Лаура Липман – Девять пуль для тени (страница 42)

Тесс кивнула.

— Стало быть, вы знаете, что там всегда спокойно — все равно как дома. Мои родители высадили нас там, дали немного денег и велели заняться чем угодно. Эрик был на четыре года старше меня. Ему до смерти не хотелось возиться с младшей сестренкой.

— Да уж, — буркнул Карл. — Мальчишки… все они такие.

Нотка понимания и сочувствия в его голосе подействовала на Хэлли, как глоток спиртного. Она заговорила — торопливо, словно желая облегчить душу.

— Он удрал от меня, встретив кого-то из своих одноклассников. Не только мальчиков. И девочек, конечно. Собственно, все они увязались за девчонками. Я, конечно, подняла жуткий рев, тогда он дал мне денег и велел в пять часов ждать его у входа. Если честно, он дал мне кучу денег, но я все равно злилась. В глубине души я предвкушала, как наябедничаю родителям, и они отлупят его ремнем за то, что он оставил меня без присмотра. Но вот пробило пять, а его все не было. Он не шел… и не шел…

Ее обветренное, цвета красного дерева личико плаксиво сморщилось, и Тесс словно воочию увидела перед собой маленькую девочку, одиноко переминающуюся перед входом в ожидании того, кто так и не придет. Она почти физически почувствовала, как медленно тянется время, как злость и раздражение в ее душе сменяются отчаянием, а потом и страхом, и как все это, точно грозовая туча, заволакивает гнетущее ощущение надвигающейся беды.

Даже если ты умеешь держать себя в руках.

— Тут вернулись родители и накинулись на меня с вопросами, где Эрик. Честно говоря, к тому времени я и думать забыла о том, как собиралась наябедничать на него. До нас уже дошло, что он попал в беду, только я не представляла, что это может быть, потому что они так сильно любили его. Да простит меня Бог, но мне всегда казалось, что мама в глубине души обвиняет в его смерти меня. Может, за то, что взяла эти деньги и позволила ему уйти. Она всегда как-то умудрялась дать понять, что это была моя вина. В конце концов мы нашли его. Он лежал в кустах, под деревьями, довольно далеко от детской площадки.

— Он был уже мертв?

Тесс испуганно моргнула. Иной раз грубоватая прямота Карла слегка коробила ее, но Хэлли, казалось, просто не обратила внимания.

— Возможно. Приехала «Скорая», его отвезли в больницу. Нам сказали, что они, дескать, сделали, что смогли, но было уже слишком поздно.

— И все-таки, умереть так сразу, от приступа астмы… — Карл покачал головой.

— Да нет, дело тут не в астме. Во всем виноваты моллюски и крабы. У Эрика на них была страшная аллергия, просто жуткая! Глупость какая-то — родиться в здешних краях и страдать от аллергии на них, верно? Мы всегда шутили, что, когда ветер дует с океана, Эрик всякий раз на волосок от смерти. Вот и досмеялись. Оказывается, в гамбургер попал кусочек краба. И кусочек-то был крохотный, а вот чем все закончилось. Кто-то просто жарил котлеты для гамбургеров и крабов на одном гриле.

— У меня тоже аллергия на ракообразных, — призналась Тесс. — Но даже если случился приступ, всегда есть минута, чтобы принять антигистаминный препарат. И если вы настоящий аллергик, то он у вас всегда с собой.

— Да. Конечно. Но либо у Эрика его не было, либо он просто не успел его принять.

— Так он был один? — Хороший вопрос! Что называется, по делу. Тесс одобрительно подмигнула Карлу.

— Нам сказали, что, скорее всего, один.

— Понятно, что сказали. А сами-то вы что думаете?

Губы Хэлли вытянулись в ниточку. Судя по всему, она изо всех сил старалась не заплакать. Лицо у нее сморщилось, и Тесс вдруг с тоскливым чувством поняла, что все эти морщины вовсе не из-за палящего солнца.

— Нет. Нет, я так не думаю. Кто-то наверняка с ним был. Но, кто бы это ни был, вероятно, он просто струсил и удрал. Они… — женщина испуганно понизила голос, словно все это еще оставалось страшной тайной, которую она вдруг решилась доверить им, — …мальчишки, я хочу сказать… Так вот, они втихаря покуривали и пили пиво. Я заметила окурки, а рядом — упавшую сигарету. Папа украдкой спрятал ее в карман, но я до сих пор помню все, как будто это случилось только вчера.

— А вы не заметили, с кем он ушел?

— Я видела его в компании одноклассников. Но потом его дружки сказали, что он ушел с какой-то девочкой. Она клялась и божилась, что ничего такого не было, и ее подружка это подтвердила — дала честное слово, что они все это время были вместе. А теперь кто знает? Может, и был с ним кто-то, а может, нет.

Карл наклонился к ней так близко, что мог взять ее руку в свои. Но у него хватило ума и деликатности этого не делать.

— А что вы думаете обо всем этом, миссис Лэнгли?

— Мисс Шиверс.

