском, — жизнь его всегда будет служить примером для потомков.
ПРЕДСЕДАТЕЛЬ ГУБЧЕКА
(«Дело № 856»)
Стояла глубокая осень революционного 1905 года. С моря дул свежий штормовой ветер. Рваные клочья облаков неслись на восток. Моросил мелкий нудный дождь.
На рижских улицах после октябрьских стачек, эхом прокатившихся по необъятной России, сменяя друг друга, несли круглосуточную патрульную службу солдаты и офицеры местного гарнизона. Царским указом Лифляндская губерния была объявлена на военном положении.
Время от времени патрули останавливали прохожих, проверяли документы, обыскивали. Некоторых арестовывали и уводили. Но на тринадцатилетнего белобрысого подростка никто не обращал внимания. Одетый в форменную шинель ученика местного реального училища Отто Хинценбергс спешил к назначенному времени на явочную квартиру. Его там ждали.
…Мужчина средних лет, сидевший в небольшой комнате у стола, взглянул на часы. Минутная стрелка приближалась к цифре «12». «Сейчас Хинц должен войти», — подумал он. И тут же послышался условный стук в дверь.
— Здравствуйте, дядя Артур, — на пороге стоял улыбающийся Отто.
— По тебе можно сверять часы, — одобрительно сказал хозяин квартиры. — Молодец. В нашем деле пунктуальность — первое дело. Это партийная дисциплина. Присаживайся.
Они сели за стол; хозяин дома предложил чаю, но Отто отказался, не за этим же звал его дядя Артур.
А тот не спешил с делом. Неторопливо, спокойно говорил о тревожном времени в Риге, о том, что время такое по всей России, что рабочий класс понял: власть ему в руки добровольно не отдадут, ее надо брать силой. Но армия и флот пока что на стороне царизма, и задача большевиков — развернуть пропаганду среди матросов и солдат, помочь им осмыслить текущий момент, перейти на сторону рабочих и крестьян. Для этой цели им надо передавать наши газеты и листовки, выступать в казармах…
Дядя Артур умолк, внимательно глянул на притихшего Отто:
— От нашей партийной организации есть для тебя очень важное дело. Вот эти листовки надо распространить среди солдат. Справишься? Но имей в виду, что это не только важно, но и опасно. В городе комендантский час, кругом патрули…
— Не подведу, — коротко, с готовностью ответил Хинценбергс.
Он взял одну из листовок, стал читать.
«Российская социал-демократическая рабочая партия. Пролетарии всех стран, соединяйтесь! — было написано в верхнем правом углу. А чуть ниже крупным шрифтом — заголовок: «К солдатам».
«Царь видит, — читал дальше Хинценбергс, — что волна народного недовольства подымается все выше. Он видит, что измученный и исстрадавшийся, голодный и бесправный русский народ, обираемый и обкрадываемый капиталистами, помещиками и царскими чиновниками, готовится к решительной схватке с царизмом, и он хочет пушками и пулями, штыками и нагайками запугать восставший народ…
…Если тебя пошлют стрелять в рабочих, когда они будут протестовать против царского насилия, — ты должен отказаться, ты не должен стрелять!
И в момент решительной схватки народа с царизмом ты должен открыто стать на сторону народа, ты должен направить дуло ружья против палачей и угнетателей народа!..
…Долой военное положение!
Да здравствует революционная армия!»
— Здорово написано! — поднял на дядю Артура радостные глаза Отто. Он испытывал гордость: большевики доверяют ему такое большое и ответственное дело! Отто рассовал по карманам листовки.
— Ну, Отто, будь осторожен и внимателен, — сказал на прощание дядя Артур. — Береги себя.
Спустя несколько минут Отто шагал по знакомой улице к своему дому. На одном из ближайших перекрестков Хинценбергса окликнули:
— Эй, пострел, погоди!
Отто остановился, с детским любопытством разглядывал приближавшихся к нему двух жандармов.
— Куда спешишь?
— Домой.
— А где был?
— У своего друга. Он заболел и не был сегодня на занятиях.
— Ну, тогда поторапливайся. Поздно уже шататься.
Дальше Отто зашагал быстрее. Жандармы видели, в какой дом зашел подросток. Выполняя приказ начальства, они добросовестно старались замечать и запоминать все на своем участке.
В последующие дни юный революционер О. Хинценбергс был целиком поглощен выполнением задания. Он оставлял листовки там, где чаще всего бывали солдаты, с помощью друзей собрал около двадцати адресов и по почте пересылал листовки. За неделю Хинценбергсу удалось распространить свыше двухсот экземпляров большевистской листовки «К солдатам». Задание было выполнено успешно.
…В конце 1908 года из-за границы в Ригу прибыл Петр Гуден и по рекомендации Заграничного бюро ЦК Российской социал-демократической рабочей партии получил работу в партийной типографии, которая размещалась в доме № 5 на Длинной улице. Здесь он встретился с Отто Хинценбергсом. Они быстро подружились. Принимали участие в печатании латышской газеты «Циня» («Борьба») — органа социал-демократической партии — и других партийных изданий.