Леон Виндшайд – Что делает нас людьми (страница 11)

Четыре тысячи лет назад на востоке, в Междуречье, прошлое было для вавилонцев временем, которое лежало перед ними. Вавилонское слово Pānātu, означающее «прошлое», имеет тот же корень, что и слова со значением «передняя сторона» и «лицо». Слово Warkītum же тесно связано этимологически с такими понятиями, как «обратная сторона» и «то, что сзади»[67]. Трудно представить себе это, услышав впервые, ведь в нашем мире будущее впереди, а не позади нас. Для нас взгляд в будущее означает взгляд вперед. Вавилонцы же приближались к будущему спиной. Представьте, что вы сидите в поезде. Он едет навстречу будущему. Вы смотрите из окна по направлению движения. Всё мчится к вам. Деревья, растущие у железной дороги, пролетают мимо. Вы видите скорость. Вавилонец, сидя в том же поезде, смотрит из окна в противоположную сторону, назад. Туда, откуда он едет. В этом положении деревья не мчатся навстречу ему, а отдаляются всё медленнее с каждым метром. Ширина взгляда назад затормаживает время.

Тот, кто чувствует время как вавилонец, с каждым шагом в направлении будущего смотрит назад на преумноженное прошлое. Если смотреть с позиции настоящего только в будущее, остается совсем мало. Ведь будущее еще не пришло, «сейчас» существует только мгновение, а прошлого в любом случае не видно. Кто не хочет задействовать прошлое, теряет из виду свое время.

Мне очень нравится идея вавилонцев, и я постоянно пытаюсь применять их взгляд на время. В этом мне помогают несколько фраз, которые я записываю в конце каждого месяца. Всего лишь небольшая запись о том, что я пережил за последние четыре недели. Я сажусь, целенаправленно смотрю из окна против движения и ищу в воспоминаниях какую-то мелочь. Записываю ее в блокноте, на листочке или еще в чем-то, смотря что под рукой. Чаще всего через некоторое время я теряю или выбрасываю листочек. Для меня важно не сохранить воспоминания навечно, а поупражняться в ретроспективе. И действительно, я замечаю, что у меня всё лучше получается замечать незначительные моменты, поскольку в конце месяца я хочу написать об одном из них. Последнюю запись в году я делаю не в новогоднюю ночь, а в Рождественский сочельник, за несколько часов до того, как зазвонил колокольчик. Очень успокаивает, когда чувствуешь, что можешь выбрать одно из нескольких небольших воспоминаний на Рождество. Для меня это доказательство того, что я на правильном пути к тому ощущению времени, которое было раньше, когда ожидание рождественских подарков воспринималось как целая вечность.

Многочисленные оттенки красного. Как бороться с гневом?

Недостаточно того, что люди испытывают гнев. Важнейшая задача — так организовать и объединить людей, чтобы их гнев стал орудием перемен.

«Я задыхаюсь!» — лежа на земле, то и дело повторял, стеная, Джордж Флойд 25 мая 2020 года. Полицейский Дерек Шовин прижимал его шею коленом к асфальту в течение 8 минут 46 секунд. Смотреть видео этой сцены невыносимо. Кадры показывают бесчеловечность. Как можно стоять коленом на сонной артерии другого человека, который умоляет пощадить его? При виде этой вопиющей несправедливости многими овладел гнев, который вскоре вылился в протесты на улицах американских городов и по всему миру.

Похоже, гнев занимает важное место в современном обществе. Дрожащим от возмущения голосом Грета Тунберг от имени целого поколения предъявила мировым лидерам: «Как вы смеете?» В Испании выражают недовольство каталонцы, во Франции — «желтые жилеты». Сотни тысяч разгневанных демонстрантов потянулись по улицам Гонконга в окружении многоэтажных домов. В Великобритании накал страстей обеспечивал брексит. В Беларуси и Польше возмущенные женщины борются против засилья мужчин во власти, а жители Германии приходят в ярость от планов строительства вокзалов под землей или линий электропередач над ней.

Но и на малой сцене повседневности гнев то и дело встречается на нашем пути. Нам приходится ладить с руководителями, которые забываются, одолеваемые холерическими припадками бешенства; выносить детский рев из-за не купленного родителями мороженого. А кого из нас не обуревал гнев со всеми негативными последствиями за рулем, когда водитель впереди тащится со скоростью 30 километров в час по центральной улице? И кто не приходил в бешенство от малейшей оплошности любимого человека только потому, что накопившееся за день напряжение, обусловленное неблагодарностью руководителя, бессовестными запросами клиентов и неорганизованной командой, должно было вырваться наружу? А уж соцсети как будто созданы для выплеска негативных эмоций. Вот уж где гневные однозвездочные рецензии на рестораны, еда в которых пришлась не по вкусу, или резкие комментарии с навязыванием своего мнения!

