Ларс Кеплер – Лунатик (страница 91)

Очки тут же запотевают, он снимает их, щурится, вглядываясь в глубину коридора, и нерешительно делает шаг вперёд.

На оранжевом фоне впереди вырастает размытая фигура.

Его палец подрагивает на спусковом крючке.

В доме слишком тихо, словно он затаил дыхание.

Петрус снова надевает очки и понимает, что это всего лишь большая картина на стене.

— Что там? — спрашивает за его спиной Дэнни, заглядывая в гардероб слева.

— Проблемы со зрением, но уже всё в порядке.

Они прикрывают друг друга, быстро осматривая помещение и продвигаясь вглубь дома.

В одну сторону коридор ведёт к нескольким спальням, в другую — в роскошную многоуровневую гостиную. Лестница со стеклянными перилами уходит наверх.

Сверху доносится неровный скрип, словно ребёнок пытается продвинуться вперёд на лошадке‑качалке.

В дальнем конце гостиной распахнута раздвижная дверь в заснеженную зону бассейна. Цепочка мокрых следов тянется прямо по деревянному полу и ковру.

Петрус чувствует прилив страха за Дэнни и бросает на него взгляд. Молодой коллега тяжело дышит полуоткрытым ртом, глаза напряжённые и настороженные. Чёрный пистолет — обычный «Глок‑45» с поцарапанным стволом — дрожит у него в руке.

Петрус делает ещё шаг, затем останавливается. Он понимает, что его прошиб холодный пот, когда взгляд падает на огромное окно от пола до потолка. В нём отражается тускло освещённая гостиная.

Они с Дэнни стоят совершенно неподвижно, как пара заблудившихся гостей в стеклянном замке, когда краем глаза он замечает резкое движение.

Петрус оборачивается и слышит тяжёлый грохот снега, обрушившегося с крыши на землю.

Сердце колотится.

Ему кажется, что за ними наблюдают, и он поднимает взгляд. Сквозь стекло виднеется наклонное окно на втором этаже.

— Пингу, — тихо говорит Дэнни, указывая на следы, ведущие к спальням.

Петрус опускает оружие, позволяя рукам чуть отдохнуть, и они возвращаются в прихожую.

Где‑то снаружи заводится автомобильный двигатель.

Петрус снова берёт инициативу, поднимает свой «Зиг‑Зауэр» и проходит в гардеробную с белым ковром, зеркалами в золотых рамах и светлыми деревянными шкафами.

Одна из дверец распахнута, загораживая ему обзор.

Петрус понимает, насколько напряжён, когда в голове всплывает безумный Дон Кихот из супермаркета, спрятавшийся за этой дверцей в кастрюле на голове, с бледным лицом, тёмными кругами под глазами и самурайским мечом в руке.

Он тянется, чтобы закрыть дверцу шкафа, но та натыкается на что‑то, и по спине пробегает дрожь.

Прижавшись плечом к двери, он видит в зеркале чуть больше тёмной спальни за ней.

По белому ковру тянутся кровавые следы.

Петрус берёт себя в руки и делает небольшой шаг вперёд, ближе к дверце. В зеркале он различает на полу большое тёмное пятно крови и белое кресло.

Он отступает и буквально налетает на Дэнни. Старший офицер встречает взгляд стажёра и жестом даёт понять, что за дверью кто‑то может прятаться.

Адреналин заставляет каждую мышцу покалывать в напряжённом ожидании.

Без единого слова они занимают позиции.

Петрус отсчитывает, и на «три» они обходят дверь и «закрывают» комнату.

За ней оказывается лишь куча сложенных полотенец, свалившихся с полки и заблокировавших дверцу.

В воздухе тяжело висит землистый запах крови и мочи.

С оружием наготове они проходят в спальню, где плотные шторы наполовину задернуты.

— Господи… — бормочет Дэнни.

На полу, в огромной луже крови, лежит труп. Голова укатилась под кровать.

На тумбочке вспыхивает экран телефона с новым сообщением, и в этом внезапном свете двое офицеров видят, что комната напоминает бойню.

Кровь разбрызгана по мебели и стенам, капает с потолка и абажуров, блестит на бахроме покрывала.

Дверь в ванную приоткрыта.

Дэнни подходит и толкает её шире. Он направляет пистолет в темноту и на ощупь ищет выключатель.

В мягком свете из матового окна он различает грубую песчаниковую плитку на полу и стенах. Там круглая ванна, открытый душ с двумя лейками под потолком и невидимый слив.

Шок от увиденного накрывает его с новой силой, пистолет в руке так сильно дрожит, что приходится подпереть его другой.

Словно в полусне, он слышит, как Пингу сообщает по рации, что жертва обезглавлена, а убийца, вероятно, уже скрылась.

— Мы думаем, Нина всё ещё наверху.

Дэнни нужно на холодный воздух. Он чувствует, что сейчас развалится на части, будто вот‑вот взорвётся от страха.

Петрус смотрит на него, затем подходит, обнимает и говорит, что эмоции могут подождать.

Он отпускает молодого коллегу и внимательно его разглядывает.

— Ты в порядке?

— Думаю, да. Спасибо, — отвечает Дэнни, расстёгивая молнию куртки.

Петрус слышит тихий скрежет, но не может понять, откуда он.

Он оборачивается, поднимает пистолет, возвращается к дверям ванной и заглядывает внутрь.

Сердце начинает биться чаще, когда он понимает, что звук мог исходить от одной из вешалок в гардеробной.

Он разворачивается обратно в спальню и видит, как Дэнни упирается одной рукой в стену, а другой прикрывает рот.

Низкий скрежет повторяется, но теперь это уже не металл о металл. Это металл о камень, лезвие топора о грубую песчаниковую плитку.

Глава 66.

Йона мчится по узким дорогам между роскошными виллами, шины рычат по промёрзшей земле. Снежные хлопья танцуют в свете синих фар.

Впереди он видит следы шин своих коллег на снегу, следы торможения и столкновения с мусорным баком. Он сбрасывает газ, пролетает по заснеженной полосе посередине дороги и снова ускоряется на выходе из поворота.

Всё происходит очень быстро, как часто случается, когда судьба человека уже решена. Короткое мгновение одновременно сверхъестественного величия и вульгарной обыденности.

Петрус Лит успевает лишь осознать, что скрежет напоминает звук металла о песчаник, и довести эту мысль до конца, как его череп сзади раскалывается надвое.

Фактически он уже мёртв, когда получает удар ногой в спину и падает вперёд.

— Пингу?

Дэнни оборачивается и видит окровавленную фигуру с длинными светлыми волосами; он успевает поднять пистолет, прежде чем топор врезается ему в предплечье.

Его рука, всё ещё сжимающая пистолет, падает на пол.

Кровь бьёт из культи мощными струями.

Дэнни видит, как топор снова рассекает воздух, и откидывается назад. Лезвие свистит мимо его лица и вонзается в стену.