Лаура Винтер – Белый - цвет страсти (ЛП) (страница 15)

— Если бы я этого хотел, я бы прилетел на вертолете, — у меня округляются глаза, и я думаю, что это шутка, но Дин говорит серьезно.

— У меня есть различные возможности для полета. От вертолета до самолета. На случай, если ты хочешь в Англию или во Францию, Канаду, Гавайи… достаточно одного звонка, и я доставлю тебя в любое место мира.

— Но почему? — спрашиваю я его неуверенным голосом.

— Ты мне нравишься. Я увидел тебя и захотел непременно узнать тебя поближе. Ты должна дать мне шанс взглянуть на настоящую тебя, — настоящую меня? По какой — то причине то, что он говорит, звучит очень романтично.

— Может, тогда мы поедем или у тебя еще есть какие — то вопросы ко мне? — я качаю головой.

— В ресторан, пожалуйста, — говорит Дин в переговорное устройство. Лимузин медленно отъезжает. Мотор едва слышно.

— Это электромобиль? — наивно спрашиваю я.

— Да, специальная модификация.

Возможно, пришло время больше узнать о Дине. Он заслужил этот шанс.

— Что ты делаешь целый день? Как это выглядит, когда ты биржевой гуру?

Кажется, Дин не удивлен. Он спокойно отвечает на мой вопрос.

— Я особо ничего не делаю. После того, как я встаю утром, читаю в интернете или в газетах, как изменился курс. Мне приносят завтрак, потом я еду в свою фирму и проверяю некоторые цифры с моим доверенным лицом. Честно говоря, это очень скучно, но только так я могу гарантировать рабочие места. Обедаю я чаще всего один или с сотрудниками. Иногда я встречаюсь со своим лучшим другом. А после обеда я снова работаю, пока все не выясню. После этого еду домой.

— А этот лучший друг…

— Леон Хантер, если его имя тебе о чем — то говорит.

— А это не тот…

— Да, это он.

— Да…

Дин смеется и, ухмыляясь, добавляет:

— Он мой лучший друг, которому я доверяю, кроме Лиз, с которой ты уже познакомилась.

— Ммм, понятно. А… у тебя есть увлечения? — я веду себя сейчас совсем не так, если быть честной.

— Ты пытаешься меня допросить? — Дин скрещивает руки на груди и закидывает одну ногу на другую. О, как это сексуально.

— Я? Нет. Я пытаюсь узнать тебя лучше. То, что я нашла про тебя в интернете и то, что про тебя пишут, видимо неправда.

— Что же там написано?

— Ну… что ты всегда дружелюбен и щедрый, когда жертвуешь деньги на благотворительность. Но там ничего нет про твои прошлые отношения…

— Ах, вот что ты хочешь узнать, так бы и сказала! — Дин смеется, а потом объясняет мне: — Честно говоря, с тобой у меня первое свидание за последние два года.

У меня в ужасе округляются глаза, и я не знаю, что я должна на это ответить.

— Когда я работал в банке, у меня были знакомые, но тогда и речи не было о большой любви. Никого, с кем бы я мог мечтать о большем. Ты первая, с кем бы я хотел попробовать.

— Первая? Правда?

— Непросто познакомиться с женщиной, которая действительно заинтересуется мной. Тот вечер на концерте не был запланирован, честно говоря.

— Чтобы подцепить меня? — дерзко отвечаю я и также скрещиваю руки на груди.

— Точно. Я увидел тебя и должен был с тобой заговорить. Но то, что мы так далеко зайдем, я не предполагал. У тебя сейчас совершенно неверное представление обо мне, и я его с радостью изменю.

— Ты… не хотел со мной спать?

— Нет. Я хотел поговорить с тобой, пригласить тебя на ужин, узнать тебя и… да. Все произошло не так, как было запланировано, но жизнь всегда идет не по плану.

— Мне понравился вечер с тобой, — говорю я. И это правда…

— Где же «но»? — спрашивает Дин после нескольких минут молчания.

— Как я должна сочетать это с работой? — прямо спрашиваю я. — Нам всегда придется встречаться тайно? — продолжаю я злым тоном, что, кажется, удивляет Дина.

