Лена Харт – Брак по расчету. Наследник для Айсберга (страница 4)
— Точно. Мы же знаем, как легко тебя сломать, сестренка. Но не волнуйся. У меня есть план, как отжать у него пару миллионов, так что рожать тебе не придется.
В его словах столько грязи, что я не знаю, за что зацепиться.
— А если я не согласна? Если я не хочу никого обманывать?
Ярослав снова скалится, как бешеный пес.
— Тогда наша матушка лишится дома, а младшая сестренка вылетит из своего престижного университета и пойдет драить туалеты, так ведь?
— И виновата в этом будешь только ты, Алина. Сначала по твоей вине погиб отец, а теперь, когда у тебя есть шанс все исправить и обеспечить будущее семьи, ты упираешься. Ты же не настолько эгоистка, правда? — он словно проворачивает нож в ране.
Никогда не сделаю ничего, что навредит Яне.
Или Тимуру.
Они — мой мир, и Яна точно ни в чем не виновата. Ей осталось учиться всего два года, а это стоит целое состояние.
Ненавижу, когда меня загоняют в угол. Но он снова это сделал.
Как и всегда.
— Я подумаю, — бросаю, хватаю сумочку и пулей вылетаю из комнаты.
И, как всегда, уходя из этого дома, я до боли хочу, чтобы отец был жив. Потому что, вопреки всему, что пытается доказать Ярослав, папа был добрым и светлым человеком. И даже если бы мы остались совсем без гроша, он бы никогда не попросил меня о таком.
— В четверг встреча с его адвокатами! — кричит мне в спину Ярослав. — Чтобы была как штык!
Глава 3
Алина
Тимур, развалившись за кухонным островом, во все глаза смотрит на меня. Прямо между нами стынет огромная пицца пепперони.
— Чтобы я выскочила замуж за первого встречного и срочно нарожала ему детей, — всплескиваю руками. — Ты можешь в это поверить?
— Утка, когда дело касается твоего братца, я готов поверить во что угодно. Но это, блин, уже перебор! — он качает головой и откусывает половину ломтика пиццы.
— И я не понимаю, с какой стати этот парень вообще согласился на мне жениться. Он же самый завидный холостяк города. Закоренелый плейбой. И при этом — криминальный адвокат, про которого говорят, что у него вместо крови в жилах течет лед.
Тимур сглатывает, его бровь взлетает вверх.
— Он хоть горячий?
Швыряю в него скомканной салфеткой.
— Да не в этом дело!
— Ага, значит, горячий, — медленно кивает он с хитрой ухмылкой.
— Его зовут Кирилл Князев. Загугли, сам увидишь, — пожимаю плечами.
Тимур тут же достает телефон и начинает быстро стучать по экрану.
— Блин, Утка, да этот парень просто огонь, — заявляет он через пару секунд. — Ты видела этот волевой подбородок? Вау! Мамочки, я бы сам к нему пошел.
Заглядываю в экран и вижу фотографию своего будущего мужа в смокинге. Он не улыбается, а хмуро смотрит в камеру, будто зол, что его посмели сфотографировать. Но приходится согласиться с Тимуром: он дьявольски привлекателен. Если вам, конечно, по вкусу мрачные, высокомерные типы.
Мне — точно нет.
Тимур разглядывает фото с нескрываемым восторгом.
— Он похож на главного героя из фильма про брутальных адвокатов, которые по ночам дерутся в боях без правил, — мечтательно тянет он.
Закатываю глаза, с трудом сдерживая смех.
— Как-то очень специфично.
— Я бы на нем женился вместо тебя, будь моя воля, — выдыхает он.
Толкаю его плечом.
— Уверена, ты не в его вкусе, Тим.
Он картинно вздыхает, пролистывает дальше и вдруг восклицает:
— Охренеть!
— Что там?
Пытаюсь заглянуть ему через плечо, но он прижимает телефон к груди.
— А ты знала, что у него четыре брата? И они все, мать его, как на подбор!
Он разворачивает телефон, и я вижу фото: Кирилл стоит со своими братьями и отцом на каком-то светском рауте.
— Да у него даже отец ебабельный, — выпаливает Тимур.
— Тим!
— А что? — он пожимает плечами. — Я констатирую факт. Вот что значит хорошая генетика, крошка. Если уж и рожать, то от такого. По крайней мере, дети будут красивые.
— Все дети по-своему прекрасны, — напоминаю, пряча улыбку.
Он морщит нос.
— Ну да, конечно. Вспомни Янку, когда она родилась. Она же была вылитая кукла-тролль.
— Неправда! — смеюсь, хотя в душе таю от этого воспоминания. — Она была прелесть.
— Сейчас прелесть, не спорю. Но родилась она, господи прости, тем еще уродцем.
Он ухмыляется, и я не могу сдержать ответную улыбку. Снова смотрю на экран его телефона, вглядываясь в лицо загадочного Кирилла Князева. А он и правда хорош.
— Вот теперь ты понимаешь, почему меня мучает вопрос, какого хрена он согласился на мне жениться? У него точно есть какой-то страшный секрет.
Тимур обнимает меня за плечи, и его голос теплеет.
— Ты сейчас серьезно? Ты умная, добрая, красивая, с тобой весело. Да ему охренеть как повезет, если ты согласишься стать его женой. Так что дело точно в тебе, малышка.
Свободной рукой он листает еще пару фото, и его лицо становится задумчивым.
— Не то что эти куклы силиконовые, с которыми он обычно светится.
— Знаешь, от этого не легче, Тим, — признаюсь, чувствуя, как внутри все сжимается.
Он наклоняется и целует меня в макушку.
— Ты самый лучший человек из всех, кого я знаю, Алина Рождественская, — его дыхание щекочет волосы. — И никогда, блядь, об этом не забывай.
Глава 4
Кирилл
— Блин, Кирилл!
Стоило мне закончить рассказ об утреннем разговоре с отцом, как Руслан неодобрительно качает головой. Я, конечно, опустил его бред о том, что только я способен со всем этим разобраться.