Лена Обухова – Тень за моим плечом (страница 39)

— Все равно не понимаю. Какое отношение это имеет к нашему делу?

Ольга повернулась к нему и улыбнулась.

— Если мы смотрим на что-то и не можем найти точку, с которой картинка обретет смысл и пазл сложится, значит, дело не в точке зрения. Мы не на то смотрим. Как мне приходится искать иной вариант развития событий, так и нам надо найти другой объект, который мы поставим в центр. — Она выразительно ткнула в фотографию школы, вокруг которой Дементьев сформировал общую картину. — Сними это все.

Он не стал спорить. Послушно отклеил все распечатки и стикеры, собрал в одну стопку и отложил на стол, перевернув лицевой стороной вниз. Закончил как раз к тому моменту, когда команда снова собралась в номере.

— И что это значит? — удивился Долгов, занимая свое излюбленное место у подоконника.

— Пытаемся сменить точку зрения, — отозвался Дементьев все еще немного растерянно.

— Нет, то-то и оно, — возразила Ольга. — Не точку зрения. Мы хотим посмотреть в другую сторону. Назовите то, чего еще не было на этой стене. Любой факт. Но, конечно, имеющий отношение к нашему делу.

Она обвела вопросительным взглядом присутствующих, но те молчали, тоже не до конца понимая, что именно нужно.

— Нев со шкатулкой, — в конце концов предложил Егор.

Ольга, не ожидавшая такого поворота, непроизвольно вздрогнула, а сам Нев удивленно нахмурился. Егору пришлось пояснить:

— Этой ночью мы видели в школе фантома. Двойника. Он предстал перед нами в образе Нева, а в руках держал шкатулку. Да-да, ту самую! И это ни в какие ворота вообще не лезет. Потому что во всех остальных случаях фантомы превращались в школьников и в руках у них всегда была зажигалка…

— Нет, не во всех, — возразила Лиля задумчиво. — И не всегда.

Теперь вопросительные взгляды устремились на нее, и она развила свою мысль:

— Возможно, той ошибкой, которую мы всё пытались найти, было исключение из рассмотрения нашего эпизода в гостинице. — Лиля повернулась к Ольге. — Когда ты видела моего двойника. Мы очень быстро решили, что это был джинн, и перестали учитывать. Но у нас ведь нет ни одного серьезного основания так думать!

— Очень даже есть, — возразила Ольга. — Это существо то и дело появляется. Иногда просто шепчет мне на ухо, пытается вывести из равновесия. Он переместил сюда шкатулку, чтобы я ни на секунду не забывала о том, что меня ждет.

— Возможно, — согласилась Лиля, но тут же добавила: — Или нет. Теперь мы знаем, что наш неизвестный феномен тоже умеет перемещать объекты, даже целого человека! Шкатулку он наверняка мог сюда… доставить. Давайте просто на секунду предположим, что это был не джинн, а школьный феномен. Ты же сама хотела посмотреть в другую сторону.

Ольга неуверенно промолчала, за нее ответил Дементьев:

— Ладно, давай предположим. Что нам это даст?

— Другую схему событий, — первым среагировал Нев. — В прежней двойник появлялся с зажигалкой в руках, что-то говорил, а потом того, чей облик он принимал, находили мертвым. В эпизоде с двойником Лили ничего такого не произошло.

— В этом эпизоде вообще ничего не произошло, — добавил Долгов. — Разве что чертова шкатулка оказалась здесь.

— Не совсем так, — возразила Лиля. — Благодаря появлению шкатулки я узнала, что происходит с Ольгой.

— Сверхъестественная сущность, раскрывающая чужие секреты? — с сомнением протянул Долгов.

— Я бы не назвала это раскрытием секрета. Скорее, предупреждением о том, что Ольге нужна помощь, что ей грозит смертельная опасность.

Сомнение на лице Ольги сменилось задумчивым выражением, а Дементьев вдруг схватил со стола список существ, умеющих принимать чужой облик, бормоча себе под нос:

— Предупреждение… предупреждение… Что-то такое у нас было. Вот! Двойники — фантомы, предвещающие смерть. Это ведь тоже про предупреждение?

— Это актуально, когда люди видят самих себя, — напомнил Нев. — Я же еще тогда это объяснял. Наши двойники являются кому угодно, только не себе.

— А с чего ты это взял? — фыркнул Егор.

— Так этот феномен описан в литературе, свидетельствах, исследованиях…

— Можно подумать, кто-то из людей способен такое по-настоящему исследовать. Или понять, что и как работает! То, что этот вариант описан, еще не означает, что невозможно существование другого. Что вообще такое эти предвестники?

— Сложно сказать… — Нев нахмурился, задумавшись. — Ты прав, никто так и не смог понять. Это не призраки, не демоны и вообще не порождения других миров. Непонятно, откуда они приходят и зачем. Неспокойные души ищут или правды, или отмщения. Демоны порабощают души. Существа с других уровней чаще всего питаются или страхами, или жизненной энергией. А предвестники… Просто предупреждают, ничего с этого не имея. Они словно… ошибка в механизме судьбы. Сбой в программе. Как ясновидящие!

