Леока Хабарова – Сага о Ледорезе. Книга 1. Хозяйка Седых Холмов (страница 12)

– О-ох! – девушка не знала, за что ухватиться. Глаза её сделались круглыми, как блюдца, что натолкнуло Яромира на удивительное умозаключение.

– Ты не умеешь ездить верхом? – он перехватил её ладонь и опустил на луку седла.

– Да… как-то не доводилось. Я не упаду?

– Нет. – Ледорез потянул кобылу за повод. Тропинка шла по дну заросшего можжевельником лога. Тут и там топорщились засохшие корни и коряги, гнили усеянные поганками брёвна, краснели на голых ветвях волчьи ягоды. Под ногами хрустело месиво из шишек, хвои, наста и почерневшей листвы.

– А ты?

– Я тоже не упаду.

– Я не о том, – вцепившись в луку, чудачка ссутулилась. – Почему ты не сел в седло?

Причин имелось несколько, но Яр решил озвучить самую очевидную.

– У тебя вывих, – сказал он. – Ты не можешь идти.

– Но ты ведь тоже пострадал, – не унималась блаженная. – И пострадал серьёзно. Вон, бок опять кровит. Нога хромает. Лицо всё обожжено…

– Переживу.

Девчонка замолкла, но надолго её не хватило.

– Ты знал, что золото Бахамута – настоящее?

Ледорез не ответил. Он ковылял вперёд, припадая на исполосованную стриксой ногу, и наблюдал за плывущей над узловатыми ветвями луной.

Долгая ночь. Невероятно долгая. Бесконечная. Прямо как мгла в его душе…

– Всё, что лежало в сундуке – не иллюзия вовсе, – щебетала девчонка. – Ты мог бы стать богатым человеком. Князем даже. Завёл бы слуг, женился на красивой панночке. Жил бы, не тужил: ел, пил, детей растил. Но ты отказался. Почему?

– Потому. – Яр споткнулся о булыжник и сердито пнул его. Каурая мотнула головой и фыркнула.

– Из-за меня?

– Нет.

– Врать грешно! – крикнул Марий, шагавший чуть поодаль, и следующий булыжник Яр запустил уже в него. Правда, как всегда, безрезультатно: камень пролетел сквозь бесплотное тело и ухнулся в густую поросль серого мха.

– Не лукавь. – Девица пообвыклась и приосанилась. – Бахамут хотел утащить меня в своё логово, но ты не позволил. Поднял на него руку. А это огромный риск: он ведь мог наслать проклятье.

"Мог, но не наслал, – рассуждал Яр. – Просто опалил взрывом и исчез, тварюга".

– Спасибо, что не продал меня в жёны трепястоку, – сказала блаженная, поглаживая лошадиную шею. – Даже если сделал это только ради Хозяйки.

Ледорез украдкой бросил на неё взгляд. Вот ведь… Он как раз хотел отмочить нечто похожее: до замка, мол, без проводника никак не добраться и всё в том же духе.

– Если не поблагодаришь девушку в ответ, я с тобой больше не разговариваю! – пригрозил Марий.

– Вот счастье-то, – Яр забылся и ответил вслух.

– Что-что? – чудачка опасно свесилась с Каурой.

– Ничего.

– Но ты определённо что-то сказал.

– Тебе показалось.

– Нет, не показалось. Не показалось! Я слышала совершенно отчётливо. Ты что, говоришь с деревьями? – смешно нахмурив брови, чудачка завертела головой. Видимо, пыталась узреть его собеседника. – С духами леса?

Ледорез закрыл глаза и шумно выдохнул. Вот же… погань!

– Спасибо, что поделилась едой и обработала раны. Вот что я сказал.

– О! – она так и просияла. – Как мило! Это самая длинная фраза из всех, которые ты произнёс за время нашего знакомства. Целых пять слов подряд!

Марий прыснул. Каурая фыркнула, тряхнув головой, а Яромир снова споткнулся. На этот раз о какую-то корягу. Силы стремительно таяли, и достанет ли их для решающей схватки – оставалось только гадать.