— Я понимаю твои мысли, касающиеся твоей карьеры. Когда я буду появляться с тобой в обществе, назову твое имя в интервью, и наши фото появятся во всех газетах и интернет — порталах, тебе придется непросто, как специальному агенту. Если мы будем держать это в тайне, мы не сможем никуда выйти. Хотя я и без того очень ограничен. Просто сходить в кино или пройтись по городу я тоже не могу. Прямо сейчас позади и впереди нашего лимузина едут две черные машины с моей охраной, которые меня защитят в худшем случае. И тебя, конечно, тоже, потому что ты принадлежишь мне.

— Об этом — то я и волнуюсь. Я получила свою должность тяжелым трудом и все испорчу.

— Тебе хотелось бы держать наши отношения сначала в тайне, а когда мы будем уверены, то…

— Ты уже планируешь наше будущее? — я засмеялась и не заметила, как Дин сел около меня. Когда я открыла глаза, увидела, что Дин сидит рядом со мной.

— Я много чего представляю с тобой, — Дин кладет свою руку мне на бедро и пододвигается ближе.

— И я не могу забыть этого мальчика… — хотя у меня было романтическое настроение, этим я его полностью разрушила.

— Какого мальчика?

— Калеба. Того мальчика с глазами, словно из кубиков льда. Они были такими светлыми, почти белыми… почти как у тебя. Разве могут быть такие совпадения? — я снова прикоснулась к камню на цепочке и посмотрела на Дина умоляющим взглядом.

— Для тебя бы что — то значило, если бы я был тем мальчиком из прошлого? — спрашивает он меня нежным голосом.

— Вообще — то это было бы нелепо. Так много лет прошло. Но я провела с этим мальчиком прекрасное время моей жизни…

— Детские воспоминания всегда прекрасны, не так ли? — Дин целует меня в висок, и я чувствую его руку у себя на предплечье. Ему не нужно меня заставлять, я добровольно прижимаюсь к его груди и закрываю глаза. Как хорошо, действительно хорошо снова быть с кем — то рядом. В присутствии Дина я чувствую себя такой защищенной, как уже долго не чувствовала.

— Да, возможно, — бормочу я. Я чувствую себя фантастически, просто от того, что чувствую его руку на своей обнаженной коже, пусть это и всего лишь предплечье. Так, как будто это было обыденно.

— Возможно? — спрашивает Дин беспокойным голосом, что я отклоняюсь от него.

— Мои родители рано умерли, мне было пять. Но до этого у меня было прекрасное детство.

— Слишком рано… мне действительно очень жаль. Мои родители тоже рано умерли, так что я знаю, какого этого.

Я смотрю на Дина, когда он это мне говорит, и спрашиваю его:

— Как это произошло? — но Дин улыбается и приближается к моим губам. Я уклоняюсь от его поцелуя и снова смотрю в окно. Дин чувствует, что мне нехорошо, и убирает свою руку с моей руки.

— Есть новая информация об убийстве Абрахама Брукса? — спрашивает он меня после нескольких минут молчания.

— Об этом я не могу разговаривать с тобой, — тут же отвечаю я.

— Сегодня до обеда я был на одной встрече с Шоном, и я могу сказать, что посвящен во все и тебе можно со мной об этом говорить.

— И почему ты тогда спрашиваешь меня, если знаешь больше, чем я? — я снова смотрю на Дина, который смотрит на меня немного смущенно.

— Я просто ищу общую тему для разговора, — да, разговаривать об умерших родителях плохая идея, но это моя вина.

— Прости. Я немного напряжена.

— И я сначала был… — Дин улыбается и пристально смотрит на меня. Почему — то я не могу его понять. Сейчас он, кажется, нервничает, но как будто переигрывает. Его глаза смотрят на меня изучающе, как будто он пытается заглянуть в мою душу.

— Думаешь, это был яд? — наконец, спрашиваю я Дина.

— Они ничего не нашли, хотя тут же обследовали его тело, — отвечает он мне.

— Это не входит в мою компетенцию. Если бы это был яд, мы бы его нашли. Это какая — то химия, которая в течение нескольких минут или даже секунд наносится на тело, но при этом убивает. Но тот, кто дал его в руки этого убийцы, настоящий монстр.

— Ты думаешь?

— Конечно! Он есть и остается убийцей!