Лена Тулинова – Чернильные игры. Всё по-взрослому (страница 3)

– Есть информация, Альрик, – сказала она, – что к нам тайно прибудет ревизор.

– Прямо-таки тайно? – удивился я. – Интересно, что его сподвигло.

– Любой, это может быть любой человек, они мастера маскироваться так, что и не подкопаешься, – нервно сказала Фрегонда.

Эта представительная дама даже осунулась от волнения. Полные женщины прекрасны, но, когда слегка сбавят в объеме, становятся ещё привлекательнее. Вот, скажем, сейчас ректор Полмер, невзирая на тени под глазами и нахмуренные брови, здорово посвежела и помолодела. Сколько ей сейчас? Лет сорок пять, не больше того. А выглядеть стала не старше, чем на сорок!

– Принимаете омолаживающие зелья, дана Полмер? – спросил я.

– Альрик! – возмутилась ректор. – Вы о чём думаете? У нас ревизор тут скоро прибудет, я, может, места себе не нахожу, а вы?

– Ну я тоже уже не мальчик, может, хочу тоже урвать немножко красоты и молодости, – хмыкнул я.

– Вы и так сорвали лучший куш, нельзя же получать всё и сразу, – сказала Фрегонда, чуточку расслабляясь. – Ну так вот. Вы, Альрик, декан разведчиков. Вот и распределите-ка дежурных так, чтобы они смогли его вычислить.

– А когда он прибудет? – уточнил я.

– Никто не знает, – затравленно озираясь, трагично прошептала ректор. – В течение учебного года.

– Да ничего страшного, даже если так, – я только пожал плечами. – Сами посудите: те, кто уже принят в Академию, все у нас на учёте. Списки у Эйлы все в порядке. Из известных нам новичков, которые собираются прибыть в неурочный час, будет только новый преподаватель, задерживающийся из-за проблем с попаданием в Варкарн… И, кажется, на этом всё. Так что по парочке дополнительных дежурных будет достаточно.

– Только вы уж не пропустите его, – Фрегонда прижала руки к пышной груди. – У меня дурное предчувствие! И на всякий случай, Альрик, если он будет хитрее, чем вы, вот список того, чего никак нельзя делать, пока инспектор нас проверяет.

И она протянула мне толстую тетрадку. Ооо, да тут, наверное, целый том запретов законспектирован. Интересно, со всеми ли правилами и запретами я ознакомлен?!

Подвигав бровями, я сообщил, что конспекты попали в надёжные руки и что факультет разведки и освоения миров приступил к своим обязанностям… И заодно, что дежурным я собираюсь зачесть практику автоматом.

– Никаких автоматов, Альрик, только честная сдача экзаменов, – предупредила дана Полмер. – Тем более, что инспектор будет наблюдать за нами долго.

– А кстати, он тут на какое время застрянет? День, два?

– Как минимум на семестр, – озадачила меня Фрегонда.

– Ничего себе… Ну, за такое-то время мы его точно вычислим и возьмем в оборот! Какой-то бездельник, слоняющийся по Академии целый семестр, не может остаться незамеченным!

– Только не подавайте вида, что вычислили, – тут же велела ректор. – А то не приведи небеса, пришлют нового, если этот заподозрит, что его раскрыли. Ведите себя как обычно, только упаси вас Создатели нарушать устав Академии. За других-то я спокойна… Ну, почти. Но вот вы, Альрик, у нас хулиган. Поэтому призываю вас! И заодно всех преподавателей с вашего отделения! Особенно это касается взяток и прочих недозволенных… игр, вы же понимаете?

– Обожаю игры, – обрадовался я. – Что до взяток, то раньше сессии всё равно давать незачем, кому надо – те уже расстались со своими денежками в честь поступления отпрысков на самые лучшие места.

Ответом мне был укоризненный взгляд ректора. Конечно, она всегда старалась делать вид, что у нас всё честно. Но поверьте мне, далеко не всё! Я как пока бессемейный имею счастливую возможность оставаться беспристрастным, но тем, у кого есть престарелые родители, требовательные жёны, ленивые мужья, избалованные детишки – им же нужны постоянные приработки. А как известно, самые завзятые взяточники – хорошие семьянины. Они берут не ради себя. Точнее, конечно, ради себя – но не в денежном эквиваленте, а в виде спокойствия семьи. Ну, вы поняли!

– И вот что… Альрик, – Фрегонда понизила голос и показала жестом, чтобы я нагнулся к ней ближе. – Как вы считаете, Эйла очень огорчится, если этот её чернильный некромант вовсе не приедет?

– Давайте начистоту, Фрегонда, – в тон ей сказал я вполголоса, – если Эйла узнает, что кто-то из её друзей поспособствовал неприезду чернильного некроманта в академию, она совершенно точно перестанет с ним дружить. Быть может, навсегда.

Дана Полмер расстроенно вздохнула.

– Как мне быть, Альрик? – спросила она.

– Хотите моего совета, дана Полмер? Точно хотите?

