Лайза Дженова – Как работает память. Наука помнить и искусство забывать (страница 24)

Несомненно, должно существовать средство, способное противостоять этому нормальному, но разрушительному воздействию возраста на память. Неужели все это неизбежно – ухудшение способности формировать и извлекать воспоминания, а также уменьшение скорости обработки информации? Вам это не понравится, но в конечном счете – да. Если вы каждый день едите пончики, бегаете только тогда, когда за вами кто-то гонится, жертвуете сном, просиживая у телевизора до трех утра, чтобы посмотреть последний сезон сериала Netflix, и если у вас хронический стресс, то вы, вне всякого сомнения, ускорите старение своей памяти. Если же вы придерживаетесь средиземноморской диеты или диеты MIND (сочетания средиземноморской и DASH, о которой я расскажу ниже), регулярно занимаетесь спортом, ежедневно медитируете и спите ночью не менее восьми часов, то в ближайшей перспективе улучшите свою память. Вероятно, вы продлите и «молодость» своей памяти. Здоровый образ жизни также послужит профилактикой деменции. Однако образ жизни не может вечно вычерпывать воду из старой, протекающей лодки.

Здесь можно провести аналогию с кожей. Если вы каждый день нежитесь на солнце, не пользуясь солнцезащитным кремом, ваша кожа будет стареть быстрее, чем когда вы носите шляпу, пользуетесь солнцезащитным кремом и большую часть дня остаетесь в помещении. Но в конечном итоге, какие бы меры вы ни принимали, ваша кожа постареет. То же самое происходит с памятью. Точно так же, как у одних людей морщины и мешки под глазами более выражены, чем у других, у людей одинакового возраста память может в разной степени пострадать от времени. Некоторые семидесятилетние имеют более гибкую и ясную память, чем другие. Но в общем случае их память слабее и не такая эффективная, как в тридцатилетнем возрасте.

В связи с этим возникает еще один вопрос. Применим ли к мозгу известный принцип «используй или потеряешь»? Способна ли интеллектуальная активность сохранить возможности памяти по мере того, как вы становитесь старше? Когнитивная нагрузка считается одним из способов профилактики болезни Альцгеймера, но у нас нет убедительных доказательств того, что она предотвращает или замедляет нормальные возрастные изменения памяти.

Исследования, объектами которых были лучшие шахматисты, профессора, пилоты и врачи – те, кто «использует» мозг, – показали снижение способности к запоминанию и общих возможностей памяти с возрастом, даже в сфере профессиональной деятельности. Точность складывания фигурок оригами снижалась на 4 процента за 10 лет и у архитекторов, и у представителей других профессий, хотя архитекторы регулярно использовали навыки пространственной памяти в своей работе.

Многие люди играют в так называемые интеллектуальные игры в надежде поддерживать свою память в хорошей форме, но результаты и время, проведенное за этими играми, не влияют на общее состояние памяти. Вы лучше справляетесь с конкретными когнитивными задачами, но все равно забываете имя актера, исполнявшего роль Тони Сопрано. Интеллектуальные игры не защитят вас от проблем с памятью, которые появляются при нормальном старении. У людей, проводящих много времени за решением кроссвордов, вероятность возрастного ослабления памяти ничуть не меньше, чем у тех, кто не увлекается головоломками.

Но есть и хорошие новости. Старение – это неизбежный этап в жизни человека, и многие функции памяти естественным образом ослабевают с возрастом, однако это вовсе не означает, что ваша память должна ухудшаться. Использование стратегий и методов, описанных в этой книге – фокусировка внимания, сокращение отвлекающих факторов, повторение, самопроверка, придание смысла, использование зрительных и пространственных образов, ведение дневника, – улучшит память в любом возрасте. Конечно, в 70 лет эти методы дадут не такой выраженный эффект, как в тридцать, но они все равно эффективны. Возможно, в 29 лет Акира Харагучи при желании смог бы запомнить 200 000 знаков числа «пи» после запятой, однако его 69-летняя память с помощью повторения, фокусировки, зрительных образов и связных историй также была способна удерживать впечатляющий объем информации. Эти инструменты доступны и для вашей памяти – в любом возрасте. Нужно лишь воспользоваться ими.

13

Болезнь альцгеймера

«Две недели назад я проснулся рядом с женой, с которой живу уже тридцать четыре года, и мне потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить, кто она. Я понимал, что это кто-то знакомый, но у меня не получалось связать факты в единое целое». Это один из многочисленных и обескураживающих провалов в памяти, о которых мне рассказывал мой друг Грег О’Брайен. Грег – известный журналист, и мы познакомились несколько лет назад – он написал мне письмо. Мне показалось, что автор хочет вызвать у меня и восхищение, но не успела я об этом подумать, как прочла следующую фразу:

Не стоит восхищаться стилем этого письма. Его составление заняло два часа. Несколько лет назад я написал бы его за пять минут или даже меньше. Но потраченное время того стоило.

