Леон Виндшайд – Что делает нас людьми (страница 10)

Положа руку на сердце, ответьте, когда вы в последний раз по-настоящему испытывали скуку? В сегодняшнем мире ей почти не осталось места. Мы постоянно спешим в течение рабочего дня, по вечерам занимаемся с детьми; и даже если вдруг на минутку возникает скука, мы легко прогоняем ее ловким движением руки по экрану телефона. Во время строгого карантина в пандемию коронавируса, когда были закрыты бары и кинотеатры, можно было наблюдать за тем, насколько мало принимается скука в нашем обществе. Интернет, всевозможные газеты и журналы наполнились советами, как разумно использовать внезапно освободившееся время. Я знаю многих людей, которые оказались в состоянии стресса, пытаясь заполнить свободное пространство в жизни. Запустить виртуальный проект, укрепить мышцы, покрасить кухню. Лишь бы не впускать в свою жизнь скуку!

Мы на корню губим это чувство, одновременно игнорируя сигнал, который очень нужен нам как компас на жизненном пути, так же как ощущение боли или страха.

Можно подумать, что неприемлемость скуки — феномен цифровой эпохи. Но это не так. Уже в античные времена ее пренебрежительно называли «монашьей болезнью». В Средневековье церковь объявила скуку пороком. Но современные люди, по сравнению с людьми прошлого, могут легко избежать ее. Постоянное наличие всевозможных объектов, на которые можно отвлечься, рассеивает внутренний фокус, который может возникнуть только в состоянии скуки.

Если мы хотим дать шанс скуке и, как следствие, новому ощущению собственного времени, мы должны осознать ее положительные стороны. Наряду с корректирующей и мотивирующей силой, ценность скуки в том, что она помогает нам погрузиться в собственные мысли. Начинается полет фантазий, могут возникнуть идеи, которые никогда не пришли бы нам в голову. И действительно, уже несколько лет ведутся исследования, может ли скука стимулировать креативность. Для этого участников разных экспериментов просили на протяжении долгого времени выполнять монотонные задачи, вызывающие мучительные ощущения. Некоторые должны были подолгу смотреть на заставку на экране, другие сортировали красную и зеленую фасоль в миске по цветам, третьи переписывали страницами номера из телефонной книги[62]. После этой предписанной скуки большинство показывали более высокие результаты в творческом тесте, чем другие участники группы, которым разрешалось отвлекаться или которые выполняли более сложные задания. Исследования в этой области только начинаются, но многое указывает на то, что скука, допущенная в жизнь, повышает наш интерес к новому.

Вдобавок скука может дать нам шанс заняться своим внутренним миром. По словам Андреаса Эльпидору, она стимулирует личностный рост и поиск смысла, с добрыми намерениями вытесняя нас из зоны комфорта[63]. В ходе исследования, проведенного в 2009 году, на примере 123 американских пар исследователи смогли обнаружить связь между пересекающимися любовными кругами, удовлетворенностью в браке и чувством скуки[64]. Пары, которые жили седьмой год вместе и ощущали скуку, часто отдалялись друг от друга, а если спустя девять лет совместной жизни оставались вместе, то их неудовлетворенность возрастала. Здесь ясно, насколько важно воспринимать скуку всерьез и понимать ее как импульс к урегулированию. «Знание о потенциале скуки — первый шаг на пути ее использования в своих целях», — резюмирует Эльпидору[65].

Скука появляется в какие-то минуты повседневной жизни, например в приемной, в очереди в супермаркете или в пробке. Но если мы не можем выдержать и нескольких минут в туалете без смартфона, то, конечно, мы не даем скуке проникнуть в нашу жизнь. И уже сегодня есть результаты исследований, свидетельствующие, что скука помогает нам, давая разрядку. Когда мы ничего не делаем, мозг не отключается, а работает в особом, пассивном режиме; и это крайне важно для упорядочивания опыта, впечатлений и понимания эмоций — иными словами, для осознания пережитого.

«Но ведь еще нужно время, чтобы просто посидеть и посмотреть в одну точку». Эти слова приписывают Астрид Линдгрен, предугадавшей сокровенные мысли современных психологов. Умение переносить скуку прочно связано с состоянием внутреннего покоя. Она приходит и уходит сама. Искусство заключается в том, чтобы оставлять такие пространства; даже если это трудно, даже если мы привыкли быстро находить себе занятия, чтобы избавиться от неприятного ощущения времени и создать иллюзию счастья. Но этого недостаточно, чтобы по-настоящему быть счастливыми. Через определенные промежутки времени нам необходимы моменты скуки, чтобы «заземлиться», прислушаться к себе и сравнить заданные цели с путем, на который мы встали.

