Лена Тулинова – Чернильные игры. Всё по-взрослому (страница 6)

– Просчёт был в том, что он маг, и однажды сорвался, – влез без спросу Оллиот. – Это едва не привело к разрушению целой магической академии. В Историю Магии Варкарна этот случай включён как хрестоматийный.

– Поэтому – чувство меры, – подхватила я. – Не надо неооценивать влияние магии на окружающую среду и на ваших оппонентов или соратников. Но не стоит и чрезмерно увлекаться расчётами магического сценария. Итак, рассмотрим теперь базовые сценарии. Они существуют хотя бы потому, что у людей, как магов, так и не-магов, обычно довольно-таки предсказуемая реакция на очень многие заклинания. Каждый чернильный маг просто обязан знать основной набор таких сценариев. Изучив их, он может получить представление о том, как действовать в стандартных ситуациях, а также примерное понимание того, что делать, если ситуация не совсем стандартная. И совсем не стандартная. И даже из ряда вон выходящая…

– В эти магические сценарии входят какие-нибудь некромантские сюжеты? – тут же спросил Кевин.

Я уже говорила, что он сдвинулся на почве этой некромантии?

– На этот вопрос, я думаю, ответит ли Майдор, – Гизберт указал на Оллиота.

Кажется, Оллиот не рассчитывал на мелкую подставу со стороны Рика. Да я и, признаться, тоже. Теперь уже хранить загадочность и изображать мага-инкогнито было довольно-таки бессмысленно, ведьмы и Кевин уставились на чернильного некроманта с огромным интересом.

– Конечно, я все расскажу, – сказал Майдор поспешно. – Я ведь некромант! Но только не сейчас. Базовые сценарии не охватывают сферу некромантии, даже чернильной. Но да, завтра у меня первая лекция! Кстати, я ведь шёл в большой библиотечный зал. Хочу познакомиться с библиотекарями и получить кое-какие пособия.

И почти бегом удрал из читального зала.

Кевин Полмер посмотрел ему вслед задумчивым и долгим взглядом. Ну что ж, его интерес мне был понятен: полуректор уже прикидывал, как получить от некроманта знаний по максимуму.

Ну, а я продолжила лекцию. К её окончанию Рик задремал.

ГЛАВА 7. Альрик Гизберт проводит разведывательную операцию

Илзе Сканнинг сидела в приемной ректорского кабинета и от нечего делать полировала ноготки. Дана Сканнинг была отличным секретарем и, кажется, единственной не магической сущностью во всей Академии. Волшебного в ней было, тем не менее, достаточно. Илзе умела остановить спор или скандал одним движением брови. Она чуяла магические нарушения на территории кампуса отчетливее и быстрее, чем дежурные преподаватели, которые, как известно, все являются магами. И одним только взглядом была способна показать посетителю, в каком нынче настроении ректор Фрегонда Полмер. А опытный посетитель вроде меня, разумеется, знал, что настроение ректора очень важно для организма, особенно если собираешься что-то попросить.

Сейчас Илзе Сканнинг смотрела куда-то в сторону, даже не на ногти, и вид у нее был абсолютно равнодушный ко всему. Это безразличие означало, что дана Сканнинг не подслушивает. Нет, в самом деле не подслушивает, иначе у нее были бы приподняты брови, а рот, обычно накрашенный малиновой помадой, крепко сжат. Так секретарь старалась не выдать подслушанных тайн – и обычно ей это удавалось.

– Ли Полмер принимает сына? – спросил я, обескураженный тем, что в кабинете ректора стояла полнейшая тишина.

– Увы, да, – позволила себе оценку ситуации Илзе.

Тут тишину нарушил треск. Так мог сломаться письменный стол или книжный шкаф. Следом грохнуло, как если бы посыпались книги и прочие тяжёлые предметы. А затем мы с Илзе услышали срывающийся от злости голос полуректора:

– Я всё равно буду некромантом!

– Только через мой труп! – воинственно вскричала Фрегонда.

– Могу устроить!

Я решил вмешаться, покуда мы не заполучили зомби-ректоршу и обессиленного пожилого мальчишку-полуректора. Дверь была заперта, но боевого мага, пусть и на незаслуженной пенсии, такая преграда не остановит. Я выбил её с двух заклинаний и одного движения рукой: снимающие защиту чары, отражающие защитную атаку чары… ну и собственно удар. Редкий боевой маг после такого долетит до середины кабинета, но уж я постарался. Мне немножко дороги эти двое, потому что, как ни крути, я не готов менять этого ректора на какого-то другого, с ним ещё связи налаживай. И одного из лучших студентов Академии тоже терять не хотелось.

Успел вовремя: Кевин Полмер уже выхватил из патронташа на поясе специальный штамп собственного изготовления. Вообще-то Эйла ещё не переходила к уничтожительным штампам, но эти умельцы могли создать и зачаровать их самостоятельно. К их услугам была библиотека!

– А ну стоять, – приказал я, стреноживая полуректора лёгким движением кистей рук.

Опутанный заклинанием сдерживания, Кевин сосредоточился на том, чтобы поддерживать свое равновесие, а я уже обезвредил Фрегонду. Она в ярости страшна: может и влупить сыночку.