Два года назад у Грега, которому в то время было 59 лет, диагностировали раннее наступление болезни Альцгеймера. Люди регулярно спрашивают меня, можно ли провести четкую границу между забыванием в результате нормального старения и забыванием, обусловленным болезнью Альцгеймера. Ответ? Несомненно.

Первое электронное письмо от Грега стало началом близкой дружбы, одной из немногих в моей жизни. На протяжении многих лет, по мере того как болезнь постепенно отнимала у него память, мы говорили буквально обо всем – о хорошем, плохом, безобразном и по-настоящему ужасном. Однажды мы встретились в кафе в разгар зимы, а на нем была мокрая одежда. Я обняла его и, почувствовав ладонями холод влажной рубашки, спросила: «В чем дело?» Когда Грег у себя дома начал доставать одежду из сушильного шкафа, она была мокрой. Он не смог вспомнить, как включить сушку, но был не в состоянии выработать новый план, чтобы достать сухую одежду из гардероба, и поэтому надел мокрую.

В другой раз мы вместе подписывали книги, и он наклонился ко мне и прошептал: «Я не могу вспомнить, как пишется буква Q». Я написала букву на клочке бумаги и передала под столом, как шпаргалку в школе.

Однажды, когда он еще водил машину, а я мягко уговаривала его отказаться от этого занятия, он неожиданно увидел оленя посреди дороги, резко свернул, и его джип перевернулся. Потом он рассказывал, что за несколько секунд до возможной гибели, вися вверх ногами в машине, он подумал: «Лайза Дженова хочет меня убить».

Что же происходит в мозге Грега? Проблемы памяти вследствие болезни Альцгеймера (это состояние часто называют деменцией – и это общий термин, включающий нарушение памяти, речи и когнитивных способностей) вызваны не уменьшением скорости обработки информации или ослаблением внимания. На начальных стадиях болезни Альцгеймера деменция обусловлена молекулярной войной в межнейронных синапсах, участвующих в консолидации и извлечении информации из памяти, в результате чего эти нервные пути становятся непроходимыми. На поздних стадиях болезни забывание вызвано гибелью и уменьшением количества самих нейронов.

Молекулярные причины, вызывающие болезнь Альцгеймера, все еще до конца не исследованы, но большинство нейробиологов убеждены, что заболевание начинается с накопления в межнейронных синапсах бляшек из белка под названием бета-амилоид. На самой ранней стадии болезни человек пребывает в счастливом неведении. На этой стадии много лет назад Грег не чувствовал никаких симптомов аномального забывания. Полагаю, что требуется от пятнадцати до двадцати лет вроде бы невинного накопления бета-амилоидных бляшек, прежде чем наступает точка перелома, когда запускается каскад молекулярных изменений, который приводит к запутыванию нейронов, воспалению, гибели клеток и к патологической потере памяти.

Появление бета-амилоидных бляшек можно сравнить с зажиганием спички. Сама по себе горящая спичка не вызывает проблем, но в критический момент может стать причиной лесного пожара. В вашем мозге начинает пылать пламя болезни Альцгеймера. И вы сталкиваетесь с серьезной, аномальной потерей памяти.

С одной стороны, хорошо, что для развития болезни Альцгеймера требуется много времени. Но есть и плохая новость – если вам за сорок, то у вас в мозге, скорее всего, уже накапливаются бета-амилоидные бляшки. Прежде чем их количество достигнет критической величины, нарушения памяти у вас могут выглядеть следующим образом:

Зачем я пришел в эту комнату?

Как же его зовут?

Куда я положил ключи?

Безумно раздражает, но абсолютно нормально. После перехода критической точки нарушения функции памяти заметно отличаются от нормального забывания. Давно миновав эту точку, Грег регулярно забывает, что произошло несколько минут назад, что он или я только что сказали и что случилось вчера.

«Я просыпаюсь утром и не могу вспомнить, что делал, – рассказывает он. – Так происходит все время. Или я сижу в кафе и ко мне подходит поздороваться кто-то из знакомых. Мы болтаем. Затем, час спустя, он снова подходит, и я говорю: «Рад тебя видеть. Как дела?» «Мы разговаривали около часа назад», – отвечает он. А я не помню разговора и даже того, что уже видел этого человека».