При этом мы стремимся к гармонии. Ведь не годится же, например, ударить кулаком по столу во время совещания или повысить голос на ребенка. В повседневной жизни мы должны держать себя в руках. Но если гнев находит выход, за ним следует чувство стыда, ведь в нашем обществе открытая демонстрация гнева осуждается. Из страха показаться смешными или несдержанными мы подавляем это чувство; при этом, как и в случае со страхом, рискуем тем, что оно будет накапливаться и в конце концов дело закончится взрывом. Махатма Ганди, икона ненасильственного сопротивления, видел в силе гнева шанс для человечества. Когда он привел своего внука Аруна, агрессивного и вспыльчивого ребенка, в свой ашрам, то объяснил мальчику: «Я рад, что гнев так сильно охватывает тебя. Это положительное качество. Я постоянно испытываю гнев»[69]. Арун не понял: «Я еще ни разу не видел тебя разгневанным». — «Потому что я научился использовать гнев в мирных целях. Гнев для человека — словно бензин для автомобиля, он приводит автомобиль в движение, чтобы тот ехал вперед и оказался в лучшем месте», — ответил Ганди.

Что же такое гнев на самом деле? Откуда он берется? Когда это мощное горючее, которое создает динамику, а когда разгорается бесконтрольно и становится разрушительным?

На схеме ниже показан простой метод классификации ощущений в соответствии с их интенсивностью и воздействием.

Горизонтальная шкала с двумя полюсами — «Ощущение неприятное» и «Ощущение приятное» — нужна для обозначения валентности чувства: чем приятнее эмоция, тем правее она на схеме. Страх и скука неприятны, как и гнев, поэтому их стоит расположить левее.

Вертикальная шкала, пересекающая в центре горизонтальную, обозначает уровень волнения и имеет две крайние точки — нижнюю «Я спокоен» и верхнюю «Я волнуюсь». Когда мы в отпуске нежимся на солнышке в шезлонге, мы расслаблены и довольны — это приятное ощущение. Мы спокойны — это точка в правом нижнем квадрате. Выигрыш в автомате в казино Лас-Вегаса дает нам положительные и волнующие ощущения — наши эмоции располагаются в верхнем правом квадрате. Скуку мы ощущаем как нечто неприятное — и, как правило, мы спокойны. Вероятнее, страх будет еще более неприятен и, в зависимости от нашей точки зрения, либо волнующим, либо парализующим. Так на графике можно изобразить наше эмоциональное состояние. Где бы мы расположили гнев? Большинство из нас, пожалуй, поместили бы его по краю верхнего левого квадрата. Гнев дает нам неприятные ощущения и вызывает сильное волнение. Но здесь не всё так просто, ведь такое расположение демонстрирует только одну сторону этого чувства.

Мы испытываем гнев в случае несправедливого, уничижительного обращения, высмеивания или применения насилия к кому-то на наших глазах. В такие минуты уровень волнения повышается, человек возмущен и вскипает. С приступом гнева мозг как будто отключается. «Если ты сердишься, сосчитай до десяти. Если очень сильно сердишься — до ста», — такой совет дал однажды американский президент Томас Джефферсон. Мудрая рекомендация, но не так просто ее применить.

В гневе мы говорим слова, о которых позже жалеем. В приступе мы можем поднять на кого-то руку. Даже немецкое уголовное право, обычно равнодушное к чувствам, учитывает, что гнев может ослепить человека. Если жертва вызвала у преступника «раздражение до состояния гнева», то в силу вступают смягчающие обстоятельства, даже в случае смертельного исхода[70]. Предполагается, что разъяренный человек теряет контроль над собой и всё, что происходит в этом состоянии, находится за границами разума.

Как и коленный рефлекс, срабатывающий на удар под коленной чашечкой, гнев — автоматическая реакция на раздражители окружающей среды. Следовательно, он причисляется к так называемым базовым эмоциям. Люди, независимо от их культурной принадлежности, возраста, пола или других факторов, одинаково переживают и выражают гнев. Здесь действует универсальная причинно-следственная связь. Когда в мозге срабатывают «нейроны гнева», нам ударяет краска в лицо, мы хмуримся, по лбу пролегает глубокая морщина — «морщина гнева». Мы больше ни о чем не думаем, гнев ослепляет нас — достаточно варварское состояние. Тот, кто не сдерживается, выставляет себя на посмешище. Но, как уже было сказано, ситуация не так проста. Одна женщина уже много лет всеми возможными научными способами борется за новый взгляд на гнев.

Лиза Фельдман Барретт — профессор психологии Северо-Восточного университета. Начиная доклад, она любит демонстрировать часть изображения женского лица в сильно увеличенном масштабе[71]. На изображении видно, как по щекам женщины катятся слезы. Рот ее широко открыт, а брови судорожно сведены к переносице, поэтому неизбежно складывается впечатление, что с ней случилось плохое. На лице женщины отражается гнев вместе с отчаянием и болью. Но потом Фельдман Барретт показывает изображение целиком. И мы видим теннисистку Серену Уильямс, которая кричит во всё горло от радости и облегчения, только что одержав победу над своей сестрой в финале Открытого чемпионата США. Мы наблюдаем два совершенно разных душевных состояния, которые не можем четко различить по выражению лица.