Леока Хабарова – Сквозь Мрак (страница 4)
Штатный психоаналитик элитного гарнизона легко сошёл бы за циркового силача. Не хватало только полосатого трико и лихо подкрученных усов. Могучий, двухметровый, он выглядел так, будто без труда скрутит узлом любого… кто не соответствует установленным нормам.
Нехорошо…
– Садитесь.
Ник сел.
– Ваше дело, – силач мозгоправ отложил в сторону пузатую картонную папку на завязках, – весьма впечатляет.
– Благодарю.
– Я слышал, с вашим ведомым – мастером Данном – случилась трагедия.
– Так точно.
– Как вы восприняли эту новость? – мозгоправ вооружился самопишущим пером.
Никлас нахмурился. Что за нелепые вопросы?
– Мы с Петером шесть лет вместе, – заявил Ник. – Как только я узнал об аварии, сразу отправился на Астру.
– Произошедшее стало неожиданностью? – вопросил психоаналитик, и Ник повёл плечом: в голосе померещились странные нотки. – Или вы не удивились?
– Разумеется, удивился, – холодно отрезал Никлас.
Мозгоправ кивнул.
– Мастер Данн был с вами во время Лаамского инцидента?
«Ах вот оно что!» – сообразил Ник и скрежетнул зубами.
– Я же сказал – мы шесть лет летали вместе. Бок о бок. – Он начал терять терпение. – В деле всё есть.
– Есть, – согласно кивнул мозгоправ. – Но мне важно услышать непосредственно от вас.
– Да, – заявил Никлас, прямо заглянув в глаза психоаналитику. – Петер был со мной во время Лаамского инцидента.
– Стало быть, вы атаковали крейсер вместе.
– Мы действовали согласно должностным инструкциям, – голос прозвучал глухо. – Оба.
– Всё верно, – кивнул мозгоправ. – Именно так указано в вашем рапорте… и в рапорте мастера Данна.
Никлас обречённо поглядел на своего палача. Ну, давай. Говори уже!
– Вы часто вспоминаете, как отправили на тот свет двести девяносто семь ни в чём не повинных беженцев?
Крис
Крис смотрела. Слушала. Молчала и чувствовала, как ненависть захлёстывает волной, но холодная рука рассудка заставляла сдерживаться.
Так надо. Пока. Так. Надо. Иначе нельзя…
– Твоё платье. – Грандмастер Дарий Лунц положил перед ней коробку, перевязанную чёрной шёлковой лентой. – Его шили на заказ. Оно подчеркнет цвет твоих глаз и выгодно оттенит белизну кожи.
– Благодарю.
Крис потянула за край, и лента развязалась. В коробке лежал роскошный наряд из чёрного атласа и дорогущего эйрийского кружева. К наряду прилагались длинные перчатки и лента-бархотка.
«Ошейник», – подумала Крис.
– Ты должна примерить его, – заявил Грандмастер тоном, не терпящим возражений. – Прямо сейчас.
Крис потупилась. Ширмы в комнате не наблюдалось.
– Ты побледнела, дитя, – Дарий Лунц весьма умело изобразил озабоченность. – Тебе нездоровится?
– Нет, господин Лунц. – Голос предательски дрогнул.
– Ах, милая! Сколько раз говорил – зови меня папенькой: так гораздо приятней.
Крис предусмотрительно смолчала и потупила взгляд: не дай бог заметит, как полыхнула ненависть в глазах и желваки заходили на скулах.
– Надень его, – потребовал Лунц. – Хочу убедиться, что портной учёл все мои пожелания.
Кристиана не шелохнулась. Предательский жар опалил щёки, и Лунц мгновенно это заметил.
– Ты не должна меня стесняться, дитя, – вкрадчиво прошелестел он, – ведь я тебя вырастил.
Скрепя сердце, пришлось подчиниться. Дрожащими пальцами Крис расстегнула комбинезон. Она снова и снова напоминала себе: от него, от кошмарного Лунца зависит – полетит она во Мрак или нет. Одно его слово – и всему конец.