В задумчивости он махнул рукой в сторону Карины, которой явно не понравилось, что ее назвали «ошибкой».

— Или наоборот, — тут же вставил Егор, — не ошибка, а системная заплатка, созданная, чтобы направлять события туда, куда нужно, когда что-то выходит из-под контроля.

Карина смущенно улыбнулась, но на него едва взглянула.

Нев, поглощенный собственными размышлениями, не заметил всех этих деталей и просто рассеянно кивнул.

— Да, что-то в этой версии определенно есть. Как минимум она объясняет проникновение феномена в защищенную комнату.

— Как именно? — не понял Долгов.

Нев посмотрел на Егора.

— Мы совершили ту же ошибку, что и в лесном коттедже. Помнишь? Тогда ты призывал злонамеренную сущность, поэтому призрак Инги не пришел. И сейчас ты ставил защиту от зла, поэтому она не сработала. Предвестники — не зло.

— В смысле? — возмутился Дементьев. — У нас три мертвых подростка! Если это не зло, то проясни лично для меня, что есть зло в твоем понимании!

Нев спокойно встретил его взгляд.

— Предвестники могли переместить Свету в школу, но вряд ли они ее убили. Эти существа не убивают, только предупреждают о скорой смерти. Обычно насильственной.

— То есть они ее переместили, а что-то другое ее убило? — уточнила Лиля.

— Еще один феномен? Многовато чертовщины на квадратный метр, — скептически заметил Долгов.

— Да, пожалуй, — вздохнул Нев. — Тогда это опять тупик…

— А если смерть — это просто часть послания? — неожиданно предположил Егор.

— Какого послания? — не понял Дементьев.

— Ну смотрите: Ольге предвестник притащил шкатулку. Это было его послание. Лаконичное, но четкое. И, скорее всего, адресовалось оно твоей жене, — добавил Егор, глядя на Нева. — Потому что Ольга и так давно в курсе. Чего ее предупреждать?

— Только если бы я не знала, что это за шкатулка, я бы ничего не поняла из такого послания, — заметила Лиля.

— Так и я о том же, — не растерялся Егор. — Вероятно, в случае со смертями в школе мы не понимаем послание, вот его и повторяют. Стучит мяч, появляются двойники с одинаковыми зажигалками, а в итоге — странные одинаковые смерти. Вроде как естественные, но для них нет никаких объективных причин. Так не бывает. И смерти эти никак не связаны ни с огнем, ни с баскетболом. Какой напрашивается вывод? Это не предвещаемые события, а часть предупреждения!

— Кажется, мы пытаемся натянуть сову на глобус, — разочарованно вздохнул Дементьев. — Сами же говорили, что предвестники не убивают, а только предупреждают о смерти.

— Может быть, эти дети и должны были умереть? — предположил Нев. — Но как-то иначе. Предвестники не убили их, а просто использовали их гибель, чтобы донести свое предупреждение?

— О чем? — Долгов все еще не выглядел убежденным.

— О чем-то, с чем их смерти были бы связаны, — предположила Лиля. — О какой-то серьезной трагедии?

— А почему они просто не скажут, что должно произойти? — продолжил сомневаться Долгов. — Словами через рот, как говорится. Ведь все двойники разговаривали. Но или байки про несуществующих призраков травили, или что-то невнятное несли, или бестолково наезжали на проходящих мимо. Что им стоило сказать: тогда-то произойдет то-то?

— Кто знает? — пожал плечами Нев. — Может быть, им запрещено. Или они вообще говорят только то, что могли бы сказать люди, которых они изображают. Или это что-то вроде… языкового барьера!

Он повернулся к Долгову и предложил:

— Представь, что тебе нужно передать какое-то сообщение человеку, который твой язык совсем не понимает, а ты на его языке знаешь только пару подходящих слов, но их недостаточно? Что ты будешь делать?

— Показывать жестами, использовать окружающие меня предметы и исступленно повторять эти два слова, — понимающе кивнул Долгов.

— Вот именно, — удовлетворенно улыбнулся Нев.

— Значит, чтобы прекратить смерти, нам нужно расшифровать послание предвестников и предотвратить какую-то серьезную трагедию? — резюмировала Лиля.

— Да, если мы действительно имеем дело с предвестниками, — хмыкнул Дементьев, снова берясь за стикеры. — Но давайте попробуем. Все прочие версии мы уже отмели, осталась только эта. Значит, у нас есть зажигалка, баскетбольный мяч, история о призраке…

— Возможно, это лишнее, — возразил Нев. — Думаю, первый мальчик просто любил подобные страшилки. Не просто же так искал чудовищ с помощью приложения.

— Возможно, — согласился Дементьев, но стикер все равно приклеил. — Но пока ничего не будем исключать. Что еще?

— Остановка сердца, — напомнил Долгов мрачно. — Я согласен с тем, что это часть послания.