Лайза Джуэлл – За век до встречи (страница 34)

– Так во сколько тебе нужно освободиться? – внезапно спросил Дом.

– Моя смена начинается в пять, так что было бы неплохо освободиться, скажем, в четыре.

– Отлично. Одна из секретарш Эйми… это моя жена… заедет за детьми в три, так что ты освободишься даже раньше. Мне как раз надо поработать в кабинете, разобраться с кое-какими делами, так что… Ты не против, если я оставлю тебя с детьми одну, скажем, часа на два?

– Конечно, я не против. За этим я и пришла, разве нет?

– Если тебе что-то понадобится, я буду в своем кабинете на верхнем этаже. Дети уже перекусили, пеленки Астрид ты поменяла, а как включается телевизор – знает Донни. Ты ведь знаешь, да, сынок?

Донни серьезно кивнул.

– В общем, чувствуй себя совершенно свободно, не стесняйся. В холодильнике полно отличного сыра… – Дом распахнул дверцу бледно-зеленого американского холодильника. – Вот чай. – Он показал на чайник. – Вот кофе. – Он открыл дверцу буфета. – А если понадобится чем-то занять детей… – Он распахнул еще одну дверцу, за которой лежали на полках стопки бумаги, книжки-раскраски, карандаши, головоломки и куклы. – Основные правила таковы… – Дом принялся загибать пальцы. – Никуда не ходить с фломастерами, рисовать только за столом. Никакого сахара. Никакого свежего молока для Акации – в холодильнике есть соевое. Не хлопать дверьми – никакими, даже холодильника. И не трогать музыкальный центр, ясно, Донни? Все остальное разрешается. И еще: что бы ты ни говорила, я все равно заплачу́ тебе за сегодняшний день. – Дом бросил на нее слегка покровительственный взгляд, и Бетти улыбнулась.

– Ладно. Так уж и быть.

– Значит, договорились. – И он положил ладонь себе сзади на шею. Вид у него был такой, словно он хочет добавить что-то еще, однако Дом промолчал. Вместо этого он повернулся к детям, чтобы предупредить их о быстром и страшном возмездии, которое настигнет каждого, кто посмеет ослушаться «тетю Бетти». А еще через минуту он уже быстро поднимался по лестнице к своему таинственному «кабинету».

Поднявшись на ноги, Бетти огляделась. Акация по-прежнему сидела на разделочном столе и с сомнением разглядывала чужую тетю. Рот у нее был набит не до конца прожеванной резаной морковью. Донни продолжал щелкать своими детскими ножницами; груда бумажных обрезков занимала уже почти весь стол. Астрид, которую Бетти все еще держала на руках, вдруг показалась ей тяжелее, чем она рассчитывала, но девочка, по крайней мере, не плакала и почти не шевелилась. Ну какие могут быть проблемы с этими детьми, невольно подумала Бетти. Это же не дети, а сущие ангелы!

И тут началось. Не успела эта мысль промелькнуть у нее в голове, как глаза Акации наполнились слезами, а лицо начало стремительно краснеть. В первую секунду Бетти решила, что девочка собирается реветь, валяться по полу, брыкаться и визжать, требуя, чтобы ей вернули какую-то неведомую Мойру, но потом до нее дошло, что дело не в этом.

Ребенок задыхался у нее на глазах.

– О господи! – воскликнула Бетти. – Что с тобой, детка? Что с тобой?!

Лицо Акации из красного сделалось багровым, потом – лилово-синим.

– Твою мать!.. – выругалась Бетти. – Твою мать! – Положив младшую девочку в кресло, она шагнула вперед и обхватила Акацию обеими руками. Астрид истерично завизжала, но ее сестра по-прежнему не могла издать ни звука.

– Открой рот, скорее! – настойчиво потребовала Бетти. – Дай мне посмотреть, что там у тебя… Вот так, хорошо… О господи! – Она просунула пальцы как можно глубже в рот Акации и нащупала какой-то твердый комок. Вытащить его согнутым пальцем у нее не получилось. Наоборот, она, похоже, только протолкнула его еще дальше в дыхательное горло. Бетти сама была на грани истерики, когда ей на память пришел случай, произошедший несколько лет назад. Однажды Арлетта подавилась куском курицы, но, на ее счастье, рядом оказалась сиделка. Она мигом выволокла Арлетту из кресла, развернула спиной к себе, обхватила обеими руками чуть ниже груди и сжала так резко и сильно, что кусок курицы чуть не со свистом вылетел изо рта старой леди. Назывался этот прием маневром Геймлиха или как-то в этом роде.

Сейчас Бетти не оставалось ничего другого, кроме как повторить этот прием или маневр. Развернув Акацию лицом к стене, она резко сдавила узенькую грудь девочки. Астрид тем временем ухитрилась повернуться на бок и чуть было не скатилась с кресла на пол, но застряла в подлокотнике. Теперь она висела вниз головой и визжала вдвое громче.

– Эй, что ты делаешь! Перестань! – закричал и Донни, выскакивая из-за стола. – Перестань сейчас же!

Бетти уже готова была позвать на помощь, когда напряженное тело Акации вдруг обмякло, подалось под ее нажимом, и в раковину с тупым стуком упал кусок моркови.

