Лен Дейтон – Современный зарубежный детектив-21. Компиляция. Книги 1-18 (страница 540)

– У нас есть общие друзья, – сказал Радок.

Ее улыбка мгновенно исчезла.

– Я видел вас сегодня в Клостернейбурге. Вы выходили из церкви. Это отец Майер прислал вас ко мне, чтобы вы проверили то, что я ему рассказал?

Это был хороший ход, который он продумал еще до того, как вернулся к себе из аббатства во второй половине дня.

Она стояла неподвижно в дверях, будто не решаясь на такой серьезный поступок, как проникновение в его владения.

– Пожалуйста, снимите же, наконец, эти проклятые мокрые туфли, – произнес он. – Я не делаю себе фетиша из женских ножек.

– Я была у фрау фон Траттен, – сказала она, не двигаясь с места.

– Значит, мы проверяем друг друга. Не правда ли, невероятное совпадение! И теперь вы знаете, кто я такой. Лучший маленький садовник в Хитцинге.

– Это кое-что объясняет, – заметила она.

– Давайте напрямую. В этом деле мы с вами заодно. И я не намерен говорить загадками.

«Точно так изъяснял не раз свою позицию в подобных вещах и покойный генерал», – подумал Радок.

– Я не пришла бы сюда, если бы не чувствовала себя ответственной за происшедшее.

– За что именно?

– За то, что привела вас сегодня к отцу Майеру.

Он отрицательно покачал головой:

– Вы тут ни при чем. Я никогда не следил за вами. И это моя вина, что вы увидели меня. Генерал сообщил мне кое-что о ваших людях… Ну как, будем выкладывать карты на стол?

Она кивнула, стоя по-прежнему в проеме полуоткрытой двери, где чувствовала себя в относительной безопасности.

– Я не собирался вмешиваться ни во что подобное, вы понимаете меня? Я не герой и не гожусь для вещей такого рода. – Она хотела перебить его, но он поднял руку. – Нет-нет, я и вас не считаю героями. Думаю, что все это не подходит вам так же, как и мне. Но так уж случилось, что мы оказались вовлеченными в это дело. И шел я в аббатство вовсе не для того, чтобы следить за вами. Хотя, по правде говоря, лицезреть вас – величайшее для меня наслаждение.

Щеки Фриды зарделись.

«О боже, она еще краснеет! Тогда как другие женщины делают себе искусственный румянец с помощью средств местной парфюмерии». Он начал опасаться, как бы не попасть к ней на крючок всерьез и надолго.

– Я отправился туда потому, – поспешил он сказать, упреждая ее вопросы, – что понял из оставленной мне генералом записки, будто группа Майера знает, как вывезти важные документы из рейха. Вы ведь тоже входите в эту группу, не так ли? – Она не ответила, но и не двинулась прочь от двери. – А вы никуда не годная шпионка, кстати. Никогда не пытайтесь разглядывать кого-то через открытую дверь. Ведь то же самое может сделать и тот незаметно для вас: я же вот рассматривал вас сегодня в исповедальне Клостернейбурга. – Она снова никак не прореагировала на его слова. – Итак, попытаемся разобраться во всем этом. Цезак довольно часто приходил к отцу Майеру, вы – тоже. И у Цезака обнаружена программка с вашим автографом. О чем это говорит? О том, что вы являетесь у них как бы курьером? И он должен был передать вам что-то, прикрывшись тем, что хочет якобы получить ваш автограф?

Она вздохнула.

– Вот видите, как, оказывается, нетрудно догадаться о таких вещах.

Он кивнул.

– Сегодня был нелегкий день. И сейчас я жду звонка от Майера.

– Вы упомянули о каких-то документах, – заметила она.

– Как я сказал отцу Майеру, они у меня.

– Здесь? – В ее голосе прозвучала тревога.

– Вы знаете, я никудышный игрок в карты. Блефовать не умею. Так давайте же, как я уже сказал, выложим карты на стол! Ваши люди смогут мне помочь?

– Прежде чем ответить на ваш вопрос, мы должны ознакомиться с содержанием документов.

– О боже! – воскликнул он. – Неужто вам и в самом деле неизвестно, что это за чертовы материалы? Вы что, слепы?

– Бумаги с вами? – спросила Фрида спокойно.

– Вот проклятые непрофессионалы-любители! – Он не мог отвести от нее глаз. Их взгляды на момент встретились, и он разглядел за внешней бравадой испуг и недоверчивость, сквозившие во взоре этой молодой красивой женщины. – Ну хорошо, можете взглянуть на них.

Он начал было доставать документы, как внезапно до него донесся с улицы глухой стук закрываемой дверцы автомобиля. Потом – еще и еще. Радок не слышал шума приближающихся машин, но хлопанье дверей встревожило его. Фрида настолько отвлекла его внимание, что он не заметил, как они подъехали. Ну и идиот же он!

Бросившись к окнам, выходившим на улицу, Радок заметил внизу три черных «мерседеса». И еще разглядел «Зеленый Генри» – гестаповский фургон, только въезжавший на улицу. Фрида уже стояла за его плечом и тоже наблюдала за тем, что делалось на улице.

