Лана Сказ – Моя Вера (страница 12)

– Прекращай постоянно кидать свой взгляд на Исаева, – резко отметил Кирилл. – Хочу напомнить, что ты встречаешься со мной.

– Забудешь тут. Вспомни еще, что фиктивно. – Перелистнула очередной лист сценария я, продолжив читать и бросая взгляд на кучку ребят в зале. Исаев сидел рядом со Скворцовой, которая, сегодня, казалось, надела свою самую короткую юбку – шотландку.

– Вер, а почему здесь пробел? Нет слов. Будешь просто молчать? «Молчание – золото» – это я знаю. Но все же.

– Мне нужно сюда вставить душераздирающее стихотворение об учителях, чтобы все прослезились. Но я не могу такое найти, – с грустью в голосе заметила я. – Но есть палочка – выручалочка под названием фантазия. Сама напишу.

– Если нужно будет вдохновение, обращайся, помогу.

– Ты тоже пишешь? – Удивилась я.

– Пишешь – громко звучит, но рифму составить могу, – парень обернулся в сторону учеников, которые повторяли свои слова и доучивали танец. – Вот примерно так:

«Собрались в актовом зале -

Тигр, львица, попугаи!»

Я тихо захихикала и опять обратила внимание на мужественный профиль Царева. Вихор темных волос челки едва касался лба, от угла глаза расходились мимические морщинки, а на щеке появилась заметная впадинка, Кирилл веселился от души.

– Чего ржешь, Романова, я еще не закончил! Слушай дальше!

– Я вся – внимание, Царев! – постаралась убрать улыбку с лица я, но плохо получалось. Кирилл