Лена Лорен – Бывший муж. Семья, я вернулся! (страница 7)
Едва я глушу двигатель, как входная дверь распахивается, и на крыльцо выбегает мама. Лицо ее бледное, испуганное, в руке она сжимает свой телефон.
— Марина! Наконец-то! Почему у тебя телефон недоступен? Я целый час тебе дозвониться не могу! — ее голос дрожит, срываясь на высоких нотах.
Ошеломленная, я вылезаю из машины, всё еще не понимая масштабов катастрофы, которая явно произошла здесь, в нашем доме.
— Мам, у меня телефон сел… Что случилось? Почему ты так паникуешь?
— Захар! — выпаливает она, и от этого имени у меня холодеет всё внутри. — Он приезжал! Забрал Кристину! И увез ее куда-то!
Мир сужается до точки. Я ничего не понимаю. Не могу понять.
— Ч-что? Как… увез? Куда? Ты же была здесь!
— Я пыталась его остановить, — голос мамы срывается до шепота, а в глазах стоят слезы беспомощности. — Но Кристина… она сама так рвалась! Говорила, что он купил щенка, обещал показать! Уговаривать ее было бесполезно, она умоляла, плакала… Я не могла силой удерживать! Я тебе звонила, звонила…
Щенок. Качели. Его дом. Всё, о чем она мечтала.
И вдруг перед глазами снова всплывает та авария. Искореженный металл. Детская ручка в крови.
Мысли смешиваются в один жуткий, панический вихрь.
Эта машина… эта разбитая машина… а если это его?
Если Захар был за рулем? А с ним… Кристина…
Боже… Только не это…
Ледяной ужас пронзает меня насквозь.
Я оббегаю маму, влетаю в дом. Дрожащими руками втыкаю шнур зарядки в телефон.
Каждая секунда ожидания кажется вечностью.
Наконец, на экране появляется значок батареи.
Я тут же набираю Захара. Длинные гудки.
— Возьми, скотина… — шиплю я, но никто не берет трубку. Еще раз. И еще. Тишина в ответ страшнее любых слов.
И тогда я вспоминаю про геолокацию. Если Кристина взяла телефон с собой, ее можно отследить.
Хоть бы… Хоть бы сработало!
С бешено колотящимся сердцем я открываю приложение.
Полоса загрузки тянется мучительно долго.
Наконец карта открывается… и….
Слава Богу!
Точка мигает на другом конце города. В незнакомом районе.
Это не она… Не она была в той аварии...
Волна облегчения окатывает меня, но не надолго. Ее тут же сменяет обжигающая, всепоглощающая ярость, которая бьет в голову.
Да как этот подонок посмел? Как он смеет забирать мою дочь без моего разрешения, пугать до полусмерти меня и маму?
Она же с ума тут сходила!
Не раздумывая ни секунды, я выбегаю обратно к машине.
— Мам, я знаю, где они! — кричу я, уже поворачивая ключ в замке зажигания.
— Марина, успокойся! Позвони в полицию! Не езди одна!
Но я уже не слышу.
Во мне говорит только один инстинкт — инстинкт матери, чей ребенок в руках человека, которому больше нет доверия.
Я срываюсь с места, сливаясь с потоком машин и держа курс на мигающую точку на карте навигатора.
Глава 7
Дорога тянется, словно резиновая петля, затягивающаяся на шее.
Каждая минута превращается в пытку, медленно высасывающую остатки терпения.
И только полчаса спустя я сворачиваю в элитный поселок, огражденный высокими заборами, и с охраной на въезде. Но шлагбаум передо мной сразу же поднимается. Словно меня ждали.
— Ну и ну… — шепчу я, сжимая руль так, что костяшки белеют от напряжения.
Наконец, навигатор указывает на цель. Резко затормозив, я останавливаюсь у кованых ворот, прямо перед черным внедорожником.
И вот он этот дом. Точнее даже не дом, а дворец.
Белоснежный фасад, колонны, панорамные окна. Тот самый дом, которым Захар так хвастался вчера. Шикарный, вычурный, пафосный. С бассейном во дворе, детскими качелями и безупречным газоном.
Вот его оружие — роскошь, блестящая обертка. Ведь всё здесь кричит о деньгах.
Вот только от этого места веет такой же гнилой фальшью, как и от самого Захара.
Я резко глушу двигатель. Схватив сумку, где на всякий случай припрятан перцовый баллончик, вылетаю из машины и бегу к дому.
А сердце колотится так, что гул стоит в ушах.
Ворота распахнуты настежь. Дверь дома тоже. Как приглашение. Или дерзкий вызов.
— Захар! — мой голос гулко разносится в пустом холле с мраморным полом и стеклянной лестницей. — Захар, ты где?! Кристина!
Тишина. Только где-то тихо играет музыка.
И тут доносятся голоса.
Откуда-то сверху.
Замираю на лестнице, вслушиваюсь.
— …а мы с мамой правда можем жить здесь с тобой? — доносится щебетание дочери. Такое доверчивое, наивное, что у меня перехватывает дыхание.
— Ну, не обязательно с мамой, — поправляет он, и в его тоне сквозит яд. — Ты сама можешь приезжать ко мне на выходных. Или остаться навсегда, если захочешь. Тебе же нравится тут, правда?
— Очень! Особенно щенок! И пирожное такое вкусное! Спасибо, папуль!
Внутри меня всё обрывается, летит в пропасть.
— Не за что, солнышко. Ты просто знай, что я могу дать тебе всё, что пожелаешь. Только убеди маму...
Скотина.
Я уже лечу по лестнице, не в силах слушать эту мерзость. Перепрыгиваю через ступени.
Дверь в комнату на втором этаже распахнута. И та картина, что открывается передо мной, вышибает остатки разума. Топит их в кипящем гневе.
Кристина сидит на пушистом ковре, на коленях у нее копошится золотистый щенок ретривера, а в руке она держит тарелку с пирожным.
Сам Захар стоит рядом. Надменный и довольный, с самодовольной ухмылкой победителя.