Лена Львова – Твой выбор (страница 2)
– Говорить будешь ты, – сказал Брюс и постучал в дверь, не дав Сэму ни минуты на раздумья.
– Кто? – услышали они глухой и очень знакомый голос по ту сторону персиковой двери.
– Это… это Сэм, дружище. Сэм Льюис.
– Сэм? Что ты хочешь? Как ты нашел меня? – Голос был изумлен и напуган, но Дерек не спешил открывать.
– Брюс… угрожал мне. Я решил найти тебя, думал, что ты поможешь мне. Или мы вместе решим, что делать… Можешь впустить меня, или мы будем говорить через дверь?
– Я не знаю, Сэм. Может тебе лучше убраться отсюда? Я не доверяю тебе.
– Как и я тебе.
Сэм беспомощно посмотрел на Брюса, преисполненного решимости попасть за эту дверь любым способом.
– Знаешь, что? Я уйду. И скажу Брюсу, где ты находишься. И разбирайся с ним сам, в одиночку. Мне так же сильно не нравится этот парень, как и тебе.
– Стой… Дай мне подумать. Ты там один?
– Конечно.
Спустя долгую минуту томительного ожидания ключ начал поворачиваться в замке. Брюс весь напрягся и приготовился действовать.
Дверь приоткрылась на цепочку, являя Сэму толстощекого темноволосого парня, заросшего недельной щетиной. Он внимательно осмотрел Сэма недоверчивым и немного напуганным взглядом и только после этого позволил себе снять цепь с крючка и открыть дверь настежь.
– Входи.
Сэм сделал шаг вперед и встал в дверном проеме, блокируя выход. Следом за ним быстрее молнии скользнул Брюс. Дерек даже не успел толком испугаться, как они втроем оказались заперты в одной комнате.
– Ну, здравствуй, Дерек, – улыбнулся Брюс, вытаскивая пистолет.
– Не надо… Брюс… не надо… не делай этого… – Толстяк побелел и вжался в стену, готовый упасть на колени и молить о пощаде, если придется.
– Где деньги, Дерек? – спросил Сэм, думая только о своем куше.
– К-какие деньги? У меня нет никаких денег…
– Я хочу свои пятьсот тысяч, Дерек. И я их получу…
Брюс взвел курок и наставил дуло на Дерека. Тот закрыл глаза, готовясь к смерти.
– Пора звать мамочку, – поддразнил Сэм, – малышу Дереку… Ох…
Пуля пронзила его грудь быстрее, чем он понял, что произошло. Он закатил глаза, до сих пор не понимая, что с ним случилось, и, столкнувшись взглядом с Брюсом, упал на пол.
– Как же он мне надоел, – пробормотал Брюс.
– Ты… ты убил его!
– Успокойся, Дерек. Есть люди, от смерти которых ничего не изменится. Такие как Сэм или… ты.
Пистолет снова обнаружил свою цель, заставив сердце Дерека колотиться как сумасшедшее.
– Что тебе надо, Брюс? Забирай все и уходи.
– Ох, брось. Самое ценное в этой халупе – твоя жизнь. Но и она стоит не дороже пятисот баксов, что лежат в моем кошельке.
– Я у тебя ничего не брал, Брюс! Я просто хотел уйти, уйти и жить нормальной жизнью, – толстяк заплакал и упал на колени. – Позволь мне жить, я хочу жить!
– Ты грозился мне настучать в полицию, помнишь? Знаешь, что мне дороже, чем твоя жизнь? Для начала – пятьсот баксов, – Брюс потряс пушкой перед лицом Дерека. – Но еще дороже свобода, Дерек. Моя свобода. Я не сяду в тюрьму.
– Хорошо, хорошо! Я буду молчать! Буду молчать, клянусь! Я уеду, уеду в другой город, в другую страну!
– Ты готов это сделать? Прямо сейчас собраться и уехать навсегда?
– Да! Да! – яростно закивал Дерек. – Сию же минуту!
– Это заманчивое предложение… – Брюс задумчиво почесал подбородок, пистолет в его руке уже не целился в Дерека. – Это отличное предложение.
Дерек расслабленно улыбнулся, заблаговременно прощаясь с этим кошмаром.
– Но есть одно, но: я тебе не верю.
Пуля впилась в его голову так быстро, что Дерек даже не понял, какой приговор был ему вынесен. Грузное тело с грохотом упало на пол в метре от остывающего тела Сэма. Брюс поправил очки, подобрал пистолет Сэма и поспешил покинуть это место.
