Ларри Нивен – Рассказы. Часть 2 (страница 62)

Это был провокационный вопрос… В прошлый раз, когда я согласился выполнить работу для кукольника, то едва не погиб. Правда, большой обиды на президента филиала «Дженерал Продактс» за то, что тот втравил меня в кошмарную историю с нейтронной звездой, не было, в конечном итоге я неплохо на ней заработал, но позволить кукольникам ещё раз беспардонно воспользоваться мной…

— Вы, наверное, решили, что нашли пилота со склонностью к суициду, готового в любой миг пожертвовать жизнью ради вашего бизнеса? — Я снова вернулся к созерцанию убийственной для зрения картины.

— Вовсе нет. Обещаете, что всё, рассказанное сейчас мной, останется между нами?

— Даю слово.

В какой уже раз попадаюсь на удочку собственного любопытства!

— Пойдёмте. — Кукольник танцующей походкой направился к телепортационной кабине.

Несколько неприятных мгновений — и мы очутились в одной из вакуумных областей Джинкса, где сейчас царила глубокая ночь. В небе ослепительно горела яркая точка Сириуса В, заливавшего гористый ландшафт холодным голубым светом, но я не нашёл на небе Байнари — огромный оранжевый спутник Джинкса. Значит, мы на внешней стороне планеты. А потом я забыл и про Сириус, и про Байнари, уставившись на то, что висело над нами.

Это была модель межзвёздного корабля номер четыре, выпускаемая «Дженерал Продактс», — прозрачная сфера в тысячу с лишним футов диаметром. Большего корабля в Галактике просто нет. Только богатое государство может приобрести подобный корабль, и, как правило, их используют для колонизации отдалённых планет.

Но этот корабль явно предназначался для других целей: снизу было видно, что его брюхо битком набито приборами. Наша телепортационная кабина находилась между лапами шасси, как мышь между лапами совы, от двери кабины к люку корабля сквозь вакуум вёл туннель.

— Что, «Дженерал Продактс» начал самостоятельно заниматься оснащением кораблей? — полюбопытствовал я.

— Мы думали об этом… Но столкнулись с определёнными трудностями.

Хм, странно, что кукольники не загорались подобной идеей раньше! «Дженерал Продактс» выпускала девяносто пять процентов корпусов для космических кораблей, потому что никто, кроме кукольников, не владел секретом непроницаемых обшивок. Однако почти всё внутреннее оборудование «Дженерал Продактс» была вынуждена закупать у земных фирм, и, конечно, подобное положение вещей рано или поздно перестало устраивать руководство этой огромной компании. Так же как землян давным-давно беспокоила монополия «Дженерал Продактс» на корпуса космических кораблей.

Значит, кукольники решили выпускать полностью готовые к эксплуатации корабли, так-так…

Но то, что я увидел, нельзя было назвать хорошим началом. Помещение для экипажа, груза или пассажиров занимало всего несколько кубических ярдов, а всё остальное пространство огромного корабля загромождали разные приборы — из них мне были знакомы не больше половины.

— Нелегко вам будет продать эту «четвёрку», — поделился я своими соображениями. — Если покупатель будет покрупнее малютки джоклера с Висанды, здешние помещения станут жать ему в плечах.

— Верно. Вы заметили что-нибудь ещё?

— Ну…

Кроме тесно забивших «четвёрку» машин я заметил только одно: к жизненно важным узлам корабля не было никаких проходов. Значит, ремонт в полёте не предусматривался… Дно корабля пронизывали огромные трубы четырёх термоядерных двигателей, но реактивных поворотных двигателей не было — очевидно, внутри находился гигантский гироскоп.

— Похоже, что это всё — гиперскоростные двигатели, — выдал я наконец авторитетное заключение специалиста.

— Когда-то вы работали в компании «Накамура Лайнз», занятой пассажирскими перевозками, — певучим контральто отозвался кукольник. — Скажите, сколько занимает полёт с Джинкса на Гудвилл?

— Если в рейсе не возникнет никаких проблем, то двенадцать суток.

Ровно столько, сколько требуется, чтобы выяснить, какая из пассажирок самая хорошенькая, а пока ты это выясняешь, автопилот выполняет за тебя всю работу, разве что фуражку не надевает. Я не удержался от ностальгического вздоха, вспомнив свою службу в «Никамура Лайнз».

Кукольник разом излечил меня от ностальгии, будничным тоном заявив:

— От Сириуса до Проциона четыре световых года. Наш корабль покроет это расстояние за пять минут.

— Что?! Вы сошли с ума!

— Нет.

Да ведь это почти световой год в минуту! Несколько секунд я насиловал своё воображение, пытаясь представить себе такую скорость… Наконец представил, и у меня отвалилась челюсть: передо мной настежь распахнулась вся Галактика!

В самом деле — что мы знали о вселенной до сих пор? Ничего, кроме того, что сумели увидеть в крошечном освоенном нами районе. А с таким кораблём!..