Вне всякого сомнения, он считал её стремление капризом, желанием удовлетворить нездоровые амбиции и покрасоваться перед сокурсниками. Пусть так. Это куда лучше правды. Страшно представить, что сделал бы Лунц, узнай о её истинных намерениях!
Путаясь в рукавах, лямках и рюшах, Кристиана влезла в подаренное платье.
– Ты так хороша, моя голубка… – Лунц развернул её к зеркалу и встал позади. Собрал волосы, обнажая шею. От горячего дыхания по коже побежали мурашки. Кристиана вздрогнула и внутренне сжалась. Ещё немного, и она не выдержит. Ударит. Влепит пощёчину. Да так, что мало не покажется… и тогда уж точно – всему конец. Нет. Нет! Надо держаться. Слишком многое поставлено на карту! Осталось продержаться совсем недолго. Всего лишь два дня. Два маленьких денёчка… – Так похожа на мать. Хрупкая и гордая. Нежная и неприступная. Манящая…
Дарий Лунц уткнулся носом ей в макушку.
– Ты даже пахнешь, как она…
Крис напряглась, точно струна. Взгляд упал на изысканную фарфоровую вазу с тонким горлышком. Схватить. Вдарить по темечку и… будь что будет!
Раз, два… Толстые пальцы Лунца стиснули талию, больно впиваясь в плоть… Три!
– Господин Лунц! – горничная ворвалась в комнату спасительным вихрем.
– Тебя стучаться не учили? – рявкнул Грандмастер, но руки убрал. И отступил на шаг.
Кристина закрыла глаза и облегчённо выдохнула. Слава богу!
– Там газетчики! – выпалила горничная, пропуская хозяйское недовольство мимо ушей. – Целая толпа! А с ними фотографы! Все вас хотят!
Лунц мигом смягчился.
– О, да, – сказал, улыбнувшись. – Сегодня я нарасхват. – С важным видом он склонился и поцеловал Крис руку. – До встречи на балу, дитя моё. Твоя красота затмит звёзды!
Оправив пиджак, Грандмастер вышел в коридор в сопровождении суетливой горничной, а Кристиана упала на кушетку и разрыдалась.
ГЛАВА 4
Ник
Астрийский Дом Офицеров был построен задолго до Первой войны и потрясал воображение. Монументальное здание с колоннадой, портиками, барельефами на фронтонах, широкими мраморными лестницами, резными балясинами, расписными потолками и гипсовыми статуями в нишах. Архитектор явно вдохновлялся строениями Земной эпохи – безмятежных времён, когда люди жили на поверхности, а не парили над ней. Повсюду на стенах красовались символы Воздушного Союза: шестандцатилучевая звезда Астры, три синие эйрийские спирали, вписанная в круг латейская лямбда. С портретов строго и величественно взирали герои.
Но Ник не смотрел на героев. Он смотрел на барышень, ибо именно они задавали всю прелесть вечера. Яркие, нежные, в шляпках и без – они порхали, щебетали, звонко смеялись и улыбались так зазывно, что голова шла кругом. Смуглая брюнетка в белоснежных шелках послала Нику воздушный поцелуй. Дерзкая рыжеволосая бестия с перьями в волосах повисла на локте и затребовала первый танец. Очаровательная миниатюрная шатенка, робея, предложила выпить шампанского.
Никлас грелся в лучах их внимания: отвечал улыбкой на улыбки, расточал комплименты, сыпал искромётными шутками, вальсировал, с интересом заглядывал в каждое проплывающее мимо декольте и пил, пил, пил…
Как минимум, это отвлекало от мыслей о Петере. Да и вообще…
Впереди опасное задание, позади – бесконечные войны, а жизнь так коротка. Отчего бы не насладиться ей здесь и сейчас?
Он был уже порядком подшофе, когда музыка смолкла. Кто-то звонко постучал ножом по хрусталю, и все воззрились на небольшую сцену в центре зала.
– О! Да это сам Грандмастер Лунц! – восторженно шепнула девица, с которой Ник только что танцевал. Он даже не успел выпустить её из объятий: узкие девичьи ладошки до сих пор лежали на его плечах.