– Папа! Папа! – Донни с пронзительным криком выбежал в коридор, зовя отца. Астрид каким-то образом сползла на пол и лежала там, раскинув ноги и руки, но, к счастью, молчала. Бетти и Акация не двигались. Обе тяжело дышали, медленно, с трудом приходя в себя после пережитого.

Наконец Бетти развернула Акацию к себе.

– Ну как ты, детка? Все в порядке?

Слезы снова потекли по лицу девочки, но теперь это были слезы облегчения. Кивнув, она спрятала лицо на плече у Бетти, которая, выловив из раковины кусок моркови, показала ей.

– Смотри, какая гадкая морковка! – проговорила она самым веселым голосом. – Она плохо себя вела. Надо ее отшлепать, ты согласна?

Акация ненадолго оторвала лицо от плеча Бетти и, с опаской оглядев морковь, кивнула. Бетти несколько раз шлепнула по огрызку моркови ладонью.

– Вот тебе, вот! Не смей больше обижать нашу Акацию!

– Что здесь происходит? – Дом, тяжело дыша, ворвался в кухонную дверь. Из-за его спины выглядывал Донни. – В чем дело?!

– Папа, эта тетя хотела сделать больно Касе! Она ее прямо сдавила. Очень, очень сильно! – наябедничал Донни.

Дом сделал два огромных шага вперед и, подняв Астрид с пола, повернулся к Бетти. Взгляд у него был испуганный и гневный.

– В чем дело? – повторил он.

– Акация чуть не подавилась, – спокойно объявила Бетти, ласково гладя шелковистые волосики девочки. – Кусок моркови попал не в то горло и застрял. Мне пришлось резко сжать ей грудную клетку, чтобы он вылетел.

Дом несколько раз моргнул, потом несколько раз нервно сглотнул.

– Черт! – пробормотал он. – Черт побери!.. Кася, детка моя, ты как? – Он коснулся пальцами щеки девочки и с беспокойством всмотрелся в заплаканное личико. – Все в порядке?

Акация снова кивнула и в последний раз всхлипнула. Она уже успокаивалась, и Бетти продемонстрировала Дому морковный огрызок.

– Господи, какой ужас! – Дом и в самом деле выглядел напуганным. – Господи… – Он хлопнул себя раскрытой ладонью по лбу. – А я-то хорош! Я должен был подумать… должен был предупредить…

– Все в порядке, – успокоила его Бетти. – Все в порядке, никто не пострадал. Акация, конечно, испугалась… мы все испугались, но теперь страшное позади. Правда, малышка?..

Акация потянулась к отцу, и он взял ее на руки, предварительно отдав Бетти младенца.

– Черт! – снова сказал Дом. – Все могло закончиться гораздо хуже. Но как ты… Откуда ты знаешь про этот способ?

Бетти пожала плечами.

– Я один раз видела, как его применила профессиональная медсестра. На моей бабушке применила. Это называется маневр Геймлиха.

Дом прижался губами к голове дочери.

– Слава богу!.. – пробормотал он ей в макушку. – Слава богу, Бетти, что ты была рядом. И слава богу – ты знала, что делать. – Он поднял голову и посмотрел на Бетти большими темными глазами, в которых еще плескался страх. – Спасибо. – Он перевел взгляд на сына, который так и стоял в дверях, с подозрением оглядывая всех по очереди.

– Бетти только что спасла твою сестру, Донни. Спасла Акацию. Ты понимаешь?

Мальчик отрицательно затряс головой.

– Кусок моркови попал Касе в дыхательное горло, и она не могла дышать. Она могла даже задохнуться насмерть. Бетти спасла ей жизнь. Она специально сжала ее посильнее, чтобы морковь выскочила. Знаешь, кто у нас теперь Бетти? Она – настоящий герой!

Донни неуверенно поглядел на Бетти, потом пожал плечами и снова отвернулся, словно герои без развевающихся плащей, мечей и бластеров не представляли для него особого интереса. Взобравшись на свой табурет, он снова взялся за ножницы.

Дом повернулся к Бетти.

– Ты, наверное, думаешь, что я… плохой отец? – проговорил он неуверенно.

Бетти покачала головой.

– Почему я должна так думать?

– Ну, как же… Я оставил своих детей с совершенно незнакомой женщиной, оставил совершенно одних и не позаботился о том, чтобы они… чтобы они были в безопасности.

– Но ты позаботился, – возразила Бетти. – Ты знал, что со мной они будут в безопасности. Тебе нужна была помощь, и ты оставил детей с человеком, которому доверяешь. Со мной. Ты же знал, что мне можно доверять, не так ли? – Она улыбнулась, баюкая на руках его ребенка.

Некоторое время Дом смотрел на нее в упор, пытаясь постичь смысл ее слов. Наконец его лицо смягчилось, губы тронула слабая улыбка.

– Да, наверное, – сказал он. – Наверное, можно и так сказать…

– Так и есть! – ответила Бетти. – Ты знал, что делаешь, хотя, быть может, это решение ты принял, руководствуясь не столько разумом, сколько интуицией. А теперь… Думаю, ты можешь вернуться к своей работе. Ступай в кабинет и ни о чем не волнуйся. У нас все будет в порядке, верно?