Лена Тэсс – Измена. Моложе, не значит лучше (страница 11)
— У него множество других задач и проблем.
— Например?
— Знаете…
— Знаешь, — поправляет снова. А мы уже у его авто и он без промедления открывает мне дверь.
Машина дорогая. То есть очень дорогая, возможно даже дороже чем квартира, в которой я живу. Точно, дороже. Здесь пахнет кожей и хорошим мужским парфюмом.
Зарецкий ведет машину уверенно и молча, пока наконец-то не спрашивает.
— Так чем таким важным занят твой муж, что не смог забрать жену поздним вечером с делового ужина?
— Своей любовницей, — бросаю бездумно.
— Разводишься? — Павел не шокирован. Вопрос звучит обыденно.
— Конечно.
Он коротко кивнул, подхватил телефон и сделал звонок. Я не вслушивалась в слова.
Машина летела по кольцевой автодороге и ее ход успокаивал. Так неожиданно мы затормозили у моего подъезда.
— Спасибо, Павел.
— Никаких проблем. И еще, Маша, завтра кроме помощника с тобой свяжется мой хороший друг и адвокат по разводам — Титов Максим. — Я возмущено открываю рот, чтобы указать этому незнакомому в сущности человеку, что ему не стоит совать нос туда, куда не следует, но он только поднимает руку. — Просто возьми трубку и ответь на несколько его вопросов, консультация в таком нервном мероприятии как развод никому не помешает.
Это кажется слишком, но я все же вежливо благодарю его, чтобы не выглядеть высокомерной и глупой. Телефонный разговор ни к чему меня не обязывает.
Домой поднимаюсь все же в приподнятом настроении, ведь моя мечта близка к осуществлению. Когда появится малыш я не смогу ей уделять много времени, поэтому стоит поторопиться и открыть центр как можно раньше, чтобы он наладил работу до моего декрета.
Неприятный сюрприз — в прихожей стоят знакомые ботинки, а на крючке висит куртка Ромы. Какого черта?
— Явилась, — выходит он из кухни мне навстречу.
— Я просила не приходить в мою квартиру без приглашений! — настроение моментально скатывается вниз.
— А я сказал, что буду являться сюда когда посчитаю нужным. К тому же кажется только так я могу узнать, что моя собственная жена беременна.
И он тыкает мне в нос снимком с УЗИ.
Глава 10
— Я был на твоей работе, но твоя сука-подруга выпроводила меня, сказала что у тебя выходной и ты решаешь важные вопросы касательно будущего. На звонки не отвечаешь, сообщения игнорируешь, бросила меня в блок? Я пришел сюда, но и дома тебя не оказалось, а теперь вот!! ВОТ!
Пальцы Ромы мнут маленький снимок. Отнимаю его и забираю себе.
— Прекрати истерику, Чернышёв. И проваливай.
— Что это?
Хуже вопроса в этой ситуации представить сложно.
— Ребенок. Это мой ребенок, Рома. Ты к нему не имеешь никакого отношения. Уходи по-хорошему, уходи к той кого любишь, — выворачиваю из себя эти слова.
— Думаешь этот ребенок поможет тебе сохранить квартиру и сбережения при себе? — взрывается он, сминая фото в кулаке и отбрасывая в сторону. Быстро натягивает на ноги свою обувь, срывает куртку так резко, что обламывает крючок, подхватывает рюкзак в котором очевидно гремят его кассеты для приставки. — Не тупи, Маша, еще ни один ребенок не покинул твое тело живым. И с этим вряд ли будет иначе.
Бросает жестоко. Осекается, словно на секунду пожалел, но я от этих слов каменею, а Рома уходит хлопая дверью.
Так и застыла изваянием на несколько бесконечных секунд, пытаясь переварить сказанное. Кажется у любого терпения и понимания мог наступить предел. Это был мой.
Завтра же сменю замки и подам на развод. И да, дождусь звонка от адвоката Зарецкого и позволю ему мне помочь оставить Рому ни с чем.