1. Примечание автора: имеется в виду русская миля, равная 7 верстам, т.е. 7,5 км.

ГЛАВА 12

Нога разболелась так, что не ступить. Перевязь на разодранном боку пропиталась кровью. Яр сморщился и смачно харкнул куда-то в лопухи. По его прикидкам, он шарился по лесу дня три-четыре, однако луна так и не сдвинулась с места. Время действительно замерло.

Интересно, долгая ночь когда-нибудь кончится? Может, когда они доберутся до замка…

– За лощиной переправа. – Девушка кивком указала в сторону посеребрённого инеем сухотравья. – Мы почти пришли. Потерпи немного – в замке о тебе позаботятся.

Яромир кинул на блаженную короткий угрюмый взгляд. Ага. Позаботятся. Как же иначе.

Они двинулись по залитому лунным светом лугу, и вдалеке, в голубовато-серой дымке Яр различил очертания крепости. Высокие островерхие башни с узкими бойницами, зубчатые стены, отводная стрельница над массивными воротами… И ни одного огня. Ни единого.

Но больше всего впечатлил ров. Точнее то, что его заменяло. Довольно узкая – в две косых сажени – но невероятно глубокая, бездонная даже, трещина в земле тянулась без конца и края через всю лощину, куда хватало глаз. Казалось, будто кто-то взял и надломил равнину, точно житный каравай.

Ледорез тормознул у разлома и нахмурился: по близости не наблюдалось ни моста, ни чего-то, хотя бы отдалённо его напоминающего.

– И где переправа? – бросил он девчонке.

– Вот же она. – Чудачка неуклюже сползла с Каурой и подышала на озябшие пальцы. – Прямо перед тобой.

Яромир присел на корточки и задумчиво посмотрел вниз. Потом вперёд, на очертания замка, и снова вниз. Расковырял в промёрзшей земле камешек и кинул в трещину. Голыш летел долго. Очень долго. Но, в конце концов, глухой стук подтвердил, что где-то там, далеко-далеко, имеется скалистое дно, о которое запросто можно разбиться вдребезги.

Мда-а… Отличная переправа, ничего не скажешь.

– Не беспокойся! – улыбнулась девчонка, заметив его замешательство. – Это чары из предосторожности. Они от врагов. А тому, кто чист душой и не таит в сердце злобы, мост не нужен. Пойдём, не бойся!

Она ухватила его за руку и потянула.

– Стой! – Яр с сомнением глянул на неё. Вдруг девчонка и впрямь блаженная и не соображает, что творит? Сейчас шагнёт и расшибётся насмерть. – Сбрендила?

Чудачка рассмеялась. Смех её оказался добрым и мягким. Совершенно беззлобным.

– Вовсе нет. Пойдём же, не бойся. – Она отпустила его ладонь и ступила на самый край. – Главное, не смотри вниз, а то голова закружится.

Блаженная решительно занесла ногу над пропастью, и…

– Нет! – Яромир схватил девчонку в охапку и оттащил от расщелины. Не мог он позволить ей шагнуть в пустоту. Не мог, и всё тут! – Должен быть другой путь.

– Какой? – она уставилась на него, сосредоточенно нахмурив брови.

– Обходной, – пояснил он.

– Разлом никак не обойти, – покачала головой девица. – Он опоясывает Холмы.

– Тогда построим мост сами.

– Сами? – она воззрилась на него, будто он внезапно покрылся узорами. – Мост? Но как?

– Руками. – Яр сморщил лоб, прикидывая, сколько времени и дури уйдёт на то, чтобы найти, срубить и дотащить до расщелины мачтовую сосну.

Надо ещё придумать, как половчее привязать бревно, чтобы Каурая могла его…

Погань!

Яромир метнул взгляд на кобылу и обмер. Медленно переступая мохнатыми ногами, лошадь приблизилась к самому краю, и, прежде чем Ледорез успел крикнуть, шагнула прямиком в разлом…

Сердце прилипло к грудине, глаза полезли на лоб, а рот приоткрылся, как у выброшенного на лёд налима. Яр даже присел, чтоб ненароком не свалиться.