Лена Тэсс – Развод на новый год (страница 36)
- Это тебе Максим подарил?
Поверить не могу, что он все же пытается повлиять на нашего сына таким образом. Готовит почву, чтобы стать самым лучшим и любимым папочкой? Отличная стратегия - сначала задобрить, а потом рассказать обо всех преимуществах жизни ребенка в полной семье, заодно полностью уничтожив меня в глазах сына.
- Не совсем. Она была в его номере и я ее нечаянно забрал с собой. Как думаешь, дядя Максим не будет ругаться? Я думаю, что нет. Он добрый и веселый, кажется.
- Это очень неправильно и мы с тобой завтра вернем игрушку и извинимся перед Максом, хорошо?
- А может просто купим сплюшку у него? У меня в копилке есть деньги. Я могу заплатить. Но мам, посмотри, какая она мягкая. Прям как ты.
Сова исчезла под краем одеяла. Сейчас мне не хватит ни физических ни моральных сил забрать игрушку у Степы. Да и стоило ли? Кажется Титов не сделал ничего плохого. Я на это очень надеялась, когда обняла и поцеловала сына перед сном.
Надеялась и собиралась спросить у него напрямую, прямо сейчас. Потому что через пять минут после того, как в детской погас ночник, я услышала тихий стук в дверь.
- Соня, впусти, пожалуйста. Нам с тобой нужно серьезно поговорить.
Глава 23
Макс разулся и аккуратно поставил ботинки у порога. Снял и повесил пальто на свободный крючок. Криво брошенная на верхнюю полку шапка Степы под тяжестью помпона все-таки полетела вниз, но он поймал ее на полпути. Покрутив в руках чему-то улыбнулся и снова вернул на прежнее место, уложив более основательно вглубь.
Я смотрела на бывшего мужа как смотрят на пришельцев фанатики “Секретных материалов”. Вроде и верят в их существование, но при встрече чуть ли не теряют сознание. Ведь это не нормально.
Титов в моем доме - явление ненормальное, а я была слишком уставшей и вымотанной, чтобы сейчас это анализировать. Можно было бы отказать ему в разговоре и вообще не пустить на порог, но… нет, на самом деле нельзя. Я высказалась, выкричалась, выплеснула все, что во мне накопилось за этот день. Возможно, что ему тоже надо.
Мы сразу прошли в гостиную и сели на диван. Между ним и большим окном расположилась огромная елка. Одна из ее мощных лап улеглась на велюровую обивку дивана. Это дерево не подходило под мою квартиру, квартира под жизнь, жизнь под все, о чем я мечтала раньше.
Муж молчал минут десять, только смотрел по сторонам, будто впитывал это место в себя. Или наоборот, пытался наполнить собой мой дом. Электронные часы обновляли циферблат, но ничего не происходило.
- Макс, может быть ты ошибся и сегодня не лучший вечер для разговоров? - Спросила, чтобы скорее покончить с затянувшимся молчанием. - Не думаю, что ты можешь сказать мне что-то чего я не знаю, или то, что мне сейчас просто необходимо знать. Я устала, ты тоже. Давай пропустим этот шаг и двинемся дальше. Мы уже так делали, все получилось неплохо.
- Неплохо?
Я кивнула, полностью уверенная в сказанном.
- Нееее-плоооо-хоооо...- процедил он, растягивая слово по слогам, пробуя каждый на вкус, перекатывая на языке. - То есть никак, Сонь. Сколько не откладывай, легче не станет. Никто из нас не счастлив. Я точно - нет, про тебя утверждать не могу. У тебя ведь есть как минимум одна причина вставать с кровати и радоваться каждому новому дню.
Голова Макса на долю секунды повернулась в направлении двери спальни нашего сына. Он тяжело сглотнул, будто ждал моего ответа.
- И все же ты не скажешь ничего из того, чего бы я не знала.
- Ошибаешься.
- Неужели? И что такого я не слышала?
- Ты хорошая мама.
О чем это он?
- Это… так и есть, - голос дрогнул. - Я люблю Степу больше всего на свете и, конечно я стараюсь быть для него самой лучшей мамой. И в этом точно не сомневаюсь.
- Сегодня ты сомневалась. Не должна была, но я видел это у тебя в глазах. Ты думала, что не справилась. - Он качнулся ко мне чуть ближе, сокращая расстояние. Протянул руку, положил пальцы на подбородок и развернул лицом к себе, так что наши взгляды скрестились. - Он все еще с тобой - этот страх из-за беспомощности, когда ты поверила, что потеряла его. Это бессилие и безысходность. Ты сама потерялась в нем, Соня. Но уже можно отпустить и простить себя. Потому что на самом деле ты ни в чем не виновата.
