Лена Обухова – Тень за моим плечом (страница 37)
Вот что могли дать магия и членство в Ковене.
Однако Юрий Павлович запомнился ему не своим специфическим внешним видом.
Примерно через час после начала вечера Егор заскучал. Он со всеми перезнакомился, всех очаровал, но потом устал и попытался затеряться в толпе. Остальные с удовольствием его потеряли, занявшись своими делами: вежливым общением и деловыми переговорами. От шампанского кружилась голова, а от икры болел живот. Егор мечтал о сочном бургере, горячей картошке фри и большом стакане колы. Хотелось уже переодеться в джинсы и завалиться перед телеком, одним глазом поглядывая какое-нибудь зрелищное кино, а вторым — в экран смартфона. Но он пока терпел: хотелось получше примелькаться тем, на ком он вскоре будет зарабатывать настоящие деньги.
Голодный взгляд скользил по подносам с едой, ища хоть что-нибудь аппетитное, но вместо этого нашел девушку-официантку. Очень миленькую, невысокую, с длинными русыми волосами, собранными в очень аккуратный хвост. Ей наверняка было больше восемнадцати, раз она обслуживала «прием», а может — и больше двадцати, но смотрелась она ровесницей Егора. Даже казалась немного младше — из-за худенькой фигурки, небольшого роста и детского личика.
Почувствовав, что на нее смотрят, девушка обернулась и поймала его взгляд. Егор не отвел глаза, а только улыбнулся. Девушка скользнула по нему взглядом и тепло улыбнулась в ответ. А ведь он даже не призывал силу Ангела, симпатия в ее глазах загорелась просто так.
Схватив поднос с изящными бокалами, девушка нырнула в толпу, и Егор, повинуясь внезапному порыву, последовал за ней. Вскоре он увидел, как ее тормознул Юрий Павлович, чтобы отдать опустевший бокал и взять взамен наполненный. Придержав девушку за локоть, он что-то зашептал ей на ухо, не позволяя сразу уйти. В первое мгновение она едва не отшатнулась, но вдруг замерла и терпеливо выслушала все, что он имел ей сказать. Снова улыбнулась, но уже совсем не так, как Егору, кивнула и пошла прочь.
Потом он на какое-то время потерял ее из виду, а когда приметил снова, она направлялась к выходу из зала. Наверняка официанты покидали зал время от времени, кто-то же уносил опустевшие бокалы и тарелки, но у девушки в руках не было подноса с грязной посудой. Возможно, у нее закончилась смена или она шла на перерыв, Егор точно не знал, но после долгого колебания все же пошел следом. Пора уже было как-то пересилить себя и начать знакомиться с девушками. Хотя бы попробовать.
Когда он вышел из зала, официантки уже не было видно, поэтому пришлось запустить Указатель. Тот неожиданно повел его на второй этаж. Егор удивился: с чего вдруг девушка из обслуживающего персонала могла пойти туда? Там и гостям было не место.
Ему стало любопытно, и он продолжил идти за Указателем. Тот в конце концов привел его к одной из комнат, дверь которой была приоткрыта. Егор осторожно заглянул внутрь, стараясь не шуметь.
И очень порадовался тому, что не стал бездумно вламываться, потому что миленькая официантка оказалась в комнате не одна. Она стояла у дивана, на котором сидел Юрий Павлович. В пухлых пальцах мужчина сжимал уже не бокал шампанского, а стакан с каким-то напитком желтовато-коричневого цвета, но все его внимание было направлено на девушку. Слегка выпученные глаза сладострастно блестели, когда он наблюдал, как она расстегивает молнию на юбке и та скользит к ее ногам. Белая рубашка уже валялась на полу, а почти несуществующую грудь девушки прикрывал только маленький бюстгальтер.
Что-то было не так во всей этой сцене, но Егор не сразу смог понять, что именно. Ему потребовалась почти целая минута, чтобы сообразить: понравившаяся ему официантка двигалась как сомнамбула — заторможенно и немного неуклюже. Ее лицо казалось совершенно безучастным.
Очевидно, Юрий Павлович наложил на нее какое-то подчиняющее заклятие и теперь жадно пожирал глазами, потягивая что-то типа виски и мерзко причмокивая.
Когда девушка осталась в одном нижнем белье, Юрий Павлович потянулся к пряжке ремня, а его безвольная кукла опустилась перед ним на колени.
Кровь ударила Егору в лицо, и он отпрянул от двери. Секунду стоял неподвижно, потом повернулся и торопливо пошел прочь, пытаясь стереть из памяти тошнотворную картинку. Но та стираться не желала. И когда ночью Дементьев спросил его об уважении, она снова появилась перед его мысленным взором, заставив содрогнуться от отвращения.
Уважение? Вот уж нет. Никто в Ковене не вызывал в нем уважения. Но они знали, как заставить людей
— Так и думала, что ты здесь!
От неожиданности Егор вздрогнул, с трудом возвращаясь в реальность из глубины своих мыслей.
Карина вошла в класс и направилась к нему, а он неловко посторонился, когда понял, что ее интересует место, на котором лежало тело погибшей девчонки. Егора не удивило, что Карина знает, где та умерла.
