Лена Обухова – Месть кровавого жнеца (страница 44)
Однако та не выглядела даже сомневающейся. Она всегда считала, что людям нужно давать второй шанс. Какое бы преступление они ни совершили, им нужно дать шанс осознать и исправиться, но в этот самый момент она вдруг поняла, что не готова проверять на маленькой девочке, уже и так лишившейся матери, насколько все осознало и исправилось чудовище, называющее себя ее отцом. Поэтому она промолчала, давая тем самым понять, что спорить с решением Войтеха не станет.
Нев снял очки и потер переносицу. Часть него велела вмешаться. Немедленно остановить и образумить всех. Не ради жизни садиста, растлителя и убийцы, но ради тех, кто собирался совершить одно из тех деяний, после которых невозможно остаться прежним. Во имя какой бы благой цели оно ни совершалось, оно всегда отравляет душу и преследует потом, если только не превратить убийство в привычку. Ему было до слез жалко этих молодых красивых людей, детство которых было отравлено, юность прошла в попытках выжить, зарабатывая нечестным путем, а пять последних лет ушли на то, чтобы наказать своих обидчиков. Он хорошо понимал, какое опустошение ждет их дальше, но помочь им ничем не мог. Их прошлое не отпустит их, как ни крути, будет сжигать изнутри при любом раскладе. Они оказались достаточно сильны, чтобы не сломаться ни в доме их мучителя, ни после побега из него, но хватит ли им сил жить с тем, что они уже сотворили и собираются сотворить, он не знал.
Другая же его часть, то ли появившаяся, то ли пробудившаяся в нем не так давно, хотела совсем другого. Она требовала крови, предлагала ему самому убить этого человека и избавить всех от возможных мук совести. Забрать все удовольствие себе. Она распирала его изнутри, билась в запертую дверь, царапала ее когтями, нашептывая едва слышно: «Пусти меня, пусти! Ты не справишься сам, а все сделаю как надо. Ты не пожалеешь. Пусти меня еще один только раз…»
Нев вернул очки на место, молча повернулся и первым пошел обратно к выходу. Он слышал новые призывы Ярослава о помощи, шаги своих друзей, последовавших за ним, но старался не думать об этом. Правильного решения в этой ситуации не существовало, Нев его не видел. Уйти было не менее трудно, чем остаться и попытаться найти слова для этих людей, почему они не должны делать то, что задумали. Нев просто торопился в приятную прохладу майской ночи, глотнуть чистого, освежающего воздуха, пока его не стошнило от мерзости всей ситуации. И от самого себя.
Когда утром Лиля спустилась вниз, в столовой она нашла только Нева. Он одиноко сидел за большим столом, перед ним лежала раскрытая примерно на середине книга и стояли небольшой чайник и чашка.
— Доброе утро. А где все?
— Доброе утро, Лилия, — он оторвался от книги и улыбнулся ей. — Полагаю, ваш брат еще спит. Саша наверху занимается Яной. Войтех заявил, что ему необходимо подышать воздухом, так что он где-то на улице. Я заварил чай с мятой. Хотите?
— Почему бы и нет? Не каждый же раз начинать день с кофе.
— Мне определенно лишняя бодрость сейчас ни к чему, — признался Нев, когда она села рядом со своей чашкой. — Хоть я и не спал всю ночь. Но я надеюсь, что если как следует вымотаюсь, то хотя бы следующей ночью усну достаточно крепко.
— Я понимаю вас, — тихо отозвалась Лиля, наблюдая за тем, как он наливает ей чай. — Ванька рассказал мне ночью все, что вы узнали. Я и сама плохо спала. В голове все это не укладывается.
— Когда знаешь, что обрек человека на верную смерть, уснуть непросто.
— Вам его жаль?
Нев поставил чайник на стол, взялся за ручку своей чашки и сделал из нее медленный глоток, прежде чем ответить.
— Пожалуй, мне жаль, что Жнец оказался подделкой. Будь здесь дело в настоящей сущности, вырвавшейся из ада, я бы не чувствовал себя так ужасно. Я внезапно понял, что сверхъестественное зло выглядит не так уродливо, как зло, творимое людьми из плоти и крови. Я не сторонник позиции «подставь вторую щеку, если тебя уже ударили», но я даже в теории не верю в исцеляющую силу мести.
— Даже если она восстанавливает справедливость? — с любопытством поинтересовалась Лиля, склонив голову набок.
— А вы считаете, что справедливость восстановлена? — вопросом на вопрос ответил Нев.
Лиля пожала плечами. В справедливости она понимала не так много, поэтому решила, что лучше оставить эту тему. Тем более что обсуждать это теперь не имело смысла: ее друзья сделали свой выбор. И хотя в глубине души она его поддерживала, она все равно радовалась тому, что Войтех отправил ее с Яной домой, и ей не пришлось выбирать вместе с ними.