— А я подумал…

— Я оставила мужа почти шесть лет назад, так что теперь, думаю, могу с полным правом называть себя мисс Шиверс. — Она вдруг сдвинула брови, словно задумалась о чем-то. — Хотя Лэнгли звучит куда лучше чем Шиверс, верно?

— Приятная фамилия. И очень вам идет. Но Шиверс тоже неплохо. И потом, это ведь фамилия, которую носит ваша семья.

— Скоро уже некому будет ее носить… — Хэлли затрясла головой, будто стараясь оживить какие-то воспоминания. — Простите, что вы спросили? Ах, да… Нет, не думаю, что он был один. Мне кажется, что он действительно удрал от всех с той девочкой, Беккой. Бекка Гаррисон ее звали. Его приятели знали бы, что делать, будь они с ним, ведь все они вместе выросли.

— А она разве не отсюда?

— Да, она ходила в старшую школу, но вообще-то она с Ноттинг-Айленда. Это остров такой, ребятишек с него возили сюда в школу. Мы вечно дразнили их, что они, мол, с Неверлэнда.[18] Глупо, конечно, но они страшно бесились из-за этого. Господи, почему в детстве все обязательно дразнятся?

— Странно… Мне казалось, я неплохо знаю побережье. А вот о Ноттинг-Айленде слышу в первый раз.

— А о нем вообще мало кто слышал.

— Он к чему ближе — к Виргинии или к Мэриленду?

— Мы тут часто шутим, что это зависит от того, что сейчас — отлив или прилив, — улыбнулась Хэлли. — Официально остров относится к Мэриленду. Как и остров Смита. Когда-то это вообще был один остров, только потом он разделился на две части.

Тесс почувствовала, что молчать и дальше уже свыше ее сил.

— А ее семья все еще живет там?

Карл метнул в сторону Тесс неодобрительный взгляд — словно безусловный лидер на вырвавшегося вперед молодого гонщика. Однако в ее глазах это казалось очень важным. При невыясненных и довольно странных обстоятельствах умирает мальчик, и вот спустя столько лет его имя и номер страховки использует человек, решивший скрыть свое собственное. А кто мог знать точно, что Эрика Шиверса давно нет в живых, и что если обман и вскроется, то нескоро? Только тот, кто был свидетелем его смерти. Возможно, время прояснило память этой самой… как бишь ее звали? Ах да, Бекка.

— Не знаю, право. Как-никак, пятнадцать лет прошло. Сейчас я даже с трудом помню ее лицо. Надо же, Бекка Гаррисон. Заметьте, не Ребекка, а именно Бекка. Стоило только назвать ее Ребеккой, как она просто на стенку от злости лезла! «Ребекка — это та, что в Библии. А я — Бекка!» Вот поди ж ты! Будто это стыд какой, если тебя назвали библейским именем.

— Зато, возможно, — перебил ее Карл, — эта ваша Бекка не скажет, как сказала библейская Ребекка: «Я пойду», когда слуга Абрама явился выбрать для него жену.

Хэлли кивнула. Тесс, вечно путавшая Ребекку и Исаака с Яковом и Рахилью, поняла, что выбыла из игры. По крайней мере на этом отрезке.

— Уж эта девчонка никогда бы так не сказала! Никому на свете.

— Тогда, значит, ничего странного, если она до сих пор живет в ваших краях.

— А вот и нет. Уехала! Скользкая она была — как угорь. Одна из тех, кто мечтал сбежать отсюда куда подальше. Но местные наверняка еще помнят ее. Возможно, кто-то даже знает, куда она подалась. Впрочем, не думаю, чтобы вам это помогло.

— Почему? — влезла в разговор Тесс. Карл сурово нахмурился, давая понять, что она нарушает условия их договоренности. Но Тесс и так уже извелась. И вообще хранить молчание было не в ее привычках.

— Да просто она не из тех, кто готов признаться, что когда-то сделал что-то не так или ошибся. Вечно нос задирала, точно королева какая. Мисс Совершенство! Послушайте, мои родители уверены, что никто не хотел причинить Эрику зло. Это просто трагическая случайность. Вы хотите убедить кого-то сознаться, верно? А люди боятся, они не верят, что вы их простите.

— А как добраться до… Простите, опять вылетело из головы, как называется этот остров?

— Ноттинг, — повторила Хэлли. — Тот, что за островом Смита, к западу. Вы сразу узнаете его — кажется, что за ним вообще уже ничего нет.

— А как туда попасть?

В первый раз за все это время Хэлли улыбнулась.

— Обычно на лодке. Вплавь не стоит — только если вы уж очень сильный пловец.

Глава 20

— Ишь чего захотели! Нет никакой лодки, чтобы на Ноттинг попасть! — проворчал мужчина с грубоватым, словно высеченным из камня лицом. Сидя в лодке, он жевал сэндвич, время от времени поднося к губам что-то, завернутое в бумажный пакет, и вслед за этим слышалось громкое бульканье. У Тесс заурчало в животе — за весь этот день она так и не нашла времени перекусить, а вместо этого только и делала, что смотрела, как едят другие.

— Тогда как же туда добираются люди? — поинтересовался Карл.

— Регулярной переправы туда нет, вот что. Ни катера, ни парома. Хотите попасть на остров, договоритесь с кем-то.