– Ли Полмер, одумайтесь, это ваше единственное дитя, – сказал я мягко.

– Ох, боги, откуда вы только взялись, Гизберт? – простонала Фрегонда. – Мы же ничего такого…

Я вытащил из пальцев Кевина штамп. На нём стоял знак переноса в дом полуректора – на последнее указывали четыре цифры координат. Бедняга просто хотел свалить отсюда по-быстрому, а я не дал. Ну да лучше перестраховаться, чем лицезреть Фрегонду-зомби.

Отменив сдерживание, я вернул Кевину Полмеру штамп.

– Я все равно буду некромантом, – сказал парень.

– Разведчиком-некромантом, – поправил я. – Беги, дружище, тебя там наверняка ждёт Ромашка.

Когда Полмер ушёл, Фрегонда выдохнула и уселась в кресле поудобнее.

– Тебе надо его отпустить. Он взрослый, – сказал я. – И ещё, прости за откровенность, тебе нужна какая-нибудь личная жизнь.

– У меня и общественная-то жизнь не особо задалась, – махнула рукой милая ректорша.

– Ты что-то подозрительно похорошела за последнее время, – подольстился я, – похудела, помолодела. Не думала о том, чтобы поискать себе нового мужа?

– Академия мое единственное детище, Рик, – ответила Фрегонда. – И студенты все мои… ребятки.

– Ну тогда или гоняйся за всеми ребятками со своими запретами, или оставь Кевина в покое наравне со всеми, – посоветовал я. – Новый некромант прибыл, объяснит мальчику, как поберечься и экономно расходовать силы… И вообще, ты же такая умница, сама посуди: у нас тут всё хорошо. Отделение обслуживания попаданцев наращивает рейтинг, открыт новый факультет, финансирование улучшается. Чего тебе ещё надо? Ах да, немного любви.

Фрегонда вдруг разрыдалась.

– У меня нет времени на себя. Нет времени на любовь! – всхлипнула она. – Вот разве что ты меня понимаешь, но не могу же я отнять у Эйлы последнее?

– Последнее?.. – спросил я, выразительно приподнимая брови.

Фрегонда сделала вид, что ничего она не говорила, только пожала плечами и сделала очень чистый и наивный взгляд, которым с пару секунд пыталась меня заворожить.

– Милая Фрегонда, – сказал я, – декана Гизберта раньше хватало на пять-шесть красавиц, но это всё позади. Посмотри… Если нет времени на любовь вне стен Академии, то, быть может, найдется кто-то хороший и понимающий прямо тут? Ну, помимо меня, раз уж я занят.

– Не думаю, – безнадёжно сказала ли Полмер. – Все роскошные мужчины уже расхватаны.

Но я думал, что найдется. Разведка боем показала, что Фрегонда вполне достигла кондиции, чтобы пойти на какое-нибудь ни к чему пока не обязывающее свиданьице. Теперь дело оставалось за малым: обратить на неё внимание нашего Омлета Мародера, чтобы он уже, наконец, отвязался от моей будущей жены.

Успокоив ректоршу, я позволил Илзе Сканнинг войти в кабинет, а сам потихоньку удалился. Теперь мне следовало завербовать парочку союзников, и я прекрасно знал, где их искать.

Но прежде вернулся к себе в кабинет и выслушал доклады пятикурсников-разведчиков. Противника, то есть ревизора, не обнаружено, новых людей в Академии не появлялось, всё спокойно. Ну хоть на этом спасибо.

ГЛАВА 8. Эйла Тикер и учебные планы

– Ли Тикер, – окликнула меня библиотекарша дана Илана Тенга.

Немолодая, смуглая и весьма неулыбчивая, она обожала Альрика, и часть этого обожания доставалась мне. Хорошо хоть, речь не шла о ревности! Нет, Тенга скорее вела себя как любящая свекровь – говорят, такие иногда встречаются особо удачливым невесткам.

– Какое сегодня число? – спросила моя коллега с самой благожелательной улыбкой.

– Д-двадцатое, пятница, – с запинкой ответила я.

Надо же, уже двадцатое! Вот время-то бежит…

– Хорошо, – неизвестно чему обрадовалась Тенга, – так и запишем.

– А что такое?

Библиотекарь смутилась.

– Выдала Оллиоту Майдору литературу, а число в формуляре не поставила, – пожаловалась Тенга. – А сам он, между прочим, не расписался ни в нем, ни в читательском билете. И билет, кстати, забыл. Будете ему потом печать ставить за забывчивость?

– Да ладно вам, дана Тенга, не привык человек, – вступилась я за некроманта, рассеянно раскрывая свеженькую карточку Майдора. – Ого, какой он основательный! Взял почти все, что есть по некромантии… Включая художественную литературу.

– Вот там есть целый стеллаж книг по боевой магии, так я не помню, чтобы ли Альрик брал оттуда хоть одну, – сказала Тенга. – Он и так прекрасно всё знает.

– И преподает без какой бы то ни было системы, – задумчиво сказала я. – К тому же боевые маги все практики, у них с теорией-то не очень.