Лариса Теплякова – От Берлина до Белека (страница 3)

Нина рассказала нам, как однажды немцы с обеих сторон стены решительно устремились навстречу друг к другу. Это произошло 9 ноября 1989 года.

– Как же они не побоялись пограничников? – удивилась я.

– Это пограничники побоялись такой толпы, – пояснила Нина. – Ситуация была нестандартная. Народ шёл и шёл. Под натиском людей образовались первые трещины и пробоины.

– Даже трудно себе вообразить! – воскликнула я. – Какие же немцы молодцы!

– Да, немцы добились своего! Потом вино лилось рекой, музыка играла, салют гремел. Даже Мстислав Ростропович приезжал – выступить на развалинах стены. Но вскоре оказалось, что не всё так просто, – ответила Нина. – Ликование сменилось озабоченностью. Стену снесли, и обнажились проблемы.

– Что, не все были рады объединению? – догадалась я. – Нашлись противники?

– Не совсем так, – уточнила Нина. – Своё желание объединиться выразили около 90 % всех граждан. Кажется, к этому не стремился только ленивый, а таких людей среди немцев практически нет. Но путь к истинному единству нации оказался тяжёлым и долгим. Пришлось засучивать рукава, напрягать умы и подтягивать командно-административную систему ГДР к уровню высокоразвитой рыночной экономики ФРГ. Немцы с тех пор шутливо называют друг друга wessi и ossi. В переводе на русский язык – западники и восточники. Так вот, восточники видели богатый ассортимент магазинов, шикарные машины и бытовую технику. Им казалось, что стоит лишь объединиться, и у них тоже появятся все эти прелестные блага буржуазной жизни. Но чудеса бывают только в сказках. Правительству ФРГ пришлось делать переоценку социалистической недвижимости, производственных предприятий, автодорог в бывшей ГДР. Каждый специалист проходил переаттестацию. Даже уголовное право надо было пересматривать, и корректировать приговоры заключенных в соответствии с новыми законами.

Я слушала Нину, затаив дыхание. Она излагала политические и экономические аспекты просто, доходчиво, без сложных терминов, как обычный гражданин, как современник, как участник событий. Эта тема волновала меня, потому что в нашей собственной стране произошёл раскол – в 1991 году СССР распался на ряд отдельных государств. Тогда никто не представлял, к чему приведёт расчленение Советского Союза, и все переживали на свой лад. А немцы поднатужились и объединились в одну державу. И правильно сделали! Так думала я тогда.

– Беспорядков не бывает? Не сталкиваются эти ваши восточники и западники? – спросила Надежда Фёдоровна.

– Надо сказать, что процесс идёт довольно мирно, – заверила Нина. – Немцы законопослушны и благоразумны.

– А что, процесс ещё идёт? – опять удивилась я. – Так и не завершился?

– Нет, не завершился, – улыбнулась Нина. – Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. Но немцы терпеливы и трудолюбивы. Им удаётся соединять преимущества социалистической и капиталистической моделей государственного устройства. Результаты обнадёживают и впечатляют. Мне нравится эта обновлённая страна!

– А что, эту стену так вот и сломали за один день? – изумилась я.

– Нет, конечно, нет! – воскликнула Нина. – И стену убирали долго. Вначале были только проломы, проходы. Все, кому не лень, растаскивали куски стены, откалывали фрагменты, и, надо сказать, всё выглядело весьма неряшливо. Несколько месяцев потребовалось, чтобы привести центр Берлина в порядок.

Я ещё раз внимательно посмотрела в восточную сторону. Отчётливо виднелись башни строительных кранов. Восток германской столицы преображали, реставрировали, облагораживали, благоустраивали.

– Хотите, проедемся по восточному Берлину? – предложила Нина.

– Хотим!

Ульрих ждал нас неподалёку. Мы расселись в микроавтобусе и покатили на территорию бывшей соцстраны – Германской Демократической Республики.

– Я умолкаю, а Ульрих будет вашим гидом на время нашей автомобильной прогулки! – лукаво сказала Нина.

Ульрих пару раз кивнул головой в знак согласия и выждал паузу, словно предоставляя возможность сосредоточиться. Мы переглянулись с Надеждой Фёдоровной – что за шутки? И вдруг наш молодой водитель заговорил приятным густым, бархатным голосом, да как! Он изъяснялся на прекрасном русском языке.

Если я скажу, что мы были удивлены, это будет очень слабое выражение. Мы были сражены наповал. Ульрих рассказывал неторопливо и интересно. Он говорил красиво и литературно. Его речь вызывала искреннее уважение и удовольствие. Конечно же, Ульрих не избавился от акцента, но это свойство придавало ему дополнительное, неизъяснимое очарование.

– Ульрих! – не выдержала я. – Где вы научились так замечательно говорить по-русски?

– Я несколько лет занимался на специальных курсах, – невозмутимо ответил водитель.

– Зачем? – поинтересовалась «бабушка».

– Мне нравится ваш язык. И со знанием языка легче найти хорошую работу, – пояснил Ульрих.

