Леока Хабарова – Конвой для ведьмы (страница 5)
– Ты… готов разделить со мной пищу? – с опаской спросила пленница.
– Я готов рискнуть, – хмыкнул он и протянул ей руку. – Ну так идёшь ты, или нет?
Восхитительным оказался не только запах, но и вкус. От пары кроликов почти мгновенно остались одни косточки, и Леот раздувался от гордости, в деталях описывая процесс поимки.
– Самое главное, когда ставишь силки на кроликов, это правильно завязать петлю, – вещал он, облизывая пальцы.
Бригг и Брох одновременно кивнули и взялись за фляжки с элем. Лысый Айван крякнул и ослабил ремень. Эд-красавчик уселся на бревно рядом с пленницей и вытянул длинные ноги.
– Как тебе угощение, милая? – спросил он, пожёвывая длинный стебель мятлика. – Сыта ли ты? Всем ли довольна? Быть может, я мог бы… побаловать тебя чем-то ещё, а?
Он потянулся её приобнять.
– Уж не свой ли отросток ты имеешь в виду? – огрызнулась ведьма, сбрасывая руку. – Если так, придержи его в штанах.
Эд тут же сгрёб её за волосы.
– Ах ты грязная шлюха! – прошипел он. – Сейчас узнаешь, как…
– Пусти её.
Кай говорил спокойно и тихо, а остриё его кинжала упиралось Красавчику аккурат в адамово яблоко.
Телячьи глаза близнецов Грэм стали круглыми, точно блюдца. Айван схватился за нож, да так и не вытащил его из ножен.
– Она оскорбила меня, – хрипло выцедил Эд, но хватку ослабил. Девушка тут же вырвалась и переместилась на противоположную сторону, ближе к Леоту. – Ты же сам всё слышал!
– В том-то и дело. – Кинжал отправился в ножны.
– Да брось, – не унимался Красавчик. – Она же чёртова ведьма! Да она…
Он вдруг осёкся, фыркнул и растянул губы в мерзкой улыбочке.
– А может… ты сам намеревался её…
Затрещину Эду дал Айван. Не затрещину даже, а подзатыльник, хотя и весьма внушительный. Солидный такой подзатыльник. С оттяжкой.
– А-ай! – воскликнул горе-ловелас и вскочил. – Совсем ополоумел, старый ты хрен?
– Убавь гонор, дружище, – примирительно сказал порядком захмелевший Леот. – Не доводи до греха.
Кай, как и Айван, воздержался от слов. Он смерил Красавчика тяжёлым взглядом и двинулся туда, где лежали седельные сумки.
– Ты делаешь глупость, защищая её, – крикнул Эд ему в спину. – При первой возможности эта тварь перережет тебе, спящему, глотку, и даст дёру!
Кайден обернулся.
– Мы давали клятву, Эд. Забыл?
– Да, – заявил Красавчик. – Доставить ведьму на Божий суд целой и невредимой. А уж там, поверь, её поджарят до хрустящей корочки, или задавят каменными плитами, или ещё что похуже сотворят. Сам же знаешь – ей не выжить. Так отчего бы напоследок не попользовать её сладкую щель?
Кайден мельком глянул на пленницу. Она не сжалась от страха, нет. Наоборот, сидела прямо, точно проглотила палку. Только побледнела и стиснула кулаки.
– Сделай это, и я собственноручно оскоплю тебя, – спокойно, но твёрдо сообщил Кай и продолжил свой путь.
Луна светила холодным белым огнём, и озарённые призрачным светом ветви выглядели особенно зловеще. Казалось, будто сотни узловатых скрюченных пальцев тянутся к бледному лику ночного солнца.
Кай, погружённый в невесёлые раздумья, сидел на берегу и крутил в пальцах гладкий молочно-белый опал. Сейчас камень выглядел, словно уменьшенная копия луны.
Приносит удачу в любви… Надо же…
Он стиснул зубы и усилием воли прогнал мысли об Айли, её отце и предстоящей свадьбе. Думать об этом, всё равно что проворачивать в воспалённой ране ржавый нож…
– Почему ты вступился за меня, солдат?
Кай не услышал, как она подошла, и ему стало стыдно.
– Я же сказал. – Он спрятал камень и нахмурился. – Мы дали клятву.
– Ты защитил ведьму от надругательства только ради клятвы? – девица склонила голову на бок.
– А ты ведьма?
– Нет. – Она протянула ему флягу. – А ты совсем не умеешь врать.
Кайден хмыкнул и сделал глоток. Во фляге оказался яблочный сидр. Сладкий и пряный, какой обычно подают на Рождество.
Он поднял на пленницу вопросительный взгляд. Она улыбнулась.
– Твой безволосый товарищ угостил меня, – сообщила девица. – Намекнул, что тебе это придётся по вкусу.
– Айван?
– Наверное. – Девушка уселась рядом.
– Но он же… – Кай убил комара, севшего на шею. – Он же никогда ни с кем не говорит.
– А он и не говорил. Я поняла без слов.
Кай вздохнул и снова пригубил сидра. Он чувствовал себя разбитым, словно фаянсовый умывальник на постоялом дворе.
Чёрт, а ведь это только первая ночь!
– Эд снова к тебе полезет, – сказал он, наблюдая, как лунные блики играют на воде.
– Знаю.
– Я не допущу насилия.
– Верю.
– Но если ты нарочно начнёшь провоцировать его, чтобы мы сцепились, словно дворовые псы, то…
И тут она коснулась его. Накрыла ладошкой руку. От лёгкого прикосновения прошило молнией, а зелёный взгляд заставил нервно сглотнуть.
– Я всё поняла, – сказала темноволосая колдунья. – А теперь идём спать, солдат. Я вижу, ты устал, да и полночь близится. Слышишь, как ухает филин?
ГЛАВА 7. Дикая чаща
Гром шарахнул так, что Бес дёрнулся, а мерин Леота взвился на дыбы. Пегая кобыла ведьмы испуганно заржала и шарахнулась в сторону, но наездница удержала лошадь. Кай видел, как пленница наклонилась и прошептала что-то своей коняге, ласково потрепав по холке.
Тяжёлые брюхатые тучи опростались дождём. Да таким сильным, будто кто-то наверху опрокинул гигантский ушат воды. Тракт мгновенно раскис, а землю сотряс новый раскат небесного гнева.
– Ну? – Леот подъехал ближе и орал во всю глотку, стараясь перекрыть шум ливня. – Что скажешь? Лучше тебя никто этих мест не знает, дружище!
Кай натянул капюшон. Действие это было лишено всякого смысла: он уже успел вымокнуть до нитки, как и все остальные.
– До постоялого двора часов пять, – гаркнул он в ответ. Струи дождя били в лицо, а удерживать Беса становилось всё сложнее. Конь фыркал и плясал, точно гном на раскалённой сковороде. – Укроемся в лесу. За мной!
– Кайден! – голос, позорно сорвавшийся на фальцет, принадлежал Бриггу Грэму. – Ты что? Это же Дикая чаща! Прóклятое место, сам знаешь. Нельзя туда идти! Нечего праведным путникам делать в обиталище нечисти!
– Нечего! – поддержал его брат, и близнецы порывисто перекрестились.
– Боитесь, вас заберут феи? – хохотнул Эд-красавчик. – Слишком уж вы здоровы для этого, ребятки!
Бригг и Брох переглянулись и нахмурились, а Кайден, не говоря ни слова, направил Беса в чащу. В том, что остальные последуют за ним, он не сомневался ни секунды.