Лена Лорен – Малютка от босса (страница 10)

Посчитала, что таким образом он решил распрощаться со своей фобией.

— И я не сдвинусь с этого чертового места, пока не зайду в нашу чертову кабину, а уж если я выйду оттуда живым, можно будет и на других каруселях покататься. Всё, что твоей душе будет угодно.

— Ловлю тебя на слове.

— А пока лучше отвлеки меня и расскажи мне о своей дочери. Как ты ее назвала?

— Надежда, — ответила я, тепло улыбнувшись.

Губы Касьяна так же расплылись в улыбке.

Вот только она таила в себе некую озабоченность.

— Очень красивое имя. Мою мать тоже зовут Надя, — поведал он с тоской.

— О-о-о, я даже и не знала, — выдохнула я, поражаясь такому совпадению.

— Я в курсе, что ты не знала. Я ж в тот вечер не упоминал ее имя, а больше мы о своих семьях не разговаривали, — отметил он несколько скованно, словно пожалел, что мы затронули тему того дня, когда случилась наша близость.

Стараясь держать лицо и не позволяя себе окунаться в прошлое, я лишь кивнула ему.

— Ну а глаза у твоей дочери каким цветом? — спросил он после небольшой заминки. — И вообще, расскажи мне о ней больше. Мне не терпится узнать, какая она у тебя. Наверняка похожа на тебя.

О своей дочери я могла говорить часами. Вот только собеседник у меня не совсем подходящий.

С ним мне нужно быть предельно аккуратной в своих выражениях.

А не то ляпну чего, что потом вся правда всплывет наружу.

Мне этого не надо. Во всяком случае не сегодня.

— Глаза у нее светлые, и она… она…

«Очень похожа на тебя», — так и подмывало ответить, благо я вовремя смогла сориентироваться.

— А вообще-то, Наденька еще совсем крошка, чтобы утверждать, похожа ли она на кого-то. Но я ее мать, ее родная кровь, так что от меня ей определенно что-то досталось, — решила отделаться расплывчатыми фразами, дабы не наговорить лишнего.

И тут я поймала на себе взгляд Касьяна. Такой загадочный. Долгий и плавящий кожу. Он словно уже заподозрил меня в неискренности.

Чтобы не выдать себя, я направила все свои нервы на бедные цветочки и так сильно сжала своими руками стебельки, что те аж погнулись.

— Однозначно досталось, но я бы мог составить экспертное мнение, если бы взглянул на Надю, — сказал Касьян не в то всерьез, не то в шутку. Я даже не поняла из-за волнения. — А покажи мне ее фотку? — шепнул он мне следом на ухо, сбивая меня с толку.

— Чью? — недоуменно моргнула.

— Наденьки, — с особой нежностью произнес он ее имя.

И я так растерялась, что разучилась управлять своим языком. Он просто онемел.

Но, на мое счастье, язык мне не понадобился.

Очередь быстро поредела и подошла наша персональная застекленная кабинка.

Мы заскочили в нее, и настрой Касьяна спал до предельного минимума.

Мы разместились внутри на мягких сиденьях, друг напротив друга.

Поначалу всё шло довольно неплохо. Касьян храбро держался. Первые минуты две.

Но чем выше мы поднимались, тем ощутимее становился ветерок, плавно раскачивающий наше уединенное ложе, подобно маятнику.

А немного погодя, когда мы достигли практически самой верхней точки и город стал как на ладони, Касьяна уже было не узнать.

Ничего не осталось от прежнего бесстрашного и самоуверенного мужчины.

— Касьян, ну же, открой глаза и посмотри вдаль, за горизонт, вниз можно даже не смотреть, просто устреми взгляд на всё то, что простирается вдали, — мягко я посоветовала, желая оказать хоть какое-то содействие в преодолении его фобии.

Сейчас его страх высоты уже не казался мне чем-то смешным и пустяковым.

Я реально опасалась за его состояние и хотела помочь.

— Легко сказать, — буркнул Касьян, даже не думая открывать глаза.

— Если тебе станет легче, можешь взять меня за руку, — протянула ему ладонь, которую он тут же нащупал и сжал в своей крепкой руке.

Секунда — и он резко дернул меня на себя, отчего я запрыгнула на его сиденье.

От такой неожиданности я даже не сразу сообразила, что нахожусь в тесных объятиях Касьяна. Буквально прижатой к его груди, за которой так неистово частит сердце.

Глава 10

Мне уже стало безразлично на чарующие виды из окна кабинки, на город, прежде привлекающий взгляд своими огоньками, на вечернее красочное небо.

На всё вокруг, но только не на Касьяна.

Он так стиснул меня своими руками. Так сильно прижал к себе, выбивая весь воздух из легких…

У самой сердечко забилось как шальное.

В горле дико пересохло, и я начала испытывать легкое головокружение от недостатка кислорода.

Но это были поистине приятные ощущения.

В какой-то момент я даже посчитала, что его объятия — это самое уютное местечко во всей Вселенной. Именно то, где я хотела бы находиться в минуты радости и отчаяния. Именно то, где я бы чувствовала себя в безопасности.

Вот только однажды меня уже посещали подобные мысли, и, как оказалось, тогда я крупно просчиталась.

— А ведь знаешь, так определенно намного легче, спокойно и безу-у-умно приятно, — проговорил Касьян мне на ушко, плавными движениями поглаживая меня по плечам и спине, будто это я нуждаюсь в подбадривании.

Я медленно откинула голову назад, желая взглянуть на него.

Заметила, что он нисколько не преувеличивал.

Действительно, лицо его больше не выражало прежнего страха и опасений.

Напротив, на губах его расцвела обезоруживающая улыбка, как у довольного котяры, а в бездонных глазах, пристально устремленных на меня, то и дело плескался восторг.

— И почему мне кажется, что ты обманул меня насчет своей фобии? — спросила я, подозрительно сузив глаза и желая выпутаться из его рук, да только руки Касьяна были сильнее моих желаний. — Ты что же, всё это выдумал, чтобы заманить меня в свои медвежьи объятия?

Касьян хмыкнул с хитрющей ухмылкой.

От ее вида меня передернуло всем телом и сердечко екнуло в предчувствии чего-то недоброго.

— Ну почему же сразу выдумал? Почему сразу обманул? Я в самом деле боялся высоты, и до сих пор боюсь, если на то пошло. Просто в данный момент есть кое-что поважнее собственного страха.

И тут я поняла, что он говорит правду — Касьян всё так же не отваживался посмотреть по сторонам, а его сердцебиение, которое я ощущала под своей ладонью, было сравнимо с непрерывной автоматной очередью.

— Что же, например? Что может быть важнее страха сорваться вниз? — спросила настороженно, по-прежнему ощущая нежные поглаживания у себя на спине и обжигающее дыхание Касьяна на своем лице.

— Ты, — сказал он без промедлений, и мои щеки вспыхнули диким огнем. — Только ты можешь быть важнее всего на свете, — повторил он беззвучно, и с моих губ сорвалось непроизвольное «О, боже мой…»

Голова сильнее закружилась, в висках пульсировала кровь и сердце заметалось в грудной клетке.

Но не из-за его неожиданного ответа, а по причине того, как Касьян смотрел на меня многообещающе в этот момент. Так, будто ради меня был готов на любой подвиг.

Но так ли это было на самом деле? Или я просто надумала себе это?

— А чем докажешь? — вдруг включила я вредину.