Леонид Андреев – Незримые поединки (страница 4)

Много документов из русской истории переданы местной библиотеке при Коммунистическом клубе, некоторые, чисто семейного характера, оставлены Волконским.

Просим Ваших указаний, не следует ли все документы передать в исторические музеи Петрограда или Москвы.

Пользуясь случаем, выражаем горячее пожелание скорейшего выздоровления для блага республики.

С товарищеским приветом

В ответ председателю Борисоглебской чрезвычайной комиссии 25 сентября 1918 года было послано следующее письмо за подписью управляющего делами Совнаркома В. Д. Бонч-Бруевича:

«Председатель Совета Народных Комиссаров В. И. Ульянов (Ленин) распорядился благодарить Вас за присланные Вами документы Робеспьера-младшего и Бонапарта, взятые Вами, как видно из Вашего сообщения, из архива кн. Волконских.

Владимир Ильич просит Вас совершенно немедленно и особенно бережно переслать весь этот архив, помещенный Вами при библиотеке местного Коммунистического клуба и в других местах, кроме тех, которые оставлены Вами Волконским, в Управление делами Совета Народных Комиссаров. Мы поместим все эти документы в одном из наших музеев, сделав предварительные описи всего.

Предполагаем, что в скором времени все это будем издавать в научных трудах Особой комиссии. Владимир Ильич просил передать Вам свой привет»[13].

Выполняя ленинский наказ, председатель Борисоглебской чрезвычайной комиссии направил документы из архива князей Волконских в Совнарком со следующим препроводительным письмом:

«При сем Борисоглебская чрезвычайная комиссия препровождает Вам заметки декабриста князя Волконского (Сергея) у найденные в его доме в гор. Борисоглебске.

Приложение: вышеназванные заметки на тридцати пяти листах»[14].

В. Д. Бонч-Бруевич по просьбе Владимира Ильича развернул большую работу по сбору архивных и библиотечных материалов. Он руководил Государственным литературным музеем, где были собраны ценнейшие и уникальные материалы. Архив Волконских в настоящее время хранится в Ленинграде, в Пушкинском доме. Ценные исторические документы сохранились, потому что о них позаботился В. И. Ленин.

В самые трудные, сложные моменты борьбы с контрреволюцией партийные и советские работники, чекисты обращались за советом к В. И. Ленину.

Решительное подавление Советской властью кулацких выступлений вызвало ожесточенное противодействие социалистов-революционеров. Группа воронежских эсеров поддержала вооруженный мятеж, поднятый в июле 1918 года в Москве ЦК левых эсеров, и полностью одобрила его действия, направленные на вооруженную борьбу с Советской властью. В Воронежском, Нижнедевицком, Задонском[15] и в других уездах создавались подпольные комитеты, которые призывали к свержению коммунистов.

Задонский Совет, руководимый большевиком М. Ф. Болдыревым[16], 12 июля 1918 года исключил левых эсеров из своего состава за активную защиту кулаков. Но эсеры решили взять реванш на V уездном съезде Советов. Съезд состоялся 16 августа 1918 года. На нем присутствовали 96 коммунистов, 8 беспартийных и 122 левых эсера. Последние, пользуясь своим численным перевесом, помешали большевистской фракции провести резолюцию о беспощадной борьбе с кулачеством. Положение еще больше осложнилось, когда вооружившиеся кулаки пригородного села Тешевки двинулись на Задонск.

М. Ф. Болдырев проинформировал В. И. Ленина о сложившейся ситуации. 17 августа 1918 года Владимир Ильич телеграфировал:

«Задонск,

Исполком, Болдыреву

Действуйте самым решительным образом против кулаков и снюхавшейся с ними левоэсерской сволочи. Обратитесь с воззваниями к бедноте. Организуйте ее. Запросите помощи от Ельца. Необходимо беспощадное подавление кулаков-кровопийцев. Телеграфируйте.

В телеграмме В. И. Ленина содержались четкие указания для большевиков съезда. Съезд прервал свою работу, большевики объявили город Задонск на осадном положении. Делегаты уездного съезда, коммунисты взяли оружие и организовали оборону. Вместе с ними выступили и чекисты молодой уездной чрезвычайной комиссии, имевшей в своем составе конный отряд. На помощь к ним подошли ельчане. 17 августа 1918 года вечером в Москву пошел ответ:

«От Задонского уездного съезда Советов Воронежской губернии

17 августа 1918 года

Лидеры местного левоэсеровского комитета и инициаторы, предлагавшие съезду послать приветственную телеграмму на имя Спиридоновой, арестованы. Фракции левых эсеров предложено вынести постановление о несолидарности с бывшим ЦК партии эсеров, которая высказалась несолидарной. Предложенная фракцией коммунистов резолюция по текущему моменту принята съездом, которая бьет по всем контрреволюционерам и укрывателям хлеба, а также указывается, что подлежащие призыву и не желающие подчиняться Советской власти и идти на защиту социалистического отечества будут караться всеми строгостями законов пролетарской революции, агитирующих же против мобилизации ставить вне закона и расправляться с ними как с изменниками революции. Вся власть в руках коммунистов, затеянная авантюра левоэсерами подходит к концу ликвидации.

