Лео Витман – Ропот Бездны (страница 39)

– Это ашури, – твердила Исина. – Создания Ашу. Вместилище их воли.

– Зачем Ашу Суэну приказывать убивать жрецов и вершителей? Он наш покровитель.

Исина не отвечала. Частенько она прислушивалась к шепоту, различимому только для нее, а все прочее прекращало существовать. Жрица шевелила губами, будто отвечая незримому собеседнику. Сурия называла это «особым настроением». Если оно находило на Исину, проще было уйти – ответов все равно не дождешься.

Сурия отставила пустую чашку, поднялась с лавки, но тут Исина встрепенулась.

– Ты получила свой ответ, Сурия?

– Да. Отец сказал, я могу попытаться. Это мое Право чести.

Если Сурия справится, то получит желаемое – вторую ал'сору на щеку. Ал'сору воина, а первая, постыдная, будет выжжена. Право чести появилось не более двух столетий назад, и пока никто не смог дойти до конца.

– Я заслужу второе имя в битве. Возьму имя матери – так нас обеих запомнят, – сказала Сурия.

– Сколько?

– Тридцать тысяч.

– Ты готова стольких принести в жертву? Пролить кровь тридцати тысяч, чтобы смыть с себя клеймо низкорожденной?

– Тридцати тысяч врагов, – уточнила Сурия. – Я хочу жить достойно. Меня начали готовить, я учусь обращаться с мечом.

Холодное молчание стало ответом. Исина не принимала ее решение.

Сурия не собиралась оправдываться.

Она погрузилась в подготовку, хотя по-прежнему выполняла обязанности смотрительницы огня. Ей повезло, что отец и до этого учил ее управляться с кинжалом и рефлексы ее уже были отточены.

О преступлении Исины она подслушала во время очередной тренировки. Говорили, что жрица убила воина Уру – отравила. Сурия немедля побежала к Исине, надеясь предупредить.

– Что ты наделала, Исина?! – кричала она. – Тебе нужно бежать, они придут за тобой!

Солнце заходило, и Сурия поспешно зажгла свечу. «Почему остальные погашены?» – промелькнуло в сознании, но куда важнее было придумать способ спасти жрицу.

– Он убил мою сестру, а я забрала его жизнь. Все честно.

– Ты его отравила – это позорное преступление! За него они… они… Нет, нужно собрать твои вещи. Не стой, Исина. Я найду для тебя факел, даже несколько, и ты сможешь дойти до соседнего поселения, а там…

Сурия не знала, как продолжить. Выхода для Исины она не видела. Солнце исчезло на западе, и только свет свечи Сурии разгонял мрак. В огромных глазах Исины плескался не страх, а усталость.

– Я знаю: ты найдешь достойную жизнь, Сурия. И надеюсь, не там, где ищешь сейчас.

Исина задула свечу. Миг – и ее тело упало на пол. Жрица покинула мир живых беззвучно, а Сурия впервые в жизни закричала – гнев, страх и боль потери смешались в ее вопле.

Сурия проснулась от знакомого кошмара и погрузилась в невыносимую реальность. Она ненавидела солнце и его обжигающий жар, терзавший кожу. Но когда на нее упала тень, Сурия не осталась нежиться в ее успокоительной полутьме. Резко прокатившись на бок, девушка избежала удара – лезвие меча вместо ее шеи ударило о камень.

Сурия достала новенький нож – длинный, с костяной рукоятью, заточенный для снятия шкур. Это была не первая охота Сурии. Все эмоции она оставила в снежном покрове.

Враг двигался быстро, ловко. Сурия не успела увернуться от выпада и поплатилась – порезом на плече. Она отступила на два шага, перехватила нож и приняла стойку для быстрого сближения. Девушку тренировали, но, к сожалению, недостаточно долго. Чтобы победить, ей потребуется принести жертву, и скоро она узнает, насколько большую. Действовать нужно стремительно и тщательно, как мяснику, хорошо знающему свое дело.

Рывок, уклонение, поднырнуть под рукой противника – и вот лезвие ножа входит точно между ребер южанина. Щека Сурии горела – враг рассек ее, но это небольшая цена за победу.

Противник быстро испустил дух. Сурия присела рядом с телом, собрала в ладонь кровь и сделала небольшой глоток, принимая в себя силу поверженного.

– Как долго выжидали…

Сурия не надеялась, что ее отпустят. Воины юга дали ей жетон с печатью высокородной семьи для беспрепятственного путешествия. Ей позволили уйти подальше, чтобы усложнить задачу Арану, а потом решили убить, дабы он не нашел ее никогда.

Вытерев руки о жухлую траву, девушка закуталась в балахон из легкой серой ткани и замотала голову тряпьем. «Маскировка» только больше выделяла ее, зато помогла укрыться от вездесущего солнца. К ее огромному облегчению, ближе к востоку жара спадала. Сурия миновала Ша'от и приближалась к поселению рядом с Восточной цитаделью.

Не умри Исина в темноте, ей не пришлось бы проделывать этот путь. Вместо того чтобы бродить по огненной земле и лебезить перед южанами, она бы день за днем шла к мечте – к достойной жизни воина. Сурия готовилась к началу этапа смывания ал'соры низкорожденной, но ее позор перечеркнул планы.