Несколько дней подряд безуспешно пытаюсь отключится от тех жестоких слов, которые мне сказал Чернышёв. Но не могу. Страх и неуверенность в будущем накатывают на меня волнами. Огромными цунами.
Я поменяла замки в квартире, окончательно заблокировала все карты Мирабеллы и мамы, которые выдала им для экстренных случаев в качестве поддержки, но и это не помогло.
Вика заметила мое состояние и пыталась осторожно выяснить что случилось, но я ушла в глухую оборону и отрицание.
Но этого я сберегу. Обязательно сберегу и рожу. Буду держать в своих руках, качать и петь колыбельные, лечить простуду и переживать когда полезут первые зубки или если малыш подхватит ветрянку.
Он выживет. Обязательно. Повторяю как мантру каждый день. Почти каждый час.
В один из дней просматриваю результаты своих анализов крови в кабинете. Сахар немного выше нормы, но это не страшно. Во всем остальном нет никаких опасений. Сегодня у меня смена с трех, но я пришла чуть раньше, так что еще около получаса могу отдохнуть и насладиться тишиной.
Стоило только так подумать как дверь кабинета настежь раскрылась и внутрь словно две фурии влетели мама и сестра. У второй, я не могла не заметить из-за обтягивающей водолазки, уже виднелся небольшой животик.
— Маша! Ты заблокировала наши карты! Как ты могла! Почему ты так себя ведешь?! Почему ты такая?!
За несколько обвинительных фраз мама дошла до моего стола и с грохотом бросила сумку на мой стол.
— Уйдите, я на работе, — огрызаюсь в ответ, но, конечно они не собираются этого делать, пока не получат то за чем пришли или не выпустят свою злость из-за того, что больше не могут использовать мои ресурсы для своих непомерных трат.
Мирабелла закрыла дверь изнутри и тоже двинулась внутрь, демонстративно положив руки на живот.
Я встала на ноги и обошла свой стол.
— У вас есть Рома, все претензии к нему. Мам, твой обожаемый зять остался в семье, как ты и мечтала, Белла родит ему наследника, о котором мечтал он, а я больше не буду портить ваши идеальные семейные фото, как все мечтали. Просто оставьте меня в покое.
— Но квартира и бабкино наследство!
— Они мои.
— Да с какой стати-то!!! Это я тебя родила.
Мама двинулась в мою сторону и резко схватила за руку, потянула на себя. От неожиданности я качнулась вперед. Голова закружилась.
Белла что-то говорила, мама кричала и истерила.
— Тебе не нужны ни квартира, ни деньги, а у нас будет ребенок, Маша, ты что не понимаешь! Нас квартира и деньги нужны больше чем тебе. Сними себе что-то на первое время, а нас с Ромочкой отдай его квартиру.
Живот скрутило таким спазмом, что от боли пришлось закрыть глаза. Господи, хватит.
— Ты еще и замки посмела поменять, маленькая дрянь! Как ты посмела перекрыть нам доступ! У меня там есть вещи, которые я должна забрать!
Хватит! Замолчите обе!
Еще один спазм судорогой прошелся вниз по телу. Как же больно. Ноги сейчас держать перестанут. Пришлось опереться плечом о стеллаж.
— Ты просто неблагодарная и..
— Заткнись!
— Что?
— Заткнись, говорю! Просто закрой свой рот и проваливай! Обе уйдите! Пошли вон!
Чувствую как между ног становится влажно, опускаю взгляд и понимаю, что мои белые костюмные штаны становятся багровыми. Грязными. Они липнут к ногам из-за крови, что стекает по бедрам.
— Мама?! Что с ней?! — голос Беллы испуганный, глаза огромные и полные страха.
Мама наконец-то затыкается и выражение лица ее становится безразлично отчужденным.
— Выкидыш. У твоей сестры очередной выкидыш, — холодно бросает она.
К сожалению она права.