Левоэсеровский мятеж в Задонском уезде был подавлен. Съезд Советов возобновил свою работу и по земельным и продовольственным вопросам принял большевистскую резолюцию; избрал делегатов на IV губернский съезд Советов.

Преодолевая упорное сопротивление классовых врагов, губернская партийная организация и органы Советской власти решительно проводили в жизнь ленинский декрет о земле, ликвидируя помещичье землевладение и распределяя землю среди крестьян. Классовая борьба резко обострилась. Кулачество не хотело признавать законы о государственной монополии на хлеб. Излишки хлеба сбывались им по высоким спекулятивным ценам. Под влиянием левоэсеровской агитации в ряде мест поднимались кулацкие мятежи. Восставшие разоряли деревни, создавали тяжелые условия для работы советского аппарата.

Одно из таких крупных кулацко-бандитских выступлений имело место весной 1919 года в Землянском уезде Воронежской губернии. Кулаки разгромили комитет партии и ряд советских учреждений. В уезде создалось бедственное положение с продовольствием и средствами на содержание советского персонала.

О сложившейся тяжелой обстановке в этом уезде Воронежский губисполком своим письмом информировал В. И. Ленина:

«По сообщению Землянского уездного исполкома, уезд находится в катастрофическом положении. Восставшие дезертиры нарушили работу советских учреждений. Сбор налогов прекратился. Медицинский персонал, не получая жалованья уже три месяца, отказывается работать. Отсутствие средств грозит остановкой работы вообще всех правительственных учреждений уезда. Уездный исполком просит перевести ему минимум два миллиона»[19].

Это письмо не осталось без внимания вождя. Владимир Ильич Ленин в тот же день, 5 мая 1919 года, поручил Феликсу Эдмундовичу Дзержинскому ознакомиться с письмом Воронежского губисполкома и принять по нему соответствующие меры.

Вскоре помощь Землянскому уезду была оказана, и кулацкие выступления были пресечены.

Владимир Ильич учил чекистов внимательному отношению к судьбе каждого человека, оперативности и четкости в работе с людьми.

В конце 1918 года во время открытого вооруженного выступления унтер-офицерства» пытавшегося захватить город Борисоглебск и соединиться с белоказаками, в городе было введено военное положение. Началась подготовка к эвакуации. Были мобилизованы все местные извозчики с транспортом. В это время и произошел случай, о котором стало известно В. И. Ленину.

7 декабря 1918 года в Борисоглебский уездный исполком поступила телеграмма, в которой Владимир Ильич писал:

«Получил жалобу Ивана Богданова на арест его сына Владимира, 17 лет, больного бронхитом, за саботаж. Пересмотрите дело, проверьте болезнь, неопытность, молодость арестованного, особенно расследуйте, не были ли настоящими саботажниками 30 служащих земельного комиссариата, которые отказались от работы, взвалив ее на Богданова. Результат проверки телеграфируйте»[20].

8 тот же день председатель Борисоглебского Совета Н. С. Пешков телеграммой сообщил Ленину, что жалоба И. Богданова, работника кассы страхования безработицы в Борисоглебске, является необоснованной. Его сын Владимир здоров. Он работал в эвакуационной комиссии от земельного комиссариата. Ему было поручено выделять по нарядам подводы, а он, никого не предупредив, ушел с работы. Подводы разъехались не по назначению. Проступок В. Богданова был расценен как саботаж. Его арестовали на два месяца.

После ленинской телеграммы дело В. Богданова было пересмотрено и его освободили досрочно.

11 декабря 1919 года В. И. Ленин отправил в Воронеж телеграмму на имя председателя губисполкома, а копии — председателю губчека и председателю Реввоенсовета Южного фронта.

В телеграмме Владимир Ильич писал:

«Немедленно освободите из тюрьмы Николая Степановича Александрова. Если имеются существенные улики, установите домашний арест. Его дело перешлите в Москву мне»[21].

Кто же такой Александров, в судьбе которого горячее участие принял Владимир Ильич?

В октябре 1919 года на захваченной территории Воронежской губернии и в самом Воронеже свирепствовали белогвардейцы генерала Шкуро. Контрразведка поручика Зипалова производила массовые аресты рабочих, служащих и всех подозреваемых в сочувствии Советской власти. Арестованные подвергались жестоким истязаниям и пыткам. По приказу Шкуро на площади Круглых рядов (ныне сквер на углу улиц Плехановской и Дзержинского) были публично повешены комендант города Скрибис, сотрудник губчека Иванов, комиссар Лаврентьев, командир бронепоезда Шлегель и другие. В помещении губчека белогвардейцы демонстрировали созданные ими «комнаты пыток».