Лен Дейтон – Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 (страница 832)

Я свернул направо и прошел мимо «мерседеса», к дыре в заборе, через которую можно было выйти на Ист-Бродвей. Уже начинало темнеть, шел небольшой дождь, и дул холодный ветер. Я был доволен, что надел свою толстую непромокаемую куртку. Вдруг боковая дверь прихода распахнулась – кровь быстрее побежала по моим жилам.

– Шэннен! – крикнул кто-то.

Я обернулся, но не остановился.

– Стой! Ни с места! – Молодые люди нервничали, но были полны решимости круто разыграть свою роль. Они схватились за пистолеты под плотно застегнутыми куртками, но не успели извлечь их, как из дверей вышел Симас. Полицейские, смущенные появлением нежелательного свидетеля, остановились. Я не спеша направился к ним, изображая невинное удивление.

– Вы ко мне? – спросил я.

– Не робейте, ребята. – Симас не торопясь спускался по ступенькам крыльца.

Копы сделали попытку избавиться от Симаса.

– Мы просто хотели переговорить с мистером Шэнненом по личному вопросу.

– По личному? Но мы с Поли старые друзья, ребята. У нас нет тайн друг от друга, верно, Поли?

– Вы можете говорить при Симасе все, что угодно, – подтвердил я. – Так в чем же дело? Я неправильно припарковался? Или речь идет о взносах в пользу сирот – детей полицейских? – Я стоял на расстоянии шести шагов перед ними, а Симас – в трех шагах позади них, и копы отчаянно потели, несмотря на холодный ветер. И немудрено, потому что Симас пользовался солидной репутацией среди местных ирландцев. – Итак, чего вы хотите от меня? – спросил я, и мой голос приобрел оттенки ольстерского диалекта. Я усвоил этот акцент, пока жил там, и теперь в напряженные моменты он невольно прорывался у меня. За моей спиной в темноте вращались сигнальные огни полицейской машины.

– Да нет, ничего. – Один из полицейских решил дать задний ход, чтобы избежать столкновения. Он поднял руки ладонями ко мне. – Ничего, ничего. Забудьте об этом.

– Вы что-то не нравитесь мне, ребята. – Я шагнул к ним ближе. Симас повернул голову влево, показывая, что берет на себя этого полицейского, а я сделал еще шаг вперед, когда вдруг дверь прихода снова распахнулась и на крыльцо выскочил взволнованный Майкл Эрли.

– Прекратите сейчас же! Вы слышите меня? Джон Дойл и О'Коннор! Сейчас же назад, вы оба!

Голос у Эрли был резкий, как острие ножа. Он, очевидно, был где-то поблизости, вероятно в задних комнатах таверны Тулли, которые он использовал в качестве своего бостонского офиса, когда Марти Дойл сообщил ему о моем появлении в мире живых. Эрли, услышав, что Патрик хочет расправиться со мной руками послушной ему полиции, сообразил, что под удар ставится судьба пяти миллионов долларов. Прежде чем вступить со мной в переговоры, Майкл хотел выяснить, что я собираюсь предпринять с похищенным золотом. И вот он на полной скорости выскочил из своего убежища, чтобы предотвратить ненужное ему сейчас столкновение.

– Что бы ни было, немедленно остановитесь! – приказал он полицейским.

– А что именно вы намеревались делать? – спросил я у полицейских.

– Ничего, мистер Шэннен, ничего. Мы уже уходим! Это было просто недоразумение.

Они пошли мимо меня к своей машине, но я остановил их, протянув руку.

– Вы разве не слышали, ребята? Приход на днях нанял человека для парковки машин, правда ведь, Симас?

– Совершенно верно, Поли.

Полицейские не решались двинуться с места. Позади них Симас занял угрожающую позицию. Он не удерживал их, но полицейские и пальцем не шевельнули, когда я сел в машину, снял стояночный тормоз и включил заднюю скорость. Я улыбнулся им через ветровое стекло и резко нажал на педаль газа. Машина рванулась назад и со страшным грохотом врезалась в кирпичную стену соседнего склада.

– Ой, простите, ребята, – закричал я. – Я больше привык водить суда, а не автомобили!

Симас громко хохотал. Физиономия Эрли была еще бледнее, чем обычно, но он не пытался остановить меня. Полицейские выглядели как наказанные школьники. Я включил передний ход – при этом послышался хруст посыпавшихся на землю осколков задних подфарников, затем опять дал полный газ, на этот раз нацелившись на «мерседес» Томми Третьего. Эрли в ужасе попятился и закрыл глаза руками, увидев, что я выделываю. Я протаранил борт роскошного черного спортивного автомобиля – лязг и скрежет металла.

– Простите, ребята, я так давно не водил машину! – вопил я. – Но не беспокойтесь, все будет в лучшем виде!

Человек десять вышло из помещения прихода, заслышав грохот и скрежет искореженного металла. Эрли, вне себя от ярости, повернулся к ним и велел всем убраться в помещение. Адвокат Симаса не обратил никакого внимания на это распоряжение и стоял на крыльце, весело смеясь. Томми Третий и его помощник раскрыли рты в недоумении – не сошел ли мир с ума? Падрэйг Макфи, понимая, что именно он, по недомыслию вызвавший полицию, был виновником всей этой безумной сумятицы, поспешно сбежал куда-то от гнева Майкла.