Она присела на корточки и коснулась пола. Едва заметно дернулась, напряглась, а через какое-то время убрала руку и выпрямилась.
— Что-то увидела? — поинтересовался Егор.
— Возможно, — кивнула Карина, поворачиваясь к нему и слегка хмурясь. — Но, наверное, это опять ничего не даст. Ерунда. В этот раз я как-то совсем бесполезна.
— Да пока никто из нас не фонтан…
— Иногда смерть неотвратима, — пробормотала она, присаживаясь на краешек парты, стоявшей рядом с Егором. — Будущее вообще редко можно изменить, особенно если увидеть. Поверь, я это хорошо знаю.
— И не думал сомневаться.
— Чего я не знала, так это того, что жизнь может быть такой короткой. Впрочем, нет, знала, конечно, просто… Об этом не думаешь, пока не видишь.
— О чем? — не совсем понял Егор.
Карина подняла на него задумчивый и немного печальный взгляд.
— О том, что для каждого из нас может внезапно наступить финал. В любой момент. Живешь такой, думаешь, что времени еще полно, а потом бац — и все. Эти ребята, которые погибли… Они ведь младше нас! Даже школу не окончили. С нами такое тоже может случиться.
— Только не со мной…
— О, ну да! — фыркнула Карина. — Ты ведь у нас всесильный маг! Но, знаешь, защита твоя оказалась фуфлом. На любого могучего мага всегда найдется кто-то покруче.
— Ты сюда пришла поделиться со мной депрессивным настроением? — проворчал Егор, уязвленный напоминанием о провале поставленной им защиты.
— Да нет, — отмахнулась Карина, меняя язвительный тон на примирительный. — Просто поговорить хотела. С кем еще об этом можно поговорить? Не со взрослыми же. Будут нести всякую чушь о том, что ничего со мной не случится. Или даже хуже: наоборот, согласятся и больше никогда с собой не возьмут!
— Ты уж как-то определись, чего боишься больше, — заметил Егор едко. — Внезапно умереть или сидеть дома…
— Я не смерти боюсь, а того, что пожить не успею! — возмутилась Карина. — Но и сидеть ради собственной безопасности в четырех стенах — это ни хрена не жизнь!
С этим Егор не мог поспорить, но даже если бы хотел, не успел бы, потому что Карина внезапно огорошила его признанием:
— Знаешь, я ведь даже ни разу по-настоящему не целовалась еще…
Егор испуганно отпрянул, как будто она внезапно вытащила из кармана ядовитую змею. Карина, ничуть не смутившись, выпрямилась и, глядя ему в глаза, спросила:
— А ты?
— Я? Конечно, целовался! Сто раз… с кучей разных девчонок. И не только целовался, если хочешь знать!
Это была наглая ложь, и загоревшиеся ярко-красным уши выдали его с головой. Но Карина или не заметила, или сделала вид.
— Тогда поцелуй меня?
Сердце сорвалось в испуганный галоп и зачем-то полезло в горло, едва не перекрыв его вместе с возможностью дышать. Теперь наверняка покраснели не только уши.
— Что? — картинно возмутился Егор. — Рехнулась, что ли? Чего это я должен тебя целовать?
Карина обиженно насупилась и скрестила руки на груди.
— Тебе жалко, что ли? Может, я не хочу, чтобы смерть настигла меня до того, как я хотя бы раз поцелуюсь?
— Нормальные заявки… Может, мне с тобой еще и переспать, чтобы ты не умерла…
Он не договорил. Длинное и какое-то неловкое слово «девственницей» застряло в горле. Не иначе как из-за залезшего туда сердца. Егор с трудом сглотнул, смущенно опуская взгляд в пол.
Когда снова поднял его, обнаружил, что Карина уже стоит прямо перед ним и смотрит выжидающе. А еще с какой-то отчаянной решительностью. И совсем немного — с надеждой.
Егор вдруг понял, что не может разочаровать девушку. Почему так решил, он не знал. Просто почувствовал, что не хочет ее обижать. А потом осознал, что и сам не против ее поцеловать. Карина ему нравилась. Симпатичная, бойкая. И не такая, как другие. Пусть не как он, но тоже по-своему особенная.
Целоваться он на самом деле не умел, потому что пока не пробовал. Но со стороны-то видел! Это не могло быть слишком сложно…
Егор качнулся вперед, приближая свое лицо к лицу Карины. Она прикрыла глаза, и он на всякий случай сделал то же самое.
«А если что-то пойдет не так, — промелькнуло в голове, — всегда можно сказать, что это она все испортила своим неумением».
Но все как-то сразу пошло очень даже так. Само собой. Егору даже понравилось, и он уже хотел обнять Карину, чтобы притянуть к себе ближе, когда строгий голос вдруг окликнул их:
— Что, черт побери, здесь происходит?
На этот раз они вздрогнули оба и буквально отпрыгнули друг от друга, испуганно глядя на стоящего на пороге Долгова, как будто тот застал их по меньшей мере за уголовно наказуемым преступлением. Смотрел он на них примерно с таким же осуждением. Правда, в основном на Егора.