Лена Львова – Твой выбор (страница 4)

– Если ты не подсыплешь мне эту дрянь, то я бы выпила апельсиновый сок, – настороженно отозвалась Криси, внимательно следя за руками Мэта. Хотя она знала его не один год, доверия он у неё не вызывал. Нервный, дёрганый и всегда очень скрытный. Они никогда не говорили по душам, и все их встречи носили только сексуальный характер.

– Я же сказал, это не для тебя, – буркнул Мэт, откупоривая бутылку джина, которую он уже наполовину опустошил. Налив себе ещё одну порцию, он не поленился сходить на кухню за бутылкой сока, которую всего придерживал у себя для Криси.

Она взяла стакан из его рук, но не торопилась пробовать содержимое. Зато Мэт уже успел отпить добрую четверть своего стакана.

– Может, мы уже перейдём к делу? – спросила Криси, явно недовольная тем, что он впустую тратит её время.

Мэт одним глотком выпил остатки джина и, немного осмелев, изложил ей свой план.

5

Брюс редко бывал в ночных барах, но Мэт сказал, что у него срочное дело. «Срочное дело, которое нужно обговорить в паршивом баре», – угрюмо думал Брюс, пока ехал на встречу. Он плохо спал прошлой ночью, и этой ему вряд ли удастся выспаться. Вчера Молли устроила ему сцену в спальне, а сегодня он прямо нарывался на очередной скандал. Брюс не боялся разорвать отношения с Молли, он боялся потерять дочь. Боялся, что жена увезёт её. Что будет говорить ей про него гадости. Что у этого милого, нежного создания, которое он любил больше жизни, расползётся в душе чёрное пятно с ненавистью к нему. Всё что угодно, только не это.

Брюс потряс головой, чтобы выгнать плохие мысли, но на смену им пришли другие. По телефону Мэт намекнул, что с переводом денег могут быть какие-то проблемы. А это никак не укладывалось в безупречный план Брюса.

Он вышел из машины и, немного помедлив, втягивая свежий ночной воздух, пошёл к бару. Улица была полна шума, несмотря на поздний час. Десятки людей толпились у дверей с бутылками пива, бокалами и сигаретами. Пьяные выкрики, тугое облако дыма, гудящая музыка – всё это было так противно и неестественно. Стараясь не смотреть никому в лицо, Брюс толкнул тяжёлую железную дверь под обводкой из мерцающих гирлянд и вошёл внутрь, чуть не задохнувшись. Воздух в баре был спёртый и плотный, вперемешку со спиртом, табаком и потом. И снова шум, смех, музыка и пьяные выкрики.

Брюс сел у бара и попросил себе стакан минералки со льдом. Бармен подвинул ему слипшиеся страницы алкогольного меню, но Брюс даже не взглянул на него. Отхлебнув ледяной воды, он от нечего делать стал рассматривать гостей заведения. Увиденное его не порадовало: размалёванные и одетые как дешёвые шлюхи молодые девчонки, разгорячённые парни со следами пота на футболках, внаглую сосущиеся парочки и дёргающиеся под музыку пьяные тела. Брюс вспомнил, почему давно не посещал подобные заведения: ему по душе больше эстетика ресторанов, тихая музыка и еле слышное бормотание гостей за соседними столиками.

– Привет, – послышался сбоку женский голос.

Он повернул голову вправо, оценивающе окидывая взглядом красивую девушку с ярко-красными полными губами.

– Как тебе здесь?

– Отвратительно, – сказал Брюс и отвернулся от неё. Он не планировал ни с кем знакомиться.

– Мне тоже не нравится, – девушка явно пыталась развести его на разговор. – Что ты пьёшь?

– Минералку.

– Не употребляешь алкоголь?

Брюсу пришлось снова повернуться к ней: она стояла почти вплотную, слегка касаясь его плеча. Чёрное платье с обнажёнными руками обтягивало её стройную худую фигурку.

– Сегодня нет. Ты чего-то от меня хочешь? – напрямую спросил он и, говоря с ней, искал глазами Мэта.

– Выпить вместе, – она очаровательно улыбнулась, обнажая ровные белоснежные зубы. Её руки старательно сошлись под грудью, выделяя глубокое декольте.

– Тебе что, купить выпивку?

– Не откажусь, если ты решишь меня угостить.

– Заказывай, я не знаю, что здесь подают, – с безразличием предложил он. Пока она смотрела меню, он написал Мэту гневную СМС. Брюс начинал злиться.

– Не выпьешь со мной?

Ей пришлось почти прислониться губами к его уху, чтобы он услышал её. Длинные черные волосы защекотали его шею. Брюс отшатнулся. Он не любил девушек, которые так легко и нагло продавали себя.

– Ты ищешь себе спонсора? Мне не нужна кукла на ночь.

– С чего ты взял? – она наигранно обиделась и даже сделала небольшой, едва заметный шаг в сторону. – Ты что, редко общаешься с девушками?

– Обычно они не подкладывают себя так, как ты.

– Почему ты такой злой? – её наигранная обида будто перешла в настоящую.