Он посмотрел на нее, почуяв запах ее духов, – так близко она стояла.

– Негодяй! – крикнула она.

Он закачал отрицательно головой.

– Нет, я не имею к этому никакого отношения! Скорее это вы привели их сюда!

Теперь уже она нетерпеливо закачала головой, и этот жест выглядел столь же естественным, как и ее смех или румянец еще несколько мгновений тому назад.

– Значит, так, – принял он решение в доли секунды, – мы оба уходим отсюда.

Он схватил ее за безвольно опущенную руку и потянул к двери. Внизу раздавался грохот кулаков, ударявших в парадную дверь. Было слышно, как женщина-портье направилась к двери.

– Постойте, – сказал он Фриде. – Нам нужно кое-что прихватить.

Радок бросился назад в квартиру и когда, пробыв там чуть более минуты, вернулся, на нем было теплое пальто, карманы которого оттопыривались от бытовых стеариновых свечей.

То, что следует делать в подобной ситуации, он понял еще тогда, когда Фрида позвонила в дверь. Надо не стоять на месте, а бежать в подвал по задней лестнице. Но если бы тогда он поступил именно так, то ее не было бы сейчас рядом с ним. В общем, ее появление явилось как бы своего рода прелюдией к основному действию. Что же произойдет затем, это пока неизвестно.

Держа Фриду за руку, он кинулся в конец темного коридора, где была пожарная лестница. Агент по найму квартир очень много говорил о ней, когда заключал с Радоком договор в прошлом году. Тогда Радок не придал особого значения этим словам: внутренняя лестница вела в подвал, и в случае пожара выход оттуда на улицу наверняка, по его мнению, оказался бы заваленным различным хламом. Но теперь эта лестница предоставляла им обоим единственный шанс спастись. Хотя неизвестно еще, что ждет их внизу, в подвале, попытаться все же надо. Конечно, не исключено, что выход из подвала уже взят под наблюдение. Но что-то говорило Радоку, что все будет в порядке. Гестапо редко сверяется с планом дома, совершая подобный налет. Возможно, они даже не знают об этой лестнице. Сейчас не было времени раздумывать о том, каким образом вышли они на него: главное – это то, что им удалось напасть на его след. Ясно же, что они заявились сюда не затем, чтобы продавать билеты на бал пожарных. Так быстрее же вниз по лестнице!

Девушка бежала торопливо рядом с Радоком, и теперь уже можно было не тянуть ее больше за руку.

Ступени пожарной лестницы были черными как смоль. Радок не зажигал огня: если из-под двери проглянет полоска света, то гестаповцы тотчас смекнут, что кто-то с ними играет в прятки. Фрида споткнулась, спускаясь по третьему пролету лестницы. И хотя Радок, шедший впереди, не дал ей упасть в темноту, она все же сбила колено и вывернула руку. Правда, травмы оказались не столь серьезными, и она по-прежнему продолжала стойко следовать за Радоком. На того поведение девушки произвело впечатление: она, не жалуясь, молча пробиралась с ним сквозь жуткий мрак. Наиболее опасным местом были площадки, где так легко оступиться: вы опускаете ногу, чтобы нащупать следующую ступень, а ее-то и нет.

Но вот наконец лестница кончилась, и их взору предстала массивная стальная дверь. Однако, к их ужасу, она была заперта!

– Черт бы ее побрал! – Радок стукнул по двери рукой, но лишь сбил себе пальцы. Он не подумал о том, что запасной выход может быть заперт. Но это – Вена. А в Вене всегда и все запирают.

– У вас нет ключа? – спросила Фрида.

Радок услышал вверху голоса и топот каблуков по бетонному полу. Теперь гестапо, полиция или кто там еще уже побывали в его квартире и убедились в том, что там его нет. Скоро они наткнутся на пожарную лестницу.

– Никогда не думал, что эта проклятая дверь запирается. Я был здесь всего один раз. Привратница хранит тут свои вещи, и я хотел посмотреть, нельзя ли и мне сделать то же.

– Надо что-то придумать. – Фрида попыталась повернуть ручку двери, но ничего не вышло. – Попробуйте ключом от вашей квартиры.

Радок и не подумал об этом. Вниз, на ступени, пролился свет. Это вверху открыли дверь, правда, он не знал, на сколько пролетов выше. Послышались голоса двух или трех человек.

– Только ее нам и недоставало, этой проклятой пожарной лестницы! – раздался низкий голос. – Баумгартнер, спустись и проверь. Эти сволочи где-то там.

Теперь, в тусклом свете, Радок мог разглядеть лицо Фриды. Боль в глазах, губы сжаты. Но держалась она молодцом. Ни паники, ни слез. Он тихо достал из кармана ключ от квартиры, вставил его в скважину и попытался повернуть. Но безуспешно. Он нажал сильнее, но ключ опять не поворачивался, хотя и подходил к замку.

– Попробуйте в другую сторону, – прошептала чуть слышно Фрида.

Он попробовал – и получилось! Замок открывался против часовой стрелки. Вот глупцы! Так же можно промучиться до смерти, прежде чем откроешь дверь в этот чертов подвал.