Лайон Спрэг – Ружье на динозавра (страница 49)

– Робертсонианцы.

Гроув-Спэрроу показывал на четырех похожих на барсуков существ с респираторами на длинных мордах.

Райд громко позвал:

– Хобарт! Нет, их хозяев еще нет.

– Ну пусть подождут; им это все равно, – сказал Гроув-Спэрроу. – А вот и османианцы.

– Они… э-э-э… они мои, – сказал Райд, голос его поднялся до обескураженного писка.

Группа зевак собралась на южном конце платформы, чтобы поглазеть на инопланетян. Близко никто не подходил.

Сложение османианцев (названных так потому, что их планету открыл доктор Махмуд Осман), могло вызвать в памяти кóзлы для пилки дров, только вместо четырех ножек у них было двенадцать эластичных щупалец, по шесть с каждой стороны, на которых они шустро передвигались. Выглядели они одинаково что спереди, что сзади, но перёд можно было отличить по двум большим лягушачьим глазам сверху и ротовому отверстию между крайней парой щупалец.

– Вы наш хозяин? – спросил ведущий османианец оживленным голосом. – О, как приятно, дорогой прекрасный мистер Райд.

Османианец бросился на Райда, поднявшись на шести задних щупальцах, чтобы заключить его в объятья шестью передними. Он также запечатлел влажный поцелуй на щеке Райда. Прежде чем тот смог освободиться от этих ужасных объятий, второй османианец налетел на него и поцеловал вторую щеку. Поскольку эти существа весили больше восьмидесяти килограммов каждое, Райд пошатнулся и осел на бетон, объятый щупальцами.

Османианцы выпустили хозяина. Гроув-Спэрроу помог Райду подняться на ноги, сказав ему негромко:

– Не надо выглядеть таким шокированным, старина. Они просто стараются держаться по-дружески.

– Я забыл, – пролепетал османианец размером побольше. – Ваш метод приветствия – это пожимать переднюю конечность, не так ли? – Он протянул щупальце.

Райд осторожно протянул руку. Османианец схватил ее тремя щупальцами и так энергично тряс, что чуть не повалил его с ног.

– Давайте танцевать! – вскричал османианец, вращаясь вокруг себя и кружа Райда. – Гук-гук-гук! – Это неприятное кашляющее кудахтанье заменяло османианцам смех.

– Нет-нет, Стерга! – остановил его Гроув-Спэрроу. – Отпустите его! Он должен распределить делегатов.

– А, ладно, – сказал Стерга. – Может, кто-нибудь хочет побороться? Вы, мадам? – обратился османианец к миссис Майер, полной даме в годах.

– Пожалуйста, нет. – Миссис Майер спряталась за Гроувом-Спэрроу. – Я должна встречать фореллианцев.

– Успокойтесь вы оба, – сказал Гроув-Спэрроу. – Займетесь физкультурой попозже.

– Надеюсь, что так, – произнес Стерга. – Возможно, мистер Райд поборется с нами у него дома, гук-гук. Это самый главный спорт на Ньёхпе.

Ньёхп – это имя планеты Османия на языке Стерга. Османианцы разговаривали друг с другом на своем языке, пока Райд лихорадочно соединял хозяев и гостей. Оставшаяся часть «Квакера» с тарахтением укатилась.

Когда каждая группа гостей была отослана с их хозяевами, а фореллианцы заползли на грузовой тягач, четыре маленьких робертсонианца продолжали сидеть на платформе. Хобартов все еще не было видно. Служащие железной дороги выкатили из багажных вагонов клети, помеченные как «Пища для фореллианцев», «Пища для стайнианцев» и так далее.

Райд сказал Гроуву-Спэрроу:

– Послушайте, я… я должен найти водителей грузовиков и раздать им адреса, куда ехать. Вы присмотрите за османианцами и робертсонианцами, пока я не вернусь?

– Ладно.

Райд умчался, за ним последовали два носильщика, толкавшие ручные тележки с клетями. Когда он вернулся, робертсонианцы все еще сидели безутешным кружком. Не было следов ни Гроува-Спэрроу, ни Минга, ни Хобартов, ни османианцев. На бетоне валялось разбитое стекло и виднелось пятно жидкости с запахом алкоголя.

Обезумевший Райд заозирался и вдруг почувствовал, что кто-то тянет его за штанину. Один из робертсонианцев спросил:

– Пожалуйста, дет ли следов нашего хозяина?

– Нет, но он придет. Что случилось со всеми остальными?