– Ну, раз больше пока не у кого спросить…

– Ваш сын уже всю библиотеку обрыскал, да и тема его курсовой за второй курс не оставляет никаких сомнений. Мальчик выбрал себе стезю, кредо, занятие или как это лучше сказать? Профессию. Вам лучше сделать так, чтобы его обучал специалист, потому что иначе Кевин будет учиться сам, методом проб и ошибок. Хороший преподаватель хотя бы часть ошибок отсечёт ещё на подходе. А с остальными, надеюсь, посоветует, как справиться. Поэтому… Если причина задержки некроманта ваших рук дело, оставьте это. Пусть Кевин учится.

Фрегонда отвернулась. Как по мне, она собиралась немножко поплакать, и в очередной раз я подумал, что ей бы всё-таки обзавестись если не мужем, то каким-нибудь любовником, что ли. И родить уже себе дочку, потому что пока эти двое оболтусов – я имею в виду Кевина и его невесту – доучатся и сообразят Фрегонде внука или внучку, ещё куча времени пройдет. Это, разумеется, если они продолжат оставаться разумными людьми и не потеряют голову.

Оставив добропорядочную мать и ректоршу в растрёпанных чувствах, я отправился на разведку. В смысле, на свой факультет. Меня ждал учебный день: комплект из сюрпризов, студенческих недоразумений, планов и надежд. Некоторые студенты и правда подают надежды, честное слово. Просто не надо ждать от них всех оправдания этих надежд.

ГЛАВА 4. Эйла Тикер и новичок

Утром шестнадцатого сентября, гуляя в парке и увидев подъехавшее к воротам Академии такси, я сразу поняла: он. Наш новый некромант! Сердце так и заколотилось, как у шестнадцатилетней девчонки перед первым свиданием! Доселе я видела чернильного некроманта только на портрете в траурной рамке. Ну, если не считать Кевина Полмера, но ведь он будет чернильным некромантом лишь через несколько лет. Да и то – если Фрегонда всё-таки сменит гнев на милость.

Чернильный некромант был, пожалуй, симпатичным, если, конечно, вам по вкусу мужчины высокие, в меру худые, с длинными пальцами и тонкими запястьями. То есть весь такой утончённый и вытянутый. Лицо, правда, слегка лошадиное, но зато глаза выразительные, серые. Мне нравятся серые глаза! Длинные рыжие волосы казались очень мягкими – так и манили потрогать. Нет, ну что за безобразие такое, почему у мужчины такие шикарные волосы, тогда как у меня на голове растет непонятно что?!

– Вы наш новый преподаватель! – выпалила я, по мановению штампа «перенестись на определенное расстояние» оказавшись перед новеньким.

– А вы ректор Фрегонда Полмер? – с лёгким испугом спросил некромант.

– Что вы, – я отмахнулась от этакого предположения. – Я Эйла Тикер, декан Чернильного безобразия.

– Безобразия?

Он так удивился, а я смутилась, как первокурсница. Вот угораздило же ляпнуть!

– Иногда я оговариваюсь… когда волнуюсь. Конечно, Чернильный у нас факультет, хотя и безобразия бывают.

– Чернильные? – уточнил новый преподаватель.

И этак характерно прищурился.

Я поправила на носу очки, и некромант невольно отзеркалил мой жест. Ну точно, у него магически выправленная близорукость! Стало быть, брат-очкарик! А я вот так и не рискнула прибегнуть к помощи магов-целителей. Самой же исправлять при помощи штампов или переписывания было совсем уж страшно. У чернильных магов полным-полно предрассудков, особенно это касается исправления наследственных изъянов. Кто вообще знает, как глубоко закопана эта наследственность? На сколько поколений в глубь веков придётся вносить коррективы? И как это скажется на будущем живых потомков, то есть нас, ныне существующих людей… и наших детей.

А этот, видать, смелый. Или богатый. Или даже и то, и другое.

– Безобразия всякие бывают, – засмеялась я. – Итак, вас зовут?..

– А разве у вас это не записано? Вы на чьё имя писали заявку?

– Я писала Главному магу, – сказала я, – он как-никак владеет огромной базой магов.

Новенький снова прищурился. Будто что-то запоминал.

– Ага, – сказал он в конце концов. – Идёмте, покажете ваши безобразия все до одного!

– Так ваше имя! – напомнила я. – Не звать же мне вас «ли некромант» всю дорогу?

– Моё полное имя Оллиоотройн Астаалантэ тей Майдордаен, – лукаво улыбнулся некромант. – Это так невыносимо – слушать, как его пытаются произнести, перевирают, спотыкаются, что обычно я прошу звать меня просто Оллиот Майдор.

– Ой да подумаешь, – фыркнула я и повторила всё в точности. – У нас в библиотеке и не такие имена встречаются, взять хотя бы Эйнхеллопию ворн Воаэринганде Алионну Фалессандериозийскую… И ещё у эльфов имена замысловатые. А у северных троллей с материка Руген-Труген прозвища и вовсе как трёхэтажный мат.

Оллиот Майдор – а я уже решила, что всё-таки лучше привыкнуть к укороченному варианту ради удобства, если сам некромант не против! – рассмеялся и предложил взять его под руку.