– Ему ещё и девушки русские нравятся, – мягко вставила Нина. – Хорошая работа у него есть. Теперь он мечтает найти русскую жену.

Ульрих нисколько не смутился.

– Да, я думаю, что так было бы хорошо для меня, – очень серьёзно сказал он.

– А мы тебе сосватаем достойную невесту! – пообещала «бабушка». – Есть у меня одна хорошая девица на примете. Поговорим об этом позже.

– Хорошо. Буду рад, – с достоинством ответил Ульрих. – Но сейчас речь не обо мне. Посмотрите, мы едем по знаменитому бульвару Unter den Linden. По-русски – под липами. Сюда перебазировались некоторые организации и представительства фирм, располагавшиеся в Бонне. Процесс реконструкции продолжается. Впрочем, в восточной части везде сплошная реконструкция.

Мы колесили по восточному Берлину примерно минут сорок, а потом поехали в западную часть города. Нина пригласила нас на ужин в небольшой ресторан в знаменитом торговом комплексе «Европа-центр». Помните фильм «Мимино» режиссёра Георгия Данелия по сценарию Виктории Токаревой? Именно здесь очутился главный герой картины, которого блистательно сыграл Вахтанг Кикабидзе. Если бы нас засняли во время пребывания в «Европа-центре», то презабавный получился бы материал, скажу я вам! Такого великолепия нам ещё не доводилось видеть, и потому наши лица отражали широкий спектр человеческих эмоций.

Помимо товарных отделов и ресторанов, этот универсальный магазин имеет интересную достопримечательность – водяные часы. Чтобы понять принцип их действия, нужно внимательно присмотреться к этой системе сосудов, стеклянных шаров и тарельчатых колбочек. Весь механизм наглядно демонстрирует, что время действительно течёт!

В отель возвращались затемно. Берлин сиял огнями, но загадочнее всего выглядела подсвеченная и вращающаяся звезда концерна «Мерседес», которая располагалась на крыше высокого офисного здания на улице Курфюрстендамм. Нина обратила наше внимание на эту относительно новую достопримечательность города:

– Посмотрите, как прекрасен в ночи символ «Мерседес»! Автомобили – страсть немцев! Они любят машины больше всего на свете, и гордятся немецкими марками машин.

– Да, «Мерседес» – машина хорошая! – согласилась «бабушка». – У нас теперь все новые русские мечтают о такой машине!

* * *

В номере Надежда Фёдоровна устало плюхнулась на кровать, даже не раздеваясь.

– Ну, и умотала нас эта Нинка Стрельцова! – простодушно выдала моя спутница. – Лара, погляди-ка, не натёрла ли я мозоль на правой пятке?

Я помогла пожилой дородной даме снять чулки. На пухлых розовых пятках главного бухгалтера мозоли не наблюдалось.

– Нет, всё в порядке, – заверила я.

– Ноги так ноют, так ноют! – пожаловалась «бабушка».

– Может, ванночку для ног? А потом кремом? И спать? – предложила я.

– Это даже обязательно! А сейчас слазай-ка в холодильник. Я там шкалики видела.

– Да, что-то есть, – подтвердила я, открыв дверцу.

– Тащи сюда! Двигай журнальный столик к моей кровати и накрывай! – скомандовала бабушка. – Посмотри, может, закуска какая-то имеется?

– Шоколадки, орешки, печенюшки.

– Сгодится! А то ужин безалкогольный был, а надо бы выпить за благополучное прибытие, за весёлый денёк! А то как-то не по-нашему, не по-русски! Что думаешь? – спросила «бабушка».

– Можно! – согласилась я.

– Ну, давай, деточка, откупоривай эти чирикалки! Наливай в стаканы!

Мы пригубили по глоточку, и сразу расслабились.

– Хм, интересно! У них рухнула стена, а у нас – железный занавес! Теперь мы можем свободно ездить, куда захочется! – воскликнула «бабушка». – Ну, давай за это! Наливай!

Импровизированное застолье в русских традициях длилось недолго. Через полчаса мы уснули крепким сном счастливых путешественников.

Глава 4

Большой шоппинг в Берлине

Следующим утром Нина озадачила нас альтернативным вопросом:

– Ну, что, дамы! Вести вас по музеям или по магазинам?

Мы мечтали увидеть экспозиции берлинских музеев. Ведь в столице Германии есть что посмотреть и основательно пополнить багаж своих знаний. Хотелось легко отринуть суету сует и погрузиться в благородную атмосферу артефактов древних веков. Загадочное античное прошлое Европы будоражило воображение и манило, влекло в тишину музейных залов.

Но витрины берлинских торговых комплексов просто сводили с ума! Прошлым вечером мы, как дети, глазели на роскошные выставки товарного изобилия. За стеклом располагались такие восхитительные экспозиции, исполненные с большой фантазией, что мы едва сдерживали эмоции! Наблюдательная Нина, конечно же, подметила нездоровый блеск наших завистливых глаз.