Лена Тулинова – Чернильные игры. Всё по-взрослому (страница 4)

– Жду ваших безобразий, – напомнил он.

Не успели мы и пару шагов по холлу пройти, как из коридора показался Альрик Гизберт – обладатель не такого зубодробительного и многоэтажного, но всё-таки умеренно-длинного имени. Интересно, мальчики таким штукам, как длинные имена, сильно завидуют, или нет? Меряются ими?

– О, а вот и декан факультета разведки и освоения, ли Гизберт, – представила я.

Рик протянул Эллиоту руку для пожатия, но, видимо, в стране, где дают бессовестно длинные имена, никто не привык к таким приветствиям. Оллиот с недоумением посмотрел на руку, а затем хлопнул по лбу сначала себя, а потом декана разведчиков.

Ага, а меня не хлопал, успела подумать я до того момента, как Рик ушёл от удара ладонью по лбу и накинул на некроманта невидимую петлю подчинения. Впрочем, тот уклонился, и петля прошла мимо. Захватила чью-то сумку с книгами – но студент попался явно не первого курса и легко оторвал незримую нить, пустив обрывки по ветру. Вернее, по сквозняку, который тут вечно гулял по утрам, когда открывалась и закрывалась большая входная дверь.

– Альрик Летланд Гизберт, факультет разведки и освоения миров, – сказал Рик, как ни в чём не бывало.

– Оллиоотройн Астаалантэ тей Майдордаен, но вы можете звать меня Оллиот Майдор, – сказал некромант, которому явно доставляло удовольствие так представляться. – Я тут новый… эээ… Некромант.

– Так отчего бы сразу не сказать: Омлет…эээ, то есть Оллиот Майдор? – удивился Рик. – И кстати, какие это вы безобразия хотели увидеть? Я тоже хочу безобразий.

И приобнял меня за талию.

– Не показывай его сегодня Фрегонде, она опять на взводе. Потерпи до завтра, – посоветовал вполголоса.

Но некромант всё равно услышал.

– Разве нового преподавателя не следует представить ректору сразу же? – спросил он.

– Ой, да кто на это правило смотрит, особенно если ректор – Фрегонда Полмер? – я махнула рукой. – Просто она у нас нынче сердитая, у неё, понимаете ли, сынок… Нет, вы не подумайте, он славный мальчишка, и учится неплохо, но он хочет быть некромантом. А она против. У нее муж донекромантился. Печальная история…

– И тут вы приглашаете меня, – вздохнул Оллиот. – Мило с вашей стороны! Такая хитрая подстава для добропорядочного преподавателя некромантии.

– Не берите в голову, Майдор, – хмыкнул Гизберт. – Завтра у нас очередное собрание преподавательского состава, вот и познакомитесь там с и с ректором, и со всеми остальными! А пока давайте, я вам Академию покажу.

– Может быть, лучше дана Тикер? – замялся Оллиот Майдор. – Всё-таки я прибыл работать на Чернильном факультете, а не на вашем.

Гизберт сделал постное лицо. Знаете, такое, когда брови высоко, а рот скобочкой вниз. Шрам через лицо от этого вытянулся и стал ещё четче и страшнее. Я-то его не боялась, этого страшилу, а вот непривычных обычно пробирало. Даже если кто не знал, что Рика судили за убийство и что он сидел в тюрьме, пока не исправился, и тех обычно обдавало морозцем. Ну, а я знаю. Мы его с Фрегондой и вытащили, потому что нечего хороших людей в тюрьме мариновать. Да, он убил. Но он защищал детей, а это важно.

– Идёмте, дан Майдор, – чирикнула я, чтобы подразнить Рика. – Сегодня ваш первый день в Академии. Надо, чтобы он вам запомнился.

– Вы так любезны, дана Тикер, – проворковал Оллиот. – Желаю увидеть всё.

Это прозвучало немножко двусмысленно, и у Рика чуть пар из ушей не пошёл, но я только хихикнула и взяла некроманта под локоть. В конце концов, у меня перед Альриком долгов нет, это он в некоторой степени мой студент, а не я его. И замуж я пока не собираюсь, и детей ему рожать тоже, поэтому нечего смотреть на меня как на надкушенный кусок торта, который у него уводят прямо из-под носа.

И уж конечно, я тогда вовсе не думала, что это далеко зайдет.

ГЛАВА 5. Альрик Гизберт наблюдает

В общем, на следующее утро я стоял у окна своего кабинета и наблюдал, как Эйла водит туда-сюда новичка-некроманта. А между прочим, через четырнадцать минут заканчивалась большая перемена, а она не обедала.

Мой завтрак остывал на столе – я нередко ел в кабинете, хоть Фрегонда эту привычку и порицала. Тараканов и муравьев, говаривала она, сложно вывести даже самыми верными заклинаниями, более того, у них к чарам постепенно вырабатывается иммунитет, как и к ядам! У меня же вместо ядов и чар были студенты – одним из самых распространенных практических заданий в качестве пересдачи было избавить кабинет от паразитов.

Именно после этих упражнений в Академии появлялись: ничем не убиваемые муравьи в крошечных прочных доспехах; пустые хитиновые панцири приличных размеров, летающие в воздухе; и – в последний весенний семестр – невидимые тараканы. За ними успешно охотились пауки, которых мне поставляла студентка Рэнда Эрол, но увы – пауков многие студенты боялись куда больше, нежели тараканов. В общем, меня эта возня всегда забавляла и развлекала.