– Я пришёл сюда не развлекаться, я жду человека. У меня встреча.

– Я могу помочь тебе скоротать время за приятной беседой, пока к тебе не пришли.

Её тонкая изящная рука потянулась за кроваво-красным коктейлем в высоком бокале.

6

Она была уже не так хороша, как раньше. Молли сидела перед зеркалом, с грустью рассматривая в отражении то, что от неё осталось.

«Тусклая и серая. За что ему меня любить? Я совсем запустила себя. Эти волосы, лицо, даже эти глаза – всё говорит об усталости и скуке. Он знает, что заслуживает лучшего. Если бы не дочь, он бы давно бросил меня».

Она провела худой рукой по своей щеке, стараясь вызвать не то нежность к себе, не то чувственность. У неё не получилось ни того ни другого. Она сама была себе противна. За что же мужу любить её? Молли поднялась из-за трюмо, где лежало с десяток баночек с кремами и косметикой, к которым она уже давно не прикасалась. В последнее время она всё больше отчаивалась, и Брюс только подливал масла в огонь. Он всё реже появлялся дома, становясь холоднее к ней и её чувствам, реже касался её и даже дома проводил время отдельно, закрывшись в кабинете.

Молли спустилась в столовую, накинув старый хлопковый халат и наспех заколов длинные светлые волосы. Она была дома одна, не считая Алисы, и поэтому не беспокоилась о внешнем виде. Ближе к ночи, когда Брюс вернётся домой, она приведёт себя в порядок, уложит волосы, припудрит лицо, наденет шёлковый пеньюар. Эти мелочи, даже не имея должного эффекта, вынуждали её каждый вечер проделывать один и тот же ритуал. Не видя иной возможности изменить ход событий, она надеялась, что именно эти манипуляции заставят его испытывать к ней хоть немного меньше отвращения.

Иногда она дико ненавидела свою дочь. За то, что она так кардинально изменила её жизнь в худшую сторону. С рождением ребенка Молли превратилась в скучную и серую женщину, запертую в теле, которое было испорчено беременностью и кормлением. Но, поднимаясь к Алисе в детскую и глядя на этот беззащитный комочек, полный искренней любви и нежности, она винила себя за эти страшные мысли и, плача, бросалась обнимать дочь, приговаривая: «Прости, прости, прости».

Молли открыла холодильник и достала бутылку вина, которую открыла ещё вчера, но передумала и вернула на место, выбрав яблочный сок. «Не хватало только стать алкоголичкой», – с досадой подумала она, включая телевизор в гостиной. Глупое ток-шоу с викторинами немного отвлекло её от грустных мыслей. В какой-то момент, когда она почти заснула, без интереса следя за сменяющимися картинками на экране, ей показалось, что в дверь постучали. Молли вздрогнула, выронив бутылку с соком, и посмотрела на часы. Стрелки приближались к десяти. Стук повторился. Она подскочила, ужаснувшись тому, что не успела привести себя в порядок перед приходом Брюса, но тут же успокоила себя тем, что он не стал бы стучать в дверь. Пробежав мимо зеркала в прихожей, она окинула себя быстрым взглядом и осталась очень недовольна увиденным. Неожиданным гостем оказался старый знакомый Брюса и по совместительству его партнёр по бизнесу Мэт. Раньше они виделись довольно часто, и Мэт бывал у них по несколько раз в неделю, заседая с Брюсом в его кабинете и разбирая кипу каких-то бумаг.

– Привет, извини, что поздно. Я тебя разбудил? – спросил он, широко улыбаясь.

– Нет, я… немного зачиталась, – ответила Молли, чувствуя, как её щёки становятся пунцовыми от неловкости. Она поплотнее закуталась в свой выцветший халат.

– Можно я войду? Подожду Брюса, он обещал скоро быть.

– Да, конечно.

Они прошли в столовую, и Молли предложила ему кофе. Она не очень любила гостей, тем более нежданных, и тем более тогда, когда была, прямо скажем, не в лучшем виде. Она ещё не успела уложить волосы, которые после душа нелепо торчали в разные стороны, не замазала синяки под глазами и не убрала жирный блеск с носа и лба. Но отказать было бы невежливо и глупо: Брюс опять будет злиться, и они снова поругаются. Тем более Мэт принёс с собой сумку, в которой наверняка опять были важные бумажки.

Пока она готовила кофе, Мэт внимательно следил за ней, отчего ей стало немного не по себе.

– Алиса уже спит? – спросил он, поднимаясь, чтобы помочь ей отнести чашки к столу.

– Да, она ложится в десять.

– Сколько ей уже исполнилось?

– Пять лет, месяц назад, – ответила Молли, снова поправляя халат, который постоянно задирался, сползая с обнажённого плеча.

– Ничего себе! Дети так быстро растут. Хотелось бы и мне поскорее обзавестись своими.

Они сели за стол и молча сделали по глотку кофе. Молли чувствовала себя слишком неловко, чтобы начать разговор первой, а Мэт о чём-то глубоко задумался, глядя в стену.

– Я, наверное, позвоню Брюсу, узнаю, где он, – наконец сказала Молли.