– Минуточку, минуточку! – крикнул я. – На этот раз все будет нормально. – Я снова включил задний ход, дал газу, и машина вновь толкнулась в кирпичную стену. Я ударился затылком о решетку, отгораживавшую сидевших впереди полицейских от задержанных, помещавшихся на заднем сиденье, потом заглушил мотор и выбрался из кабины, чтобы посмотреть, что же я натворил: задний капот полицейской машины был безобразно исковеркан, бампер погнут, фары разбиты и повреждено рулевое управление. Что же касается роскошного «мерседеса», то его бортовые панели были ужасающим образом смяты и вдавлены. – Конгрессмен, смените машину на американскую! – крикнул я насмешливо. – Такой важной персоне неприлично ездить на такой телеге.

Помощник конгрессмена увлек его назад, в помещение прихода. Ошарашенные полицейские потопали мимо меня к машине (один из них пробормотал сквозь зубы: «Черт тебя побери, Шэннен!»), скинув свои куртки, забрались в искалеченную машину и со страшным дребезжанием и скрежетом отбыли восвояси.

Симас хлопал в ладоши, а Майкл Эрли, сейчас особенно походивший на Ленина без бороды, прошипел:

– Это было неумно, Пол.

– Это и не должно быть умно, Майкл, это просто развлечение. Ты сам никогда не шутишь, Майкл? – Я обернулся к Симасу: – Майкл всегда был примерным учеником у нас в классе, служкой в церкви, всегда стирал с доски, был любимцем монахинь. Единственное увлечение Майкла – это бег в бостонском марафоне, или теперь ты отказался и от этого маленького удовольствия, Майкл?

Майкл, обходя лужи на пустыре, подошел ко мне вплотную.

– Где ты был последние недели, Шэннен? – спросил он и махнул Симасу рукой, показывая, что хочет поговорить со мной наедине.

– Беседовал с ЦРУ, – сказал я, невинно улыбаясь.

– Что-что?

– Ты знаешь, я сболтнул лишнего. Кто с тобой разговаривал – ФБР или полиция? – Я улыбнулся, прямо глядя в его худое, бескровное лицо. – Я встревожился, когда понял, что арабы намереваются использовать «Стингеры» здесь, а не в Ирландии. Я знаю, ты сам не хотел, чтобы так получилось, ведь это может повредить доброму имени движения, не правда ли? И поэтому я изобразил из себя патриота.

Он не придал значения моим льстивым словам.

– Скажи, ради бога, где деньги?

– Забавно, – сказал я, – что вы, адвокаты, всегда задаете один и тот же вопрос.

– Где деньги, Шэннен? Где деньги? – Он напрягся как натянутая струна и уже не говорил, а хрипел.

Я горестно прищелкнул пальцами, как будто упустил что-то.

– Да, Майкл, я должен был сразу тебе сказать – судно потонуло. Это была гнилая посудина, настоящее решето. Оно пошло ко дну неподалеку от Сардинии. Я пытался спасти этих ребят из Белфаста, но они запаниковали, и судно камнем пошло ко дну, и они вместе с ним. К тому же судно было нагружено золотом, которое тянуло его вниз, – не было ни малейшего шанса спастись. Судно моментально погрузилось в воду, на поверхность всплыло только несколько пузырей и спасательный жилет – вот и все.

– Не рассказывай мне сказки! – угрожающе проговорил Майкл.

Я знал, что он никогда не поверит мне, но все же стоило попробовать.

– Бог мне свидетель, Майкл, оно затонуло точно к югу от Сардинии. Налетел внезапный северный шквал, поднялась огромная волна, и…

– Нет! – Он почти кричал. – На этот раз ты зашел слишком далеко, Пол. Теперь ты должен держать ответ перед Ирландией.

– Нет, – возразил я, – это ты должен отвечать, Майкл. Эти деньги прибыли не из Ливии – они от Саддама Хусейна, мерзавца, который в эту минуту убивает американских парней. И что тебе следует сделать, Майкл, так это раз и навсегда забыть о золоте, о «Стингерах» и обо мне.

– Ты с ума сошел! – Голос Майкла сорвался на визг.

Подошел Симас и попытался нас примирить.

– Я беру это на себя, Майкл, – сказал он успокаивающим тоном. – Поли найдет эти деньги, правда, Поли?

– Не вмешивайся в эти дела, Симас. – Майкл пришел в неистовство и, обернувшись ко мне, заревел: – Я убью тебя, как бог свят, убью!

Майкл редко выказывал волнение – это был настоящий иезуит, святоша с постной физиономией, а на деле – маленький порочный сукин сын. Но сейчас он потерял контроль над собой, глаза его горели за залитыми дождем очками.

– Ты отдашь мне эти деньги, Шэннен, все до цента, а иначе ты пожалеешь, что родился на свет!

– Бу-у, – сказал я в ответ.

– Будь ты проклят! – Он повернулся и пошел через парковочную площадку, а затем, остановившись перед боковой дверью прихода, дал свой последний залп: – Помни, Пол, в Бостоне имеется британское консульство!