Мы не можем изменить физические параметры времени. Пока я пишу эти строки, проходят секунды, «сейчас» превращается в «только что», а «сегодня» становится «вчера». Остановить ход времени невозможно. Но мы можем изменить наше восприятие. Для этого мы должны прежде всего осознанно жить. Это крайне важно именно в наши дни, поскольку наше ощущение времени всё меньше оказывается связанным с постоянными структурами. Раньше весна, лето, осень и зима упорядочивали не только сам год, но и человеческую деятельность. Весну проводили за посевными работами; лето было ознаменовано уходом за полями; осенью приходила пора уборки урожая; а зимой, когда дни становились короче, трудились в доме. Так люди осознанно и интенсивно ощущали смену времен года. Для нас такая структура намного менее важна. Продолжительность нашего рабочего дня не зависит от восхода и заката солнца, свежие фрукты в любое время года для нас само собой разумеющееся явление, а если в январе нам хочется солнышка, мы летим на Карибское море или идем в солярий. Религиозные ритуалы, например Страстная неделя между Вербным воскресеньем и Пасхой у христиан, отдых в Шаббат у иудеев или намаз у мусульман, то есть ритуальная пятикратная молитва, произносимая в определенные часы в течение дня, также утрачивают свое значение. Starbucks работает в Израиле в субботу точно так же, как в воскресенье в Риме. Трудясь посменно, мы превращаем ночь в день. Границы между «работой» и «жизнью» стираются. Электронные письма отправляются и прочитываются в любое время суток. Благодаря гибкому графику и удаленной работе мы сами решаем, когда начинается и заканчивается ли вообще наш рабочий день.

За такую гибкость приходится платить. Действительно, в стартапах нет контрольных часов и не раздается заводской гудок, возвещающий окончание рабочего дня. Но преимущество часов и гудка в том, что они дают нашей голове четкий сигнал: работа окончена. Наше ощущение времени теряется из-за отсутствия границ. Если время — это ощущение и оно становится всё более индивидуализированным и свободным, то мы несем ответственность за это ощущение, так подверженное изменениям и так существенно определяемое объемом информации, которую мы стремимся обработать и зафиксировать, а также ценностью, которой мы наделяем секунды, минуты, часы и дни.

Мы способны предпринимать активные действия, если время течет для нас слишком медленно или летит слишком быстро. Привычки и рутина выхолащивают наше ощущение времени. Информация и процессы, которые постоянно перерабатывает наш мозг, ищут в нашей голове короткие пути и быстрее достигают цели. Мозг так экономит наше время и сокращает воспоминания. Разумеется, мы не можем каждый день прыгать с башни, чтобы заставить мозг выделять особое место для событий на нашей временной шкале. Но мы в силах позаботиться о новых впечатлениях. Только представьте, сколько места наш мозг выделил под детские воспоминания. Посмотрев вокруг глазами ребенка, мы понимаем, что мир полон поводов испытать что-то впервые. Мы можем впервые в жизни пойти на работу новой дорогой. Или приготовить обед из трех блюд, которые еще никогда не пробовали. Если хочется большего масштаба, можно стать волонтером, лучше всего в совершенно новой для себя области. Дайте мозгу стимул, сделайте уже сейчас что-нибудь в первый или в последний раз — это тоже может подействовать. Иногда последний раз тоже бывает особенным и дает нужный эффект. Например, мы можем сходить в любимый ресторан и взять перерыв на полгода. Мы можем провести последний вечер с Netflix и не включать его в течение трех месяцев. Съесть любимое блюдо и взять паузу на год. В эмоциональном отношении последний раз может быть таким же волнующим, как и первый. Даже если мы прерываем какую-то деятельность не навсегда.

Создание эмоциональных воспоминаний поможет нам замедлить время в ретроспективе. Если между Пасхой и Рождеством ваши дни будут наполнены только рутиной, то в сочельник вы удивитесь, как быстро пролетели эти месяцы. Но если нарушать устои, наш мозг начнет писать не отдельные страницы, а целые папки. Так мы сможем перехитрить быстротечное время.

Я столкнулся с тем, что смена перспективы тоже может помочь в этом. Мы несемся по жизни, устремив взгляд четко вперед. Что принесет нам будущее? Бизнесмены борются за инновации, инвесторы пытаются предугадать тенденции. Мы продаем всё более новые технологии, поскольку это дает нам ощущение приближения будущего. Наш техногенный мир устремлен вперед. «В прежние времена новое нуждалось в обосновании, не будучи продолжением старого, которое всегда понималось как само собой разумеющееся. Сегодня всё наоборот: оправдываться приходится традиции, а не инновации», — пишет Рюдигер Сафрански[66]. Вопрос о том, что несет нам будущее, встает повсеместно. Как ослик бежит за морковкой, так и мы гонимся за будущим и никогда его не достигаем. Но ведь человек может иначе относиться ко времени.