Лена Тулинова – Студентка под прикрытием и препод на мушке (страница 2)

Кажется, он слегка перегнул. Увлёкся своей речью и забыл, видимо, зачем я тут на самом деле. Первая… как бы не так! Тут ещё есть факультет магической уборки, туда кто-то охотно поступает, значит, есть ещё такие девушки, которые «не бегут на красоту, теряя туфельки».

– Хорошо, – я изо всех сил улыбнулась – как только в кабинете стёкла не треснули от такой улыбки? – Хорошо, я ухожу.

– Но постойте, а как же тогда?..

– А как хотите, можете искать более покладистого человека на это место, а пока пусть у вас творятся всяческие безобразия! Пусть страдает репутация вашего заведения! И дааа – пусть родители расторгают с вами контракты ради своих дочерей. А я пойду и напишу рапорт о том, что меня не приняли из-за какой-то…

– Госпожа Эрендейн! Стойте!

– Нет.

Я уже собиралась выйти и хлопнуть дверью. Но не успела потянуть ручку на себя, как дверь уже распахнулась мне навстречу. И тут в кабинет заглянул ОН. Вошёл, такой прекрасный, и, скользнув по мне едва замечающим взглядом, улыбнулся ректору.

– Господин Фройсон, доброго вам дня, – сказал с непередаваемо обаятельной улыбкой. – Вы, я вижу, заняты?

– Ааа, добрый день! Вы же наш новый преподаватель по традиционной магической косметологии, Айрен Кроссемир? – обрадованно сказал ректор. – Счастлив наконец-то видеть вас.

Да лаааадно? Косметологии? Даже интересно, как он её будет преподавать.

– Вот, юная госпожа Эрендейн, от чего вы отказываетесь, – заметив моё остолбенение, сказал Фройсон тоном коварного соблазнителя.

В наблюдательности ему не откажешь. И в умении манипулировать.

– Хорошо, – сказала я холодно, глядя в глаза не ректору, а этому, с позволения сказать, Кроссемиру. – Я остаюсь. Зачисляйте на этот ваш…

– Факультет красоты! – хлопнул в ладоши ректор.

– Красоты так красоты, – сразу согласилась я убитым голосом.

И тоже хлопнула – но на этот раз дверью.

За нею остались ректор и поразительно красивый преподаватель магической косметологии Айрен Кроссемир. Его облик отпечатался в памяти не хуже, чем профиль короля на чеканной монете. Ах, эти шелковистые каштановые волосы, непослушной волной падающие на лоб, эти выразительные ореховые глаза за изящной оправой очков! Этот умный и в то же время мужественный вид… Так, стоп, Юника, хватит вот этого самого. Ты просто соскучилась по мужской ласке. Тебе делом заняться надо, а не мечтать о том, чтобы эти прекрасные руки обняли тебя, задрали юбку повыше и…

Я тихо выругалась. Это всегда помогало при наваждениях. Вот и сейчас стало полегче. Надо первым же делом обезопасить себя от любовных наваждений и начать изучать всё кругом на предмет наложенных чар или подмешанных зелий. Да, и воздух изучить. Всё, вообще всё, Юника Эрендейн. И никак иначе.

ГЛАВА 2. Факультет ядовитых штучек

Четвёртый курс факультета прикладной красоты в полном составе сидел в аудитории номер сорок три – небольшом амфитеатре человек этак на сто. Свободных мест было полно, но все красавицы собрались вокруг меня, занявшей сиденье в середине третьего ряда.

Двадцать две идеальные мордашки были повёрнуты в мою сторону. Я, двадцать третья, была среди них как чёрная ворона среди голубок.

У них всех были чудесные фигуры, гладкие личики, волосы как нарисованные – локоны, хвостики, гладкие или пышные причёски. Одежда как с иголочки: туфельки-чулочки, бантики-оборочки, юбочки-блузочки. И как-то так они выглядели, что я волей-неволей почувствовала себя замарашкой. Ну чисто пыльный комочек рядом с белоснежным клочком ваты, честное слово. Тем более, они почти без исключения были блондинки – только две очень гладко причёсанные брюнетки выделялись на их фоне. Но как-то и не слишком выделялись, кроме цвета волос.

Мои же рыжие волосы были чистые, но не такие гладкие, как у всех, кожа, хоть и без прыщей, не поражала своей безупречностью, и фигура… Эх, вот нечистый их побери, этих девушек, но даже со своим «приданым» я заметно отставала от их идеальности. Точёные, стройные, длинноногие студентки казались представительницами какой-то иной расы, не человеческой. Моя спортивная подтянутая фигура на фоне этих «тут пышненько, там тоненько» выделялась как сосна среди берёз.

И ведь ещё с вечера я заподозрила неладное, но у меня тогда не было шансов как следует разглядеть этих девиц. Они жили в комнатках по двое, я была лишняя, и в итоге получила невиданную роскошь: отдельную спальню. Правда, переделанную из кладовки. И сегодня, понимая, что предстоит непростой день по внедрению в неизвестную мне группир… то есть группу, я оделась, казалось бы, простенько и со вкусом. И, конечно, теперь выделялась. Очень выделялась.