2
Мэт монотонно перебирал бумаги у себя в офисе, слушая легкий джаз, который всегда его успокаивал. Играла композиция Фрэнка Синатры «New York, New York», когда ему позвонил Брюс. Немного помедлив, Мэт все же взял трубку, правда, без особого желания. После звонков этого парня всегда следуют неприятности.
– Алло.
– Привет, дружище! Как жизнь?
– Много работы.
Мэт устал. С тех пор как Брюс предложил «заняться реальным делом», работы у него значительно прибавилось. Он взваливал на себя слишком много – так было всегда. Вся ответственность лежала на нем: вся скучная документация, бухгалтерия и бумажная волокита. Он шевелил мозгами, остальные делали всю грязную работу. Частично его это устраивало. Но только частично.
– Нужно бы встретиться, как считаешь?
– Не знаю, Брюс. Я много работаю, у меня совсем нет времени…
– Я подъеду через пару часов, хорошо?
Брюс не любил слушать отказы и спрашивал разрешения словно бы из вежливости, но всегда делал так, как удобно ему. И даже если Мэт сто раз скажет ему жесткое, категоричное «нет», Брюс будет у него дома ровно через два часа.
– Хорошо, – вздохнул Мэт, не видя никакого смысла тратить свое драгоценное время на споры.
Он повесил трубку и хотел снова взяться за бумаги, но его мысли были слишком далеко. Теперь он думал только о визите Брюса.
Мэт встал из-за стола и решил, что неплохо бы разбавить свои переживания бокальчиком виски. Да, это определенно должно помочь. В последнее время он много пил – по три-четыре бокала в день. Но иначе он не мог расслабиться. Виски и джаз – неизменные атрибуты его нервного состояния.
Брюс не очень часто приезжал к нему, и Мэт был рад, что его визиты настолько редки. Была бы его воля, он сделал бы их еще реже или отменил вовсе. Но перед Брюсом он чувствовал себя беспомощным и безвольным. Мэт привык прогибаться и ломать себя в угоду другим. Это доставляло ему немалый дискомфорт, но по-другому не получалось. Им пользовались все кому не лень: Брюс, Сэм и Дерек, покойные родители, немногочисленные девушки, которые у него были и вили из него веревки. Каждый раз, снова чувствуя себя униженным, он обещал себе исправиться и вести себя достойно. Но ничего не менялось из года в год.
Он взял бутылку виски и налил себе больше, чем обычно. Чертов Брюс. Его не любили ни Дерек, ни Сэм, ни сам Мэт. Но Брюс был тем самым паразитом, который порабощает тебя и не хочет уходить. Ты ищешь лекарство,
Мэт отхлебнул большой глоток и поморщился. Вкус был ужасный. Горло обожгло, и он потянулся за бутылкой кока-колы. Часы, висевшие над его столом, показывали три часа дня. Значит, Брюс будет здесь к пяти. У Мэта проскользнула мысль придумать вескую причину уйти отсюда, чтобы не встречаться с Брюсом. Но мысль исчезла так же быстро, как и появилась. Это бесполезно. Не сегодня, так завтра или послезавтра, но встреча состоится.
Время тянулось чертовски медленно, а виски шло очень хорошо. В половине пятого в бутылке плескалось ровно на два стакана, и Мэт не задумываясь, добавил себе двойную порцию, поставив пустую тару за шкаф.
В шестом часу вечера в дверь постучали. Мэт поднялся с кресла, на котором полулежал все это время, опустошая бутылку виски, и шатаясь, открыл дверь, даже не уточнив, кто там. Хотя он ведь и так знал кто.
– Привет, дружище!
Брюс похлопал его по плечу, едва не опрокинув, и вошел, сразу заполнив собой всю комнату, каждую клетку, каждый угол, всего Мэта.
– Ты что, пьешь? С чего бы вдруг?
– Устал, Брюс. Я так устал…
– О-о-о, очень жаль, дружище! Мне нужна была твоя свежая голова. А как быть с такой… – Брюс легонько постучал Мэта по лбу, – даже и не знаю.
– Я все еще неплохо соображаю. Что ты хотел?
– Нужно «отмыть» несколько чемоданов с баксами.
Мэт устало вздохнул.
– Я еще не закончил с твоим прошлым чемоданом.