— Вы шутите, правда? — жалобно воззвал я к своему двухголовому спутнику.

До сих пор кукольникам отказывали в чувстве юмора, но кто знает…

— Я не шучу. — Мои слова, похоже, оскорбили президента филиала «Дженерал Продактс». — Нам сейчас не до шуток! Корабль обошёлся компании в семь миллиардов, не считая нескольких столетий, ушедших на его разработку, но, как видите, внутреннее оснащение занимает слишком много места. Никто не станет покупать у нас корабль, способный взять на борт только одного человека!

Н-да, и даже одному человеку здесь было бы не разгуляться. Я никогда не страдал клаустрофобией, но отправиться к Проциону в такой тесной комнатушке не захотел бы.

— Это комната отдыха, — пояснил кукольник, Видя, что я осматриваюсь по сторонам. — Мы решили, что пилот оборудует её самостоятельно.

— Почему?

— Скоро поймёте.

Кукольник принялся мерить шагами тесное пустое помещение, а я, присев у стены на корточки, наблюдал за ним. Мне нравится смотреть, как ходят кукольники. Даже на Джинксе, где притяжение в полтора раза больше, чем на моей родной планете, их тела, похожие на тела оленей, кажутся невесомыми. Кукольник небрежно переступал крохотными копытцами.

— Надеюсь, вы уже поняли, что нашей фирме удалось создать нечто совершенно уникальное? — спросил он.

Я молча поаплодировал.

— Всю обитаемую часть Галактики из конца в конец корабль преодолеет за полтора часа. Прибавим шесть часов на взлёт и шесть на посадку, предположим, что у места назначения не будет транспортных пробок… Что мы получим?

— Мы получим доказательство сверхвысокого интеллекта цивилизации, к которой вы имеете счастье принадлежать.

Кукольник не обрадовался грубой лести.

— Мы получим корабль стоимостью в семь миллиардов звёзд, способный невиданно быстро доставить в любое обитаемое место Галактики всего-навсего одного человека и ни единой тонны груза! — с горечью воскликнул он глубоким контральто.

Мне показалось, или в этом контральто действительно зазвучали слёзы?

— А если использовать ваш корабль в исследовательских целях? — сочувственно предложил я.

— Кукольники не видят смысла в абстрактном знании, — гордо отрезал мой собеседник.

Это надо было понимать так, что кукольник ни за что не станет рисковать своей драгоценной жизнью и не полетит в исследовательскую экспедицию, а значит, результаты исследований достанутся той цивилизации, подданным которой будет нанятый кукольниками пилот.

— Нет, Шеффер, нам нужны деньги и специалисты, которые сумеют создать пусть не такой быстрый, зато не такой громоздкий аппарат. Фирма «Дженерал Продактс» совершила прорыв в невозможное, но мы не желаем тратить деньги на то, что не принесёт компании доходов. Нам потребуются лучшие умы других разумных цивилизаций и, конечно, огромные капиталовложения. Мы хотим привлечь к себе внимание, Беовульф Шеффер!

— Вы предлагаете мне рекламный полёт? — наконец сообразил я.

Дайте время — и рано или поздно я всё соображу… Вот только иногда бывает уже слишком поздно, особенно когда я имею дело с кукольниками.

— Именно. Мы хотим отправить вас к центру Галактики.

— Ничего себе прогулочка! И сколько времени это займёт?

— Приблизительно двадцать пять дней туда и столько же обратно. Если вы не согласны…

— Нет-нет, этого я не говорил! Но почему вы решили пригласить именно меня?

— Мы хотим, чтобы пилот написал о своём путешествии, написал ярко и красочно. У меня есть адреса и фамилии нескольких пишущих пилотов, но те из них, к кому мы уже обращались, наотрез отказались от нашего предложения. Они считают, что писать, сидя на земле, гораздо спокойнее, чем испытывать новые корабли. Я с ними полностью согласен.

— Я тоже.

— Значит, вы не полетите?

— Хм… Всё зависит от того, сколько вы мне предложите за этот сумасшедший полёт.

— Сто тысяч звёзд и пятьдесят тысяч за рассказ плюс та сумма, за которую вы его продадите.

— Согласен.

Возможно, мне не следовало так быстро соглашаться, но на моём счету оставалось всего две сотни звёзд, к тому же я чертовски боялся, как бы мой новый босс не выяснил, что статью о нейтронной звезде написал вовсе не я.

Меня утешало то, что после успешного завершения полёта я буду нарасхват во всех лётных компаниях и заработаю в сто раз больше предложенного кукольником вознаграждения. Ещё бы! «На наших линиях работает Беовульф Шеффер, первый в мире пилот, побывавший в центре Галактики!» — ведь это шедевр рекламы для любой транспортной компании! И золотой дождь для самого Беовульфа Шеффера, парня, которого я давно и нежно люблю.

Но было ещё кое-что, заставившее меня не задумываясь принять предложение кукольника.