- Виновата, - прошептала зло, отрицая все им сказанное, чувствуя на языке соленый вкус слез, скатившихся по щекам.
- Нет. Ты справилась, как бы сложно не было. Взяла на себя огромную ответственность и один Бог знает как, но справилась. И винить себя в том, что Степа сегодня ушел - не смей. Он убежал не от тебя, а в поисках ответов на те вопросы, которые ему важно знать.
Точно. Ведь я врала сыну.
Подняв руку вытерла тыльной стороной ладони мокрые дорожки, разрывая зрительный контакт. Новая волна усталости окатила меня от макушки до пят. Я не успела переодеться. Так и осталась в джинсах и босиком. С приоткрытого балкона тянуло прохладным воздухом. Пришлось подтянуть колени и поставить ступни на край дивана, отчего пуговица больно впилась в живот.
- Ты ничего ему не сказал.
- Нет, не сказал.
- Спасибо.
- Меня не нужно благодарить, - Титов провел по голове пятерней. Колючий ежик залоснился в мягком свете желтой лампы. - Рано или поздно он все узнает.
- В этом нет необходимости.
Я поторопилась с ответом. Слишком резко это прозвучало после всего произошедшего. Но иначе я не могла.
- Он узнает, Соня.
- Но я не хочу этого, - выдохнула устало. Как же ему объяснить? - Не хочу еще одного разочарования. Я пережила, а он не сможет. Понимаешь? Наверно нет, но я попробую объяснить. - Тараторила, не давая Максу и слова вставить. - Это похоже на электрошок без анестезии. Ведь все в тот вечер было хорошо и мы шли домой, и ставили ту дурацкую елку. Я была счастлива. Уставшая из-за навалившихся дел, где-то разочарованная, где-то надломленная, но я почти справилась с нашей болью, ведь у меня был ты - моя стена, моя опора. Ты был всем. Я не могла ожидать и не ждала предательства. Оно просто не вписывалось в наши отношения. Но получила такой удар, от которого не уверена, что до сих пор оправилась.
Я говорила спокойно. Оказывается, мне все же было что ему сказать. Без криков и истерик, без обвинений. Просто как есть.
- Вот как?
- Я не хочу, чтобы это повторилось с ним. Ты сблизишься с сыном, все будет хорошо, но как надолго? Сейчас ты здесь, потом - уедешь. У меня не будет слов, чтобы объяснить почему отец его бросает.
- Вы всегда можете поехать со мной.
- Нет, не можем. Теперь я живу здесь. Со своим сыном, своей жизнью. И ты не можешь приехать сюда. У тебя фирма, сотрудники, громкие дела. Здесь не будет ничего этого. Ты похоронишь себя за вывеской “Добро пожаловать в Армавир” и каждый день будешь угасать на глазах своего ребенка. Просто отпусти нас, Макс, оставь в покое, не играйся в то, что тебе не понять. Степе не нужен добрый “воскресный” папа из Москвы. А тебе в этой провинции с твоими амбициями делать совершенно нечего. Просто сделай так как я прошу тебя, хотя бы один раз.
Я лукавила. Он уже сделал как я хотела - отпустил меня, а я обещала подумать о том, чтобы когда-нибудь вернуться и не менять номер телефона… на всякий случай. Не вернулась. Поменяла.
- Пожалуйста, скажи, что согласен и закончим этот бессмысленный диалог.
- Да, Степа твой сын, но лучше ему никогда не знать об этом.
- Я так долго тебя ненавидела. Не хочу, чтобы к моей ненависти присоединился еще и Степа.
- Уйди, пожалуйста, из нашей жизни.
- Я тебя понял, Соня. Я тебя услышал, - ответил Макс.
***
Понял?
Что ж, иногда Максим Титов мог быть воистину понимающим человеком. Или это я сама не могла четко сказать ему, что именно хотела. Внутри меня все рвалось на лоскуты, которые я пыталась схватить за тонкие трясущиеся края, но они выскальзывали и мне не удавалось соединить воедино свои желания и решимость.
Ради Степы я могла сделать все. Ради себя - нет.
И еще я смертельно устала. Сейчас мне казалось, что преодоление пути от гостиной до спальни отнимет у меня последние силы. Слишком много я вложила в этот день и в этот разговор.
- Макс, я спать пойду. Тебе пора.
- Я еще немного задержусь.
- Не стоит.