Лайза Дженова – Как работает память. Наука помнить и искусство забывать (страница 25)

Болезнь Альцгеймера начинается в гиппокампе, отделе мозга, который, как теперь известно, играет главную роль в формировании новых воспоминаний, хранящихся в долговременной памяти. Таким образом, первый симптом болезни Альцгеймера – это забывание того, что случилось сегодня или даже несколько минут назад, и именно поэтому люди, страдающие этой болезнью, снова и снова задают один и тот же вопрос или рассказывают одну и ту же историю. Такое быстрое забывание аномально. Более ранние, уже сформировавшиеся воспоминания на этой стадии остаются нетронутыми, но теряется новая информация, которая должна консолидироваться гиппокампом в долговременную память для последующего извлечения. Пациенты с болезнью Альцгеймера могут забыть, что ели на обед час назад (и что они вообще обедали) и в то же время во всех подробностях рассказать о том, как ходили в школу шестьдесят лет назад.

Все мы иногда забываем, что только что сказал супруг, теряем нить разговора, не помним, выключили ли духовку пять минут назад. Отличаются ли эти сбои в памяти от болезни Альцгеймера? Если у вас нет этой болезни и вы сосредоточитесь на словах супруга, то запомните, что он или она сказали (правда, попробуйте). А вот для Грега фокусировка на моих словах ничего не гарантирует. При болезни Альцгеймера трудно формировать новые воспоминания, причем со временем трудности увеличиваются, поскольку все меньшая часть гиппокампа способна выполнять эту задачу.

Еще один ранний симптом болезни Альцгеймера – неспособность вспомнить некоторые слова. Но я уже говорила вам, что ситуация: «Как же его зовут?» – это норма, и с возрастом вы сталкиваетесь с ней все чаще. Когда вы в следующий раз забудете имя актера, исполнявшего роль Тони Сопрано, как узнать, это нормальная блокировка или уже Альцгеймер?

Двадцатипятилетние молодые люди сталкиваются с блокировкой несколько раз в неделю, и с возрастом это частота увеличивается, но Грег в свои шестьдесят девять не может вспомнить нужное слово десятки раз в день. Подсказки не помогают. Первая буква слова «не встает и не машет рукой». И обычные слова вызывают у Грега не меньше затруднений, чем имена.

Общение с человеком, у которого болезнь Альцгеймера перешла в эту стадию, очень похоже на раздражающую игру в шарады.

– Ты взяла эту штуку?

– Какую штуку?

– Штуку. Которой ты чистишь зубы.

– Зубную щетку?

– Да!

Кроме того, пациенты с болезнью Альцгеймера начинают использовать все более простые слова. Сумка вместо чемодан или багаж. Бумага или штука вместо документ.

Такая разновидность блокировки не просто неловкость, мелкое неудобство. Теперь это серьезная, разрушительная потеря памяти. Деменция. Например, если Грег видит человека, с которым знаком почти всю жизнь, в непривычной обстановке, то в 70 процентах случаев теперь не может вспомнить его имя. Совсем.

Я говорю человеку, что у меня проблемы с памятью. «Все в порядке, Грег», – обычно отвечает он, называет себя, и за этим следует объятие. Возможно, это начало толерантного отношения к деменции. Думаю, причина объятия не в жалости, а в понимании, что когда-нибудь они тоже могут столкнуться с этой проблемой.

Пытаясь вспомнить заблокированное слово или имя, Грег до болезни пользовался теми же приемами, что и все мы, – рылся в памяти. Перебирал буквы алфавита. Бродил по нейронным цепям в попытке выследить или хотя бы случайно наткнуться на ту, которая связана с искомым словом. Погоди. Я знаю, оно здесь. Если только активизировать нужные нейроны. Грег, страдающий болезнью Альцгеймера, знает, что слово не всплывет на поверхность само собой – оно утонуло в темном болоте недуга.

Поэтому он обходит мозг и ищет ответ в Google:

Я всегда ношу с собой ноутбук. Играю с Google в шарады – «на что это похоже». Описываю имя, событие или место. Так, если я пытаюсь вспомнить слово Бродвей, то печатаю «Места для развлечений в Нью-Йорке» и смотрю ответы. Если не нахожу нужный, то могу прибавить: «Там, где в Нью-Йорке на Новый год опускается шар». В ответ я получаю «Таймс-сквер». Тогда я ввожу «Таймс-сквер в Нью-Йорке» или «Лучшие спектакли в Нью-Йорке».

Конечно, я часто попадаю в нечто вроде кроличьей норы и не нахожу то, что искал. Если я запутался или отвлекся, то снова и снова нажимаю кнопку «назад», чтобы вернуться к началу. Иногда таким способом мне удается выяснить, что я искал. Иногда нет.

