Лео Сухов – Вечные Пески. Том 11 (страница 2)

— Думаю, придётся помучиться с этим командиром… — улыбнулся я. — До того, как он благополучно помашет на прощание рукой со Светлой Дороги.

— А о чём вы с дядей успели до сегодняшней встречи договориться? — спросила девушка. — Я же вижу, что был без меня какой-то разговор. Он к тебе гораздо мягче стал относиться.

— Договорились, что я ему помогу, — не стал я вдаваться в детали.

— Просто так? — с недоверием уточнила Меоли.

— Нет, конечно… Просто так ничего не бывает, — я вкратце пересказал договорённости с Эрегихоном, на чём и свернул беседу. — Так что… Эта мягкость временная. Твоего дядю заставляет сотрудничать, а не пытаться меня убрать, исключительно данная богам клятва.

— Знать бы ещё, чего он добивается… — пробурчала девушка, недовольно сдувая с лица прядь выбившихся волос.

— Скоро узнаем, — успокоил я её. — Уверен, осталось недолго.

Само собой, по возвращении в лагерь я поделился результатом совета командиров и со своими командирами, и с шептунами. В числе прочего рассказал и про договорённости с Эрегихоном. И не могу сказать, чтобы озвученное кому-то понравилось. Однако это был наилучший выбор среди имевшихся.

После совета потянулись дни ожидания. Мой отряд сидел в четырёх кварталах предместий Гораха, и с каждым днём безделье давило всё сильнее. Я знал, что это опасное состояние: скучающий воин — как горящая свеча на мельнице. Рано или поздно так бахнет, что мало никому не покажется.

Основная часть сил, тем временем, успела покинуть город. Под Горахом остался только мой отряд, десять тысяч воинов, которым предстояло идти с нами, да часть тыловых частей, что отвечали за доставку припасов со складов к основным силам. Фактически мы оказались предоставлены сами себе до приказа выступать.

Карты и необходимые документы нам подвезли. Первые припасы в лагерь пригнали. Оставалось ждать. Ну и сделать так, чтобы это ожидание не стало разрушительным для округи и разорительным для меня.

Кварталы, доставшиеся нам, были лабиринтом из узких улочек и плотно стоящих домов. Кое-где ещё висели обрывки тентов, местами по-прежнему валялись горшки и утварь. Следы исхода местного населения. Мебели тоже хватало. Мор прошёлся по предместьям безжалостно, но «клювастые» тщательно окурили основные строения, так что жить было можно. Отовсюду пахло, правда, дымом трав и серой, но мы уже привыкли.

На стыке четырёх кварталов имелась небольшая площадь, вымощенная потрескавшимися плитами. Её-то я и приспособил под учебный плац. Каждое утро, пока солнце не начинало палить, я приказал выводить туда бойцов и гонять до седьмого пота: построения, перестроения, отработка удара копьями, бой в строю, быстрые атаки и отходы…

Люди поначалу ворчали: мол, зачем муштра, когда они и так всю войну прошли. Однако мне очень нужно было их занять делом. Да и успели многие за зиму подзабыть воинскую науку. Поэтому гонять я приказал всех без жалости, от рядовых до осмов.

Бойцы, впрочем, и сами находили способы убить время. По вечерам, когда жара спадала, на углах кварталов разгорались костры. Кто-то чинил сапоги, кто-то точил ножи, кто-то играл в кости. Играли и в камешки, и в какую-то ещё игру с палочками. Иногда, правда, доходило до драк.

Хуже приходилось, когда людей отпускали в город. Отказать им в таких прогулках я не мог, но старался выпускать лишь небольшие группы. И вот тут начинались настоящие сложности… Бойцы отдыхали на полную катушку. Нередко устраивали драки, один разок до поножовщины докатились. А нам, командирам, приходилось их впоследствии вызволять. После поножовщины я был вынужден даже выпороть пару придурков перед строем.

Будто мало было проблем, ещё и тыловики, как обычно, экономили. Когда хамели окончательно, приходилось идти и выбивать чуть ли не с боем провиант. В итоге, нам всё выдавали, но каждый раз с такими лицами, будто я забираю изо рта у их детей последний кусок. Иногда, чтобы ускорить процесс, приходилось Ситраниса вызывать. Он, раз уж не было на месте Эрегихона, мог со своим кольцом многие рты заткнуть.

Гнуры и переханы тоже требовали заботы. Их у нас при себе имелось много, и выпас стал ежедневной морокой. Пасти приходилось за городом, на пустырях у реки, где ещё оставалась трава. Но трава после зимы была скудной, и животные разбредались в поисках корма.

Иногда они забредали в чужие сады и огороды. Тогда приходилось улаживать ситуацию с хозяевами этих огородов и садов. И, несмотря на то, что местные с пониманием относились к появлению войск в окрестностях, компенсацию требовали в полном объёме. Приходилось либо тратиться из отрядной казны, либо, если чудом находился «крайний», вычитать из жалования.

Меоли тоже тренировалась. Сначала отговаривалась тем, что училась чему-то у наставников семьи, но после проверки, когда проиграла даже самым слабым бойцам, передумала отлынивать. Чтобы помочь ей, я решил подключить Ситраниса, Гвела, да и сам впрягся.

Всё это время городские власти мостили нам переправу. Со складов доставили толстенные доски, которые несколько десятков рабочих стелили от одной мостовой опоры на другую.

Глядя, как работы подходят к концу, я понимал, что и наш отдых под Горахом, скорее всего, заканчивается. В связи с чем приказал постепенно готовиться к выступлению. Новый командир, который должен был нас навестить, за всё это время в лагере не появился. Видимо, посчитал ниже своего достоинства знакомиться с какими-то наёмниками. И одно это уже намекало, что с ним будет тяжело. Возможно, даже тяжелее, чем я полагал со слов Эрегихона.

Бойцы, между тем, постепенно готовили обоз, загружая телеги. Мы сидели на вещах в ожидании приказа. И, наконец, ожидание закончилось. В расположение отряда примчался гонец на запылённом перехане. Спешившись, он передал мне кожаный тубус с печатями ставки:

— Воевода Ишер, здесь приказы и карты. Всё обновлено с учётом последней разведки. Ответ от вас не требуется.

Я принял тубус, взвесил в руке. Гонец, отсалютовав, спешно ускакал. Судя по направлению, мчался он в лагерь союзного войска. А мне оставалось лишь ознакомиться с датой выхода… Ну и выступать.

Судя по приказу, два дня в запасе ещё было. Спешить со сборами не пришлось. А вот идти в сторону Кесархаша, как я прикинул по карте и датам, придётся быстро. Основные силы планировали начать переправу всего через десять дней после нашего выступления. Если бы я был знаком с командиром союзного войска, то предложил бы не тянуть двое суток и выступить пораньше… Однако «главный ублюдок войска» упрямо продолжал нас игнорировать.

И мы продолжили спокойно, не торопясь, собираться в путь.

Глава 246

Остатки лагеря сворачивали затемно. Я вышел, когда над крышами Гораха ещё висела белёсая предрассветная мгла. И, едва ступив за порог, сразу попал в круговорот суеты: бойцы вьючили на переханов остатки вещей, стаскивали в телеги последние мешки. Дело шло споро, но без радости. Уходить с обжитого места, пусть и слегка унылого, не хотелось. За эти дни мы успели обжиться, а теперь вновь предстояло идти в неизвестность.

И это бойцы ещё не знали, какие у нас «союзнички» будут. А я знал, отчего уходить не хотелось вдвойне. А может, даже и втройне.

Обоз, как и обещали тыловики, прибыл с первыми лучами. Две сотни повозок, запряжённых гнурами. Поднимая в воздух пыль, они растянулись вдоль дороги длинной лентой. Встав у обочины, я наблюдал, как военные чиновники зачитывают списки, а мои люди проверяют груз. Ну и сам всё ещё раз пересчитывал. Без контроля в деле снабжения никак. Зерно, сушёное мясо, бочонки с маслом, сено для животных, запасные колёса и оси… Всё, что потребуется для долгого похода. И это в дополнение к тому, что мы сами тащили.

Когда приёмка закончилась, я собрал командиров у штаба.

— Обоз делим на десять колонн, — предложил я. — В каждой двадцать пять повозок. На каждую повозку одна триосмия охраны. Половина отряда на сопровождение обоза. Оставшихся распределяем между колоннами. Так, чтобы равное количество получилось. Колонны выдвигаются одна за другой.

— Зачем такая серьёзная охрана? — не поняла, обеспокоенно нахмурив брови, Меоли.

— Потому что мор, война и голод, — не стал я экономить слова на объяснение. — На телегу без охраны, пока дойдём до переправы, могут напасть бандиты.

— А как они узнают, что мы именно сегодня выдвигаемся? — удивилась Меоли.

— Да чего уж там, об этом весь город знает!.. — хохотнул Ситранис. — Городские власти знали, к какому числу переправу закончат делать. И собирать телеги на складах начали заранее, дня за два. Работникам, значит, момент нашего выезда был известен. Да и в войске Междуречья наверняка знали, где сейчас основные силы. Это только мы в неизвестности сидели.

— А командир, назначенный силами Междуречья, разве не должен был… Ну, как минимум, нам что-то сообщать? — уточнила Меоли, зацепившись за последнюю фразу.

— Не обязан был! — качнул головой Ситранис.

— А если и должен был, то не сообщал, — подтвердил я, развеяв очередные иллюзии аристократки. — Мы наёмники. Семьи, тем более, старшие, нас в гнутый медяк не ставят.

— А кто поведёт передовую группу? — вмешался Истор до того, как личико Меоли совсем уж погрустнело.

— Я поведу, — ответил я. — Со мной пойдут Меолеана, Ситранис, шептуны и две осмии отборных. Нам ещё с этим командиром войск Междуречья общаться… Как раз с ним все вопросы решим, пока вы подтягиваться будете.