– Ах это. Оди лежали да платформе и ждали, тут подошел землянин, который шатался туда-сюда, будто он болен. Он увидел мистера Минга и сказал что-то насчет грязных иностранцев. Мистер Минг притворился, что не слышал, тогда этот человек сказал, что может вздуть кого угодно. Я полагаю, что он имел в виду ваш обычай, который называется «поцелуи», но не похоже было, что он кого-нибудь любит.

– И что случилось?

– О, османианцы поднялись, и Стерга сказал: «Этот приятный мужчина хочет бороться, пойдем, Сви». Они направились к человеку, который видел их первый раз в жизни. Человек достал бутылку из кармана и бросил ею в Стергу, говоря: «Возвращайся в преисподнюю, из которой выполз!» Бутылка разбилась. Человек побежал. Стерга и Сви побежали за ним, призывая его остановиться и побороться. Мистер Гроув-Спэрроу и мистер Минг побежали вслед за ними. Это все. А теперь, пожалуйста, найдите людей, которые должны нас принимать.

Райд вздохнул:

– Сначала я должен найти всех остальных. Ждите здесь…

Он встретил пропавших членов экспедиции, возвращающихся на платформу.

– Пьяница на пути в полицейский участок, – сказал Гроув-Спэрроу. – Все еще не видно Хобартов?

– Нет, но это не удивительно.

– Почему бы вам не отвезти робертсонианцев к дому Хобарта?

– Вероятно, мы разминемся с Хобартами. Хотя вот что, я позвоню им, чтобы узнать, выехали ли они.

Телефон у Хобартов ответил.

Клара Хобарт сказала:

– О, Милан! Мы как раз собирались выходить. Извини, что опаздываем, но ты же знаешь, как это бывает.

Райд, сопротивлявшийся позыву заскрипеть зубами, действительно знал, как это бывает с Хобартами. У них была манера приходить на вечеринку как раз когда все уже уходили.

– Оставайтесь на месте, и я доставлю вам гостей примерно через час.

Он попрощался с Гроувом-Спэрроу и Мингом, которые возвращались в Нью-Хейвен. Затем он подогнал две группы инопланетян по пандусу к своей машине.

Для человека, который ненавидит выделяться среди других, поездка в Парфию оставляла желать лучшего. Робертсонианцы свернулись в один большой пушистый клубок на переднем сиденье и спали, а вот османианцы скакали на заднем сиденье, возбужденные и говорливые, показывая во все стороны всеми щупальцами, высовывали их из окон и махали прохожим. Большинство людей достаточно прочитали об инопланетянах и видели их по телевизору, так что не слишком удивлялись. Но если в окно твоей машины, мирно ожидающей зеленого на светофоре, вдруг просовываются щупальцы, это все еще пугает.

После того как османианцы едва не учинили аварию, Райд строго приказал им держать щупальца внутри машины. Он завидовал Наглам и Крессам, которые улетели со своими гостями домой с крыши почты на частных вертолетах.

К западу от Саскуэханны скоростное шоссе Пьемонт поворачивает к югу по направлению к Уэстминстеру, чтобы проскочить мимо Балтимора и Вашингтона. Милан Райд свернул и продолжил ехать на запад. В ответ на его мольбы османианцы вели себя довольно тихо. Около Йорка он уткнулся в повозку амишей, которую не мог обогнать из-за сплошного трафика.

– Что это? – спросила Сви.

– Двуколка, – ответила Луиза Райд.

– Какая из них – вот эта вещь с колесами или животное, которое ее тянет?

– Вещь с колесами. Животное называется лошадью.

– Это разве не примитивная форма транспорта у вас тут? – спросил Стерга.

– Да, – сказала Луиза. – Этот человек ездит на ней из-за его религии.

– И поэтому он носит эту круглую черную шляпу?

– Да.

– Я хочу эту шляпу, – сказал Стерга. – Я думаю, что она мне пойдет, гук-гук-гук.

Райд обернулся:

– Если хочешь земную шляпу, ее надо купить. Эта шляпа принадлежит этому человеку.

– Я все равно ее хочу. Если Земля хочет получить от нас лицензию на добычу, она может позволить себе купить мне одну шляпку.

Встречный трафик на минуту ослаб. Райд начал обгонять двуколку. Как только автомобиль поравнялся с ней, Стерга просунулся передней частью в боковое окно и щупальцем сдернул черную шляпу с головы амиша.

Широкое красное лицо старовера с бакенбардами до подбородка повернулось к машине. Его голубые глаза выпучились от ужаса. Он издал пронзительный крик, спрыгнул с повозки, перемахнул через разделяющее ограждение и побежал в поле.

Когда машина обогнала повозку, лошадь тоже увидела Стергу. Она взвизгнула и побежала в противоположном направлении, волоча бешено скачущую повозку.

Райд ударил по тормозам.

– К черту! – завопил он.