Потому что надела прямую длинную юбку без малейших оборочек и кружавчиков и свободную белую блузку, строгую, как моя наставница по криминологии. Ну и теперь вот сидела, выделяясь в среде, с которой предполагалось слиться.

– У нас новенькая, – с честно сдерживаемой язвительностью объявила хорошенькая девица, у которой на лице было написано, что она ядовитая штучка номер один в этом заведении. – По обмену.

– Что-то не вижу, чтобы кто-то из нас поехал учиться туда, откуда вытянули эту… принцессу, – протянула ядовитая штучка номер два.

– Прикинь, Селли, – поджала пухлые губки первая штучка. – Но я даже рада, что никого из нас не обменяли. Как представлю, что там все они такие. Как тебя хоть зовут, новенькая?

Я не удостоила их ответом. Щебечут, ну и пусть их. Имя узнают на перекличке.

– Может, ты просто не туда пришла? – спросила ещё одна красотка, ядовитая штучка номер три. – Может, ты по обмену на факультет уборщиц или мусорщиц должна была попасть? Там все как раз такие… страшненькие.

– Обычные, – подчёркнуто толерантно сказала присоединившаяся к обсуждению штучка номер четыре.

Свихнуться можно, они для меня выглядели почти одинаково. За исключением разве что некоторых незначительных деталей вроде формы бровей или каких-нибудь хитро выделанных кудряшек, девочки походили друг на друга, словно вылупились из яиц одного гнезда. Но если бы я затеяла составлять для каждой словесный портрет, то на всю группу не набралось бы и пяти особых примет.

– Так кого на неё обменяли-то, кого? – встряла очередная девица. – Только не говорите, что ещё один мальчик для нас потерян.

– В точку, – сказала я, уловив неподдельное огорчение в интонациях новой штучки. – От вас в академию по обмену пошёл парень с артефакторики, потому что отделений, подобных вашему, там нет.

– Это что ж за академия такая, где нет факультета красоты? – оттопырила губку самая первая ядовитая штучка. – Какая-нибудь задрипанская, да?

– Художественная, – сказала я, понимая, что выдавать свое истинное образование пока не время. – Там есть ювелирный факультет. Теперь этот студент будет создавать не только полезные, но и красивые артефакты.

Мои слова произвели впечатление. Что поделаешь, большинство девушек – те ещё сороки.

– А ты тоже с ювелирного? – спросила вторая штучка, которую назвали Селли. – Умеешь делать красивые артефакты?

– Нет, я с отделения живописи. Но тут нет ничего схожего с моим профилем, поэтому меня определили сюда. Видимо, я научусь создавать не только полотна, но и шедевры… на прелестных лицах своих сокурсниц.

– Макияж изучают до третьего курса, а у нас четвёртый, – с облегчением поведали мне штучки, понявшие, что прямо сейчас их расписывать я не буду. – Но мы можем тебя научить в свободное время. За, скажем так, небольшую услугу в обмен.

– Это какую же? – поинтересовалась я, чтобы понимать: надо ли вообще в это ввязываться.

– Так ты же рисуешь, – выдохнула Селли. – А мы все красавицы. Нарисуешь меня?

И тут же понеслось!

– И меня! Нарисуй меня! У Гелии брови тонкие, у меня лучше, поэтому начни с меня! Нет, с меня! Я как модель сто очков дам вперёд любой из наших….

– Мастер идёт, – шикнула одна из девчонок.

Все завизжали, захихикали и бросились врассыпную, чтобы занять свои места. Аудитория сразу же стала походить на учебное помещение. Девочки сидели в основном на вторых, третьих и четвёртых рядах небольшими кучками. Перед ними лежали раскрытые тетради, учебники, карандаши. У меня был только учебник. Согласно расписанию. Первой парой у нас тут намечалась история магической моды. Чем уж она так отличалась от немагической, мне ещё только предстояло узнать.

***

Но вошла вовсе не преподавательница по моде. Это я поняла с первой же секунды. Вошёл давешний божественно красивый новый преподаватель по магической косметологии Айрен Кроссемир. Ну да, кто бы мог подумать?

По аудитории разнёсся восхищённый вздох. А я только стиснула кулаки так, что ногти больно впились в кожу. Вчерашняя встреча произвела на меня большое впечатление. Но я не ожидала, что сегодня будет ещё волнительнее!

– Здравствуйте, барышни, – вежливо сказал Кроссемир и поправил на переносице очки – как это водится у очкариков, средним пальцем, вызвав новый вздох у двадцати двух девиц. – Спешу поздравить с новым учебным годом, пока это ещё актуально. К сожалению, ваша мастер, госпожа Вионтрис, приболела. Меня зовут Айрен Кроссемир, я новый преподаватель по магической косметологии. Сегодня могу рассказать, как пригождаются навыки магической косметологии в судебной медицине, как предмет помогает установить личность, если лица, кхм, уже нет… А также о том, как и зачем преступные элементы меняют внешность. А дальше – как пойдёт.