К сожалению, болезнь Альцгеймера не ограничивается воздействием на гиппокамп. Она вторгается в другие области мозга, разрушая их. При распространении на теменные доли, где обрабатывается пространственная информация, пациенты с болезнью Альцгеймера начинают теряться в знакомых местах. Если вы читали книгу «Навеки Элис», то, наверное, помните, что болезнь препятствовала извлечению информации из пространственной памяти Элис, когда она вдруг потерялась на Гарвард-сквер, где жила в течение 25 лет. (В кинофильме действие перенесено в Нью-Йорк, и Элис теряется в студенческом городке Колумбийского университета.)

Болезнь Альцгеймера также разрушает нейронные цепи в префронтальной и фронтальной коре – самых новых с эволюционной точки зрения частях мозга. При поражении этих областей люди испытывают проблемы с логическим мышлением, принятием решений, планированием и решением задач. Когда Грег не в состоянии направить свои мысли и выработать новый план действий, предполагающий, что нужно взять сухую одежду из гардероба, а не мокрую из сушилки, это влияние болезни Альцгеймера на фронтальную кору.

Кроме того, проявляются нарушения памяти, обусловленные снижением способности фокусировать внимание. Люди с болезнью Альцгеймера начинают класть ключи, кошельки, телефоны, очки, ноутбуки и деньги в самые неожиданные места. В современном мире мы все часто отвлекаемся и регулярно не можем найти ту или иную вещь. Как узнать, это нормально или уже ранний симптом болезни Альцгеймера?

Если в конечном счете вы найдете ключи на столике перед входной дверью или в кармане пальто, то ваша забывчивость, вероятно, не выходит за пределы нормы. Раздражает, но беспокоиться не о чем. Скорее всего, вы просто не сфокусировали внимание на том, куда их кладете. Уровень амилоидных бляшек у вас еще не достиг критической точки.

Если же ключи обнаруживаются в холодильнике, вам стоит задуматься. А когда вы находите ключи и недоумеваете: «Для чего эта штука?» – проблема точно не в нормально стареющей памяти. Забыть, для чего нужны ключи, – это ошибка семантической памяти, возможный симптом патологических изменений в системе памяти, вызванных болезнью.

Выше я уже рассказывала о том, как не могла найти свою машину в гараже. Я торопилась и не обратила внимания, где именно оставила машину, прежде чем убежать на конференцию. По прошествии двух часов я вернулась в гараж и не смогла вспомнить, где припарковалась. Я бродила туда-сюда вдоль рядов, но не находила ее. Уже решив, что машину угнали, я случайно наткнулась на нее. Но причина моей забывчивости была вовсе не в проблеме с извлечением информации из памяти. Меня подвел недостаток внимания. Я ничего не забывала. Я не обратила внимания на место парковки, и у меня просто не сформировалась память о нем.

А вот какая история приключилась с Грегом. Однажды – тогда он еще водил машину – Грег поехал на своем желтом джипе на свалку. Вышел, выбросил мусор и в растерянности остановился, недоумевая, как доберется до дома. За одну минуту он забыл, что приехал сюда на машине. Желтый джип стоял прямо перед ним, но эта самая очевидная из подсказок не смогла активизировать ни его эпизодическую память (Ты только что приехал сюда на машине), ни семантическую память (Этот желтый джип – твой).

Он принялся решать проблему доступными ему способами и стал перебирать возможные варианты. «Я мог позвонить Коннору [сыну]. Мог пойти пешком. Мог попросить кого-нибудь, чтобы меня подвезли. Я оглядывался в поисках того, кто отвезет меня домой, так и не вспомнив, что приехал сюда сам. Не осознавал, что стою прямо перед своим желтым джипом».

А потом подсказка вдруг каким-то образом нашла нейронный путь, не блокированный болезнью, и запустила активацию памяти. «Погоди, это же мой джип. Я приехал сюда на нем. Я могу поехать домой. Свет в мозге выключается, а затем, слава богу, включается снова». По крайней мере, пока.

Болезнь Альцгеймера также поражает миндалину и остальные структуры лимбической системы, отделы мозга, управляющие настроением и эмоциями. Таким образом, печаль, гнев или похоть могут выйти из-под контроля. Ваш отец, который всегда был очень спокойным, теперь подвержен приступам ярости, которые вас пугают. Грег регулярно впадает в ярость. Моя бабушка начала прикасаться к каждому красивому мужчине в супермаркете.

Болезнь Альцгеймера захватывает и нейронные сети, хранящие мышечную память. Когда это происходит, пациенты забывают то, что они умели делать. Грег забыл, как писать букву Q. Моя бабушка разучилась обращаться с чековой книжкой, играть в бридж и готовить. В конечном счете люди, страдающие болезнью Альцгеймера, забывают, как одеваться, как ходить в туалет, как есть мороженое, как глотать пищу.

Болезнь Альцгеймера в первую очередь влияет на формирование новых воспоминаний, но в конце концов разрушает нейронные связи, хранящие наши старые, уже сформированные воспоминания. На этой стадии моя бабушка перестала меня узнавать. Я со страхом жду того дня, когда Грег забудет, кто я такая. В отсутствие лечения этот день, к сожалению, неизбежно настанет.