Исина умерла, а Сурию обвинили в пренебрежении долгом. В конце концов следить за огнем в доме жрицы было ее обязанностью. Она не справилась – жрица ушла на своих условиях, избежав наказания.

Сурия злилась на Исину, винила себя в ее смерти. Она любила жрицу столь сильно, сколь и ненавидела. Водоворот эмоций привел ее к следующей ошибке. Она попыталась смыть позор своей кровью, хотя была низкорожденной и не имела на это права. Ее спасли, и она не укрылась от разочарования отца. Он лично всыпал ей плетей, а потом долго отказывался брать Сурию в поход, в котором она смогла бы искупить ошибку. Она сумела уговорить отца через год – ее взяли следить за животными. Во время стоянок она кормила грузовых лошадей и с тоской наблюдала, как разведчики скрываются за пологом снега.

Сурию, низкорожденную, не подпускали к битвам, но они сами ее настигли. На третий день после того, как отряд пересек границу севера, на него напали. Тех, кому не повезло умереть, взяли в плен и разделили между триумфаторами. В битвах между северянами такого не случалось – ты или побеждал, или умирал. Но южане хотели получить выкуп – золото за воинов. Какая глупость! За жизнь ашу'сатор платили кровью, а не монетами.

Уже в плену у Арана Сурия узнала, что ее отец выжил. Поначалу за него просили сундук золота, но никто не откликнулся. Проходили месяцы. Сурия задавалась вопросом: сколько еще времени пройдет до того, как отца бесчестно убьют? Зарежут, как животное, не дав шанса на сопротивление? Воины, связанные клятвами, бесполезны для высокородных из враждующей провинции. Таких пленников использовать нельзя. За время, проведенное в плену, Сурия поняла: многие южане не подозревают, что ашу'сатор давно не приносят клятв.

Она ждала. Ей обещали сказать, где ее отец, а за это всего-то требовалось устранить старика-властителя. Она выполнила свою часть сделки, а южане сдержали слово – разумеется, ради собственной выгоды. Перед уходом Сурии отдали несколько мешочков с крупными рубинами – ее законную добычу.

Силло, город в пещере, остался за ее спиной, как и сам Аран. Тот южанин был… странным. Развязным. И больше Сурия ничего о нем не думала – он покинул ее мысли, как только его роль в ее истории закончилась.

Сурия миновала Восточную цитадель и вышла к деревне ашу'арат под названием Аттори. Девушка заметила деревянные изваяния всех четырех Ашу, украшенные свежими цветами. И если северяне поили своего покровителя кровью, то на востоке перед Ашу ставили тарелки с фруктами и чаши с вином. Низкорожденные ашу'арат даже друг перед другом раскланивались, но для Сурии у них уважения не находилось. Жители в открытую глазели на нее, тыкали пальцами и осыпали насмешками. Девушку это не трогало. Слова, будь они возвышенными или грязными, ничего не стоили. Если против нее поднимут оружие, она ответит тем же, но препирательства ее не занимали.

– Ты что забыла в наших краях, беловолосая?

– Меня прислали с выкупом… господин.

Низкорожденный, заговоривший с ней, гоготнул.

– Нашла себе господина, придурочная! Тебе кто по морде-то ножом прошелся?

– Меня прислали с выкупом.

– Слышал-слышал. Сидят у нас несколько в яме. Жрут, а толку никакого. Мы уж не думали, что хоть кого-то заберут. Сейчас старосте скажу, жди.

Сурия передала мешочки с рубинами старосте, а тот преподнес их мудрому, не пожелавшему встречаться с беловолосой. Выкуп приняли, о сумме не спорили. Сурию проводили к глубокой яме, накрытой тяжелой решеткой.

Внизу сидели трое пленных. Среди них был Индин – отец Сурии. Худой, с ввалившимися щеками и истончившимися руками, потерявшими былую силу. Белоснежные волосы его остригли, а их цвет не различался под слоями грязи.

Из ямы разило нечистотами, но не это заставило Сурию чуть отшатнуться. У Индина не было правой руки – остался короткий обрубок, обмотанный обрывками ткани.

Воин без руки. Сурия выдохнула и сжала губы. Лишние эмоции, что поднимались со дна промерзшего озера ее души, она растоптала.

Низкорожденный ашу'арат поднял решетку и скинул веревочную лесенку вниз.

– Сама доставай его, – буркнул он Сурии и отошел.

– Отец, – позвала она.

Индин поднял голову.

– Ты пришла… – Голос его был хриплым и слабым.

– Да, отец.

– Зря. Заплатила за меня?

– Да.

– Какой позор.

– Мне было не по силам убить всех твоих смотрителей.

– И ты знала, что должна сделать.

Оставить его – так поступил бы любой воин.

– Пойдем, отец. Ты же не останешься в этой яме?

Она не стала и дальше позорить его, помогая выбраться. Благо Индин неплохо справился с задачей. Он вылез, тяжело дыша, хотя раньше не запыхался бы и после долгой тренировки. Перекидывая руку отца через свое плечо, Сурия увидела, что пальцы на его левой кисти перебиты – меч ему более не держать.