И вот сейчас я в раздражении прихлопнул здоровенного таракана-невидимку, который, думая, что я его не замечаю, забрался на котлету с целью отжевать приличный кусок. «Не посягай на деканью собственность, паразит!» – подумал я и снова уставился в окно. Эйла затеяла перелезать через узкий извилистый газон, невесть зачем присочинённый здешним садовником прямо посреди дороги, а этот подлец, как его там, Омлет Мародер подхватил её за талию и легко перекинул на ту сторону, да ещё поддержал под руку, чтобы ей было легче восстановить равновесие.

Каков негодяй! Второй день в Академии, ещё даже не был Фрегонде представлен, а уже за чужими жёнами ухлестывает. Тут я призадумался, обхватив пальцами подбородок. У меня идеи зреют молниеносно – особенно если требуется устроить какую-нибудь диверсию.

И, когда секретарь Фрегонды, милейшая Илзе Сканнинг, послала мне на телепатофон сообщение с напоминанием о преподсовете, план мой был почти готов. Ему оставалось только ещё немножко дозреть на веточке моего разума, чтобы спелым свалиться оттуда и быть воплощенным в жизнь.

Когда я вышел на большую лестницу главного учебного корпуса Академии, Омлет Мародер – простите, конечно, Оллиот Майдор – вёл мою суженую под руку так обходительно, что я был просто обязан втереться между ними.

– Доброе утро, милая, – сказал я.

Милая еле слышно вздохнула:

– Доброе!

Тут Майдора заметили местные дамы-преподавательницы. Дана Схло успела занять левый фланг новенького быстрее, чем дана Ши, и, довольная собой, прощебетала:

– Ооо, вы наш новый преподаватель, да? Какая прелесть!

Немолодые и слегка покрытые патиной времени преподаватели с сервиса уныло переглянулись. Я подмигнул старенькому дану Панте, который тщетно подкатывал ко всем нашим дамочкам от тридцати до шестидесяти:

– Видали? Не отрастить ли и вам рыжую гриву до лопаток? Стряхните с себя иней преклонных лет, дан Панта, взбодритесь – и, глядишь, дана Сканнинг или дана Схло согласятся на свидание с вами!

Восьмидесятилетний Панта давно уже лишился своей гривы, зачёсывал длинную прядь справа налево, чтобы хоть как-то прикрыть плешь, и теперь только вздохнул.

– Придётся обратиться к Винни Скай, она у нас все-таки красотой заведует, – проворчал он. – Стоит появиться какому-нибудь смазливому самцу, как наши дамы сразу облепляют его, а старые, проверенные кадры популярностью не пользуются.

Я шутливо закатил глаза, показывая, что сам не рад чужой популярности, но Панта продолжил:

– Вас я тоже имею в виду. Вы увели у меня Эйлу Тикер.

Моя будущая жена сдавленно хихикнула. Экий, однако, шалун этот дан Панта – считает, что Эйла могла бы с ним замутить! Но нет, это явно был не её типаж. Тут я покосился на обласканного здешними дамами Мародера и убедился, что тот глядит лишь на Эйлу. Нет уж, парень, тебе – точно не обломится.

Таким вот составом мы прибыли в зал совещаний. Это был любимый зал нашей Фрегонды: она использовала его для пыток преподавательского состава. Такой просторный, со множеством окон во всех стенах, кроме торцевой… а заодно и в потолке. В солнечную погоду тут было ужасающе жарко и душно, но стоило открыть окна, как всё продувало насквозь, и многие дамы простужались. После этого они начинали ходить, пропахшие лекарствами, согревающей мазью и выздоравливающими чарами, от которых фонило и вечно искажались другие заклинания. В дождь капли бесконечно барабанили по бесчисленным стёклам, а в зале воцарялась кошмарная сырость. Это тоже не способствовало здоровью, и у многих немолодых магов начинали трещать и хрустеть суставы. Против этих заболеваний было придумано и создано немало чар, но они не всегда действовали так, как надобно. Ну, а в холода – вы и сами, наверное, догадываетесь – греться в зале совещаний можно было только при помощи магии. Фрегонда обычно куталась в волшебную всепогодную мантию, а нам милостиво дозволялось применять свои заклинания для согрева или охлаждения… при условии, что они не будут ничего маскировать. Потому что ли Полмер хотелось «видеть нас насквозь». Что само по себе неуютно.

В общем, наша ректорша, добрейшей души человек, обожала зал совещаний и ни за что не соглашалась его перестроить.

Нынче выдался на редкость погожий денек, такие особенно радуют в середине сентября. Никаких дождиков, зато солнце шпарило, как в июле. Поэтому, когда мы расселись за длинным столом заседаний, каждый оказался на личной сковородке. Эйла жарилась рядом со мной, Омлет Мародер – через стол прямо напротив нас, а по обе стороны от него устроились дана Схло и дана Ши. Ну эти-то куда? Ведь уже не юные особы, одна – вдова, вторая всегда такая суровая и вообще «старая холостячка». Нет, Омлет мне был нужен для куда более высоких целей.