Лена Валевская – Требуется жадная и незамужняя (страница 41)

— Вы что-то перепутали, Ваше Величество, — улыбнулась я как можно вежливее. — У нас нет вечного лета. И погода крайне нестабильная. Сейчас тепло, через минуту может выпасть снег. Видите, какая мокрая и жухлая трава? Еще сегодня тут был снег. Посмотрите на деревья. Похоже это на весну? Жизнь тут может быть крайне невыносимой.

Король смотрел на деревья, словно только сейчас заметил их обнаженные от листьев сухие скрючившиеся ветки.

А я с наслаждением потянулась внутренне к этому лесу, к черному небу с тысячами дырочек-звезд, к ветру и облакам. Курорт, значит? Будет вам курорт.

Сначала потянуло холодом. Зашумели голые безжизненные ветки над головами присутствующих. Завыл голодным волком ледяной ветер. Упала с неба и затанцевала перед лицом короля одинокая снежинка. Затем прилетела вторая. Третья. И вдруг повалил густой и липкий снег.

Спутники короля заволновались, по толпе из конца в конец пробежался нервный шепоток.

— Ой! — притворно охнула я. — Опять зима! Представляете? И так несколько раз на день.

Король уже зябко ежился и обхватил себя руками, пытаясь сохранить остатки тепла под промозглыми и резкими порывами ветра.

Снег облепил ветки деревьев, застелил землю белыми простынями, пригоршнями прилетал в лица людей. На месте бездыханного дедушки-Люта образовался высокий сугроб. С содроганием я увидела, как преждевременно и символично укрыл снежный саван с головой моего еще пока живого мужа.

— Понял, — выдохнул король раздраженно. — Преувеличили мои предки значимость этого места. Надо было мне сначала самому выяснить, стоит ли оно трудов и затрат. Хорошо, я возвращаюсь в столицу. Но время позднее, анасарана, и дороги только что стали непроезжими. Вы не откажете в ночлеге своему королю и его свите?

— Не откажу, — сказала я, успокаиваясь, а вместе со мной успокаивалась вьюга.

— Вот и отлично. Все направляемся в поместье! Тушу чудовища бросьте пока тут. Поутру, если позволит погода, вернемся за трофейной головой. И прихватите анасара Ле, — небрежно бросил король спутникам. — Окажем умирающему хозяину последние почести.

Глава двадцать четвертая. Самозванка

Длинная, растянувшаяся по дороге процессия слишком напоминала похоронную. Шествие возглавляли две пузатые, запряженными лошадьми повозки на деревянных колесах, уже с трудом прокручивающихся в слое липкого скользкого снега. Или, как назвал их король — дилижансы. В первой укрылись от непогоды и мороза сам король и часть его приближенной свиты вместе с охотником. Во второй везли Ёна, за которым присматривал лекарь.

Дорога, узкая, грунтовая, как оказалось, проходила всего в нескольких сотнях метров от места ранения Ёна. Именно по ней, как я теперь понимала, и путешествовал в столицу Жу Даль. Ба Иль Яр с ленивой улыбкой рассказал, что дилижансов в королевском «поезде» намного больше, около десяти, и все на полозьях, кроме этих двух, специально захваченных для «курортной зоны». Но их пришлось оставить на границе алуярской зимы и нашего лета, когда с дороги пропал снег, и передвигаться на местных санях стало невозможно. Поэтому спутники короля вынуждены были идти пешком. И если до встречи с нами это была легкая оздоровительная прогулка, то теперь незваные гости едва превозмогали лютый, бьющий в лицо ветер и колкий снег. Усмирять локальный ледяной апокалипсис я не собиралась, напротив, усиливала бушующую вьюгу по мере того, как мы приближались к поместью. Пусть в излишне предприимчивой и жаждущей чужого имущества голове монарха укрепится мысль — в «Чернолесье» соваться не стоит. Даже если очень хочется.

Нам с Кристиной и Лютиком метель не мешала, незаметно для окружающих обтекая со всех сторон. Лютик молчал, с трудом пробираясь через стремительно растущие сугробы. Я подхватила ребенка на руки, и он тут же схватился ручками за мамину шею, склонил голову и засопел мне на ухо.

Кристина злилась. Наши кроссовки начерпали снега и неприятно холодили кожу. Но блондинку, кажется, раздражало вовсе не призванное раз и навсегда отвадить короля ненастье, она прекрасно понимала, для чего я это делаю. Ее нервировало что-то другое.

И когда блондинка, задумавшись, машинально обернулась назад, где за стеной снега и деревьев зима хоронила восьминогого пришельца из других миров, я поняла, наконец, насколько схожи наши мысли.

Мы обе думали о своих мужьях.

Только ее любовь была жестоко уничтожена в этом мертвом лесу.

А моя вот-вот погибнет.

Как ни старалась, я не смогла вызвать в себе ни капельку сочувствия к убитому свёкру. Было жалко Кристину. Но не старого Люта, едва не прикончившего меня и погубившего родного сына. Туда ему и дорога, безумцу, и пусть король поутру забирает его голову и приколотит ее над камином, или где там еще вешают свои трофеи короли.