— Ваня рассказал мне и про Дашу… То есть, Катю, видимо, — сочувственно добавила она.
— О, я не сомневаюсь, — Нев нахмурился и снова уставился в свою книгу, но Лиля была уверена, что он просто не хотел смотреть в этот момент на нее, едва ли он видел хоть одну букву. — Уверен: я рад, что не слышал этого.
— Я понимаю, что в это трудно поверить, но Ваня несет всю эту фигню абсолютно не со зла и не пытаясь никого обидеть, — весело заметила Лиля. — Правда. Вас он, например, очень уважает. Просто ему кажется… что это смешно. Юмор у него такой. Понимаете, он всегда был крупным и сильным мальчиком, поэтому не находилось желающих объяснить ему, что его шутки не смешны, а скорее обидны. А меня он не слушает, думает, я придираюсь.
— Мне так полегчало, вы себе просто не представляете, — язвительно заметил Нев, все еще глядя в книгу.
Лиля рассмеялась, настолько в этот момент Нев выглядел забавно: одновременно довольным, смущенным и возмущенным. Постепенно ее лицо приняло более серьезное выражение, и после недолгого колебания она спросила:
— Эта девушка действительно вам так понравилась?
Нев резким движением захлопнул книгу и, вздохнув, посмотрел на Лилю. На мгновение ей показалась, что она его задела, потом — что он сейчас велит не лезть к нему в душу, но Нев только несколько секунд разглядывал ее лицо, словно пытался понять, чем продиктовано ее любопытство, а потом честно признался:
— Да, она мне понравилась. Даже не знаю чем. Понимаете, я никогда не умел легко сходиться с людьми. В обществе незнакомцев я долго чувствую себя скованно, не в своей тарелке.
— Я заметила это, когда мы познакомились, — кивнула Лиля.
— Так вот, с Дашей… То есть, как выяснилось, с Катей этого не было. Может быть, потому что я впервые изображал в этот момент кого-то другого, и это придало мне уверенности в себе, которой я обычно не испытываю. Так или иначе, мне это нравилось. Я и в лучшие свои годы не умел флиртовать с женщинами, что уж говорить сейчас. А с ней я флиртовал, — он смущенно улыбнулся. — Сейчас самому сложно в это поверить.
— Может быть, дело не в ней? — осмелилась предположить Лиля. — Может быть, это вы меняетесь? Наши расследования на всех нас повлияли, а вы к тому же обрели определенную силу и уже не раз помогали всем, выручали в ситуациях, когда ничто не могло помочь. Это не может не сказываться на вас.
— Возможно, — не стал спорить Нев. Даже закрыв книгу, он продолжал смотреть на нее, то двигая по столу, словно пытаясь положить «правильнее», то просто поглаживая корешок или обложку.
— Сильно огорчены тем, что она оказалась не той, за кого себя выдавала? — спросила Лиля после паузы.
Нев пожал плечами, снова открыл книгу и принялся листать ее в поисках потерянного места.
— Так ведь я тоже был не тем, — напомнил он.
— Но вы всего лишь обзавелись воображаемой племянницей, а она за деньги изображала из себя совершенно другого человека. И этот человек так вас очаровал…
— Лилия, я вполне допускаю, что меня могло очаровать именно это, — заметил Нев и неожиданно снова посмотрел на нее, хотя все это время старался избегать встречаться с ней взглядом. На его губах появилась едва заметная улыбка. — Я вполне допускаю, что судьба у меня такая: очаровываться женщинами, которые не те, за кого себя выдают.
Лиля усмехнулась и поднесла к губам чашку, но не успела сделать глоток, когда осознала, что значат эти слова. На ее лице отразилось замешательство.
— Значит ли это, что мы снова друзья? — неуверенно уточнила она.
— Мы никогда не переставали ими быть.
— Но вы были обижены на меня, — напомнила она. Ей хотелось раз и навсегда разрешить это недоразумение. — И перестали мне доверять. Я думала, между друзьями так не должно быть.
— Что бы ни случилось,
— Я рада это слышать, — она искренне улыбнулась. — И раз такое дело, могу я предложить перейти на «ты»? Если вы не любите, когда «тыкают» вам, то хотя бы «тыкайте» мне, а то это бесконечное «вы» звучит как-то странно. Как какая-то… зона отчуждения.
Нев выглядел так, как будто его очень удивила ее просьба, но после недолгого молчания все же кивнул.
— Да, почему бы и нет? Вы… ты права, подобным образом я обычно дистанцируюсь от людей. Но только переход должен быть обоюдным.
— Что ж, договорились. Тогда скажи мне, ты завтракал? Я умираю с голоду.
— Я завтракал, но могу составить тебе компанию и позавтракать еще раз. Приготовить тебе что-нибудь?