Леока Хабарова – Сбежать из Академии (страница 2)
– Нина.
– Нина? – он прищурился, и я заметила морщинки вокруг глаз. Похоже, парень старше, чем показалось сразу. Просто хипстерский прикид сбивал с толку: незамысловатая красная футболка, потёртые джинсы и кеды кого угодно сделают похожим на подростка-переростка. – А я-то думал, в волшебной академии у всех волшебные имена.
– Можете звать меня Нинель, если хотите, – пожала я плечами и вытащила из ящика картонную папку для личного дела. – Вы, видимо, наш новый метафизик?
– Всё верно, – Антон уселся напротив. – Точнее – просто физик, но прошёл ускоренный курс по основам мироздания и бытия.
– Оу! – я сделала пометку: "внести информацию о переподготовке в личное дело" и принялась вбивать данные нового сотрудника. – Курс на сто шестнадцать или на двести восемьдесят часов?
– Тридцать шесть, – сказал Антон и почему-то смутился. – Из них шесть – дистанционно и тридцать самостоятельно... А что, кстати, стряслось с прошлым физи... простите, метафизиком. Уволился?
– Нет, что вы. Отсюда не увольняются: кому такое придёт в голову! – я искренне надеялась, что судороги на моей физиономии сойдут за улыбку. – Ваш предшественник просто заболел.
– Заболел? – Парень нахмурился. – Что-то серьёзное?
– Нет-нет, – я покачала головой. – Лёгкая форма одержимости бесом.
Антон захмурнел пуще прежнего.
– Это... э-э-э... как-то лечится?
– Конечно! К новому учебному году как рукой снимет, – уверила я его. – Подпишите тут и вот тут.
Я протянула ему острый, как бритва, тонкий кинжал и пергамент с контрактом.
– Это ещё зачем? – брови парня поползли вверх.
– Форму А.Д. шесть ноль шесть подписывают кровью, вам разве не сказали?
– Нет!
– Уверяю, это чистая формальность, – сказала я и добавила: – Не волнуйтесь, нож стерильный: я его каждый понедельник дезинфицирую, если не забываю.
– Но... – Антон заметно побледнел. – Я же на замену. Временно. На пару месяцев всего...
– Если станет плохо, я дам нашатырь.
Парень вспыхнул.
– Не в этом дело! Просто...
– Н-и-и-и-и-н-а-а-а-а-а!!!! – донеслось из кабинета, и Антон осёкся на полуслове.
– Проклятье, – буркнула я, но тут же спохватилась: – Это я не вам.
– Я понял.
– Н-и-и-и-и-и-и-и-и-и-н-а-а-а-а-а-а-а-а!!!!
– Вы подписывайте пока, а я отойду на полсекундочки.
Антон кивнул, смерив меня внимательным взглядом, и, сморщив от усердия лоб, принялся изучать форму А.Д. шесть ноль шесть.
– Ты сделала, что я просила? – проревела драконица. Кабинет был для неё слишком тесен, и приходилось открывать окно, чтобы выпростать шипастый хвост.
– Что именно, Мегера Душегубовна?
Вертикальные зрачки угрожающе сузились.
– Всё! – рявкнула она и дёрнула хвостом, сбивая с ветхих стен штукатурку. – Надо! Было! Сделать! Всё!!!
– Ну... да. В той или иной степени, – уклончиво ответила я.
Из пасти вырвалась струя огня.
– Ты! – пророкотала Мегера Душегубовна, приподнимаясь на когтистых лапах. – Ты работаешь здесь уже двадцать лет и до сих пор не можешь справиться с элементарными поручениями! Никчёмная безмозглая кукла!
От подобного следовало бы расстроиться... но нет. Помнится, в начале карьеры я даже плакала после таких вот выволочек. Но те времена давно прошли. Я нарастила себе шкуру, которая не уступала в плотности драконьей чешуе. Так что...
– Это всё, Мегера Душегубовна? – равнодушно уточнила я, с тоской подумав о надёжно спрятанном в нижнем ящике стола заявлении об уходе. Два месяца заветная бумажка ждала своего часа. Эх...
Драконица пустила дым носом, наклонила морду и клацнула зубами прямо перед моим лицом. Страшно. Но даже вполовину не так страшно, как ипотека.
Дверь кабинета чуть приоткрылась, и директриса мгновенно уловила едва заметное движение в приёмной. Это Антон дёрнулся, надколов палец острым лезвием. Кажется, парень даже ойкнул.
– Кто у тебя там? – начальница насторожилась и перешла на шёпот.
– Наш новый физик, – я тоже понизила голос. – Точнее – метафизик.
– Который на замену Эйдоса Платоновича?
– Да-да.
– И чего ж ты молчишь-то, а? – Директриса растопырила крылья, причиняя и без того разгромленному кабинету ещё больший ущерб. – Приглашай! Я лично оценю его квалификацию.
– Эм-м-м... – протянула я и, рискуя собственной шкурой, добавила: – Не думаю, что это хорошая идея, Мегера Душегубовна. Его только вчера к нам из Томска распределили. Был бы он из Питера, ещё куда ни шло: они там ко всему привычные. А так... Не дай Бог, испугается. Мало ли. Вдруг у него стрессоустойчивость ниже установленной Которектором нормы?
Директриса фыркнула.
– Думает она! Твоё дело не думать, а выполнять мои распоряжения. Зови физика! Но сначала оформи его как следует. А ещё принеси нам кофий. И чтобы не горячий!
Я вернулась в приёмную и обнаружила Антона посасывающим уколотый палец.
– Вот, – сказал он, демонстрируя пергамент с кровавыми отпечатками. – Я всё подписал. Хотя всё это несколько подозрительно, не находите?
– Ну что вы, – сказала я, вкладывая контракт в папку. – Ничего подозрительного. Так сейчас во многих организациях принято. Особенно в сфере образования. Вот, возьмите.
Я извлекла из ящика ватный диск и, смочив спиртом, передала новобранцу.
– Спасибо.
– И вот вам ещё барбариска.
– А это уже лишнее.
– Ничего подобного, – строго изрекла я. – У меня каждая конфета на учёте. Вы сейчас не возьмёте, потом в обморок упадёте, а я виновата останусь, что вовремя барбариску не выделила.
– Не упаду я в обморок!
– Берите-берите, – настаивала я. – Таков порядок.
Парень громко подумал пару крепких ругательств – они весьма явственно отразились на его физиономии – и сунул леденец в карман.
– Скажите, Антон, вы человек в каком поколении? – уточнила я.
– Ч-что, простите?
– Ваши родители – люди?
Молодой физик откинулся на спинку присутственного стула и скрестил руки на груди.
– Нинель, – он нахмурил брови. – Вы издеваетесь?
Эх, если бы!
– Это информация необходима для заполнения личной карточки, – отчеканила я максимально деловым тоном. – Обычно мы запрашиваем данные до девятого колена.