А Кристина однажды поймет, что лучше вот так, чем быть растерзанной самой. У нас обеих не будет мужей, зато есть Лютик, чудесный ребенок, наша надежда и отрада.

Этого достаточно.

Нет. Не достаточно. Я проглотила ком, передавивший горло, а вот слезы убрать уже не могла. Руки были заняты, обнимая притихшего сына. Глаза жгло от соленой жидкости. Я на миг запустила в свое защищенное пространство колючий ветер и снежные ляпушки, подставляя им разгоряченное лицо. Стало чуточку полегче.

— А если его прибить? Вот прямо сейчас? — спросила вдруг Кристина.

— Кого?

— Короля.

Я чуть не споткнулась.

— Зачем?

— Он хочет отобрать поместье! — выплюнула Кристина.

— Так ведь уже не хочет.

— Всё равно. Он, видите ли, решил сам избавить нас от чудовища! Кто его просил? Зачем он вообще явился? Понятно, зачем, но почему так не вовремя? Видите ли, его люди услышали шум сражения! И что, надо всей толпой нестись в лес и сразу, не разобравшись, стрелять? Еще и машина моя ему приглянулась! Мерзавец.

После того, как Ёна укутали одеялами, чтобы согреть и скрыть наготу, а затем погрузили в сани-дилижанс, король вдруг заинтересовался Кристининым автомобилем, так и стоявшим чуть поодаль между деревьями. На кучу моего «приданого», чудом уцелевшего после схватки двух Лютов, он внимания не обратил, посчитав, видимо, лесной свалкой. А вот в машине быстро угадал средство передвижения. Наверно, наличие колес подсказало.

— Какая любопытная форма, — поцокал король языком. — Сколько требуется лошадей, чтобы сдвинуть это с места?

— Сто десять! — мстительно заявила Кристина.

Я чуть не расхохоталась, а Ба Иль Яр поспешно отошел от настолько неподъёмной, хоть и красивой иномирной телеги.

— Кристина, — произнесла я, не зная как донести до нее разумную для меня, но неизвестно как воспринимаемую ею мысль. — Лют и вправду был настоящим чудовищем. Да, он твой муж. Но ты же видела, он спятил. Я тебе про это рассказывала еще на Земле. А тут он напал на Ёна. Твоего сына, между прочим. И теперь Ён умирает.

— Я понимаю, — проговорила Кристина, опустив голову. — И мое сердце разрывается на части. Я же их только встретила! Обоих! Спустя столько лет! И… — ее голос оборвался всхлипом.

— Короля всё равно нельзя убивать, — сказала я. — Нас тут же прикончат его слуги. И охотник с пистолетом. Думаешь, мы выстоим против них? А у нас ребенок. Надо думать о нем, в первую очередь.

Она не ответила. Так мы и дошли до поместья, в полном молчании.

А там начались новые проблемы, напомнившие этот разговор о короле и заставившие пожалеть о милосердии в отношении него.

За волнениями, пережитыми опасностями и беспокойством о Ёне я упустила одну маленькую, но такую немаловажную деталь.

Несмотря на поздний час, поместье не спало. Словно взбудораженный улей, оно гудело тревожными голосами и шевелилось снующими туда-сюда людьми. Когда процессия добралась до особняка с какой-то другой стороны, где я никогда не была, навстречу прибывшим высыпали удивленные и встревоженные обитатели поместья. Я пробежала взглядом по их лицам, пытаясь найти хоть одно знакомое. Лучше бы среди них оказался Жу Даль, он бы мигом разобрался, что делать дальше и как принять короля. Но помощника анасара не было. Как и Ма.

Я вообще не знала никого из них. Не то, чтобы я запомнила всех поименно или видела каждого, кто жил и работал в особняке. Но всё же несколько лиц успели примелькаться.

— Просим прощения, путники, — выступил вперед один слуга. — Хозяин отсутствует дома. Чем мы можем помочь?

— Хозяин с нами, — сказала я. — Он ранен, и ему нужна помощь. Позовите лекаря Ра Мона.

Слуга растерянно оглянулся на остальных.

Из дилижанса выбрался король. При виде него все присутствующие склонились в поклоне, по короне признав в госте правителя станы.

— А почему это слуги поместья «Чернолесье» так странно относятся к хозяйке? — поинтересовался король. — Словно к незнакомому человеку, а не жене вашего анасара.

Холодок пробежал по моей спине. Я вдруг вспомнила, что упустила из виду. И почему не узнаю никого из слуг.

Как и они меня.

— Это не наша хозяйка. Мы ее не знаем, Ваше Величество, — поклонился возглавивший комитет по встрече слуга, пока я спускала с рук на землю ребенка.

— Беги! — шепнула я Лютику. — Прячься!

Понятливый малыш мигом растворился в толпе.

Король перевел на меня тяжелый, ничего хорошего не предвещающий взгляд.

— Взять ее! — коротко приказал он,

Не успела я опомниться, как ощутила себя в железных тисках спутников короля, среди которых, судя по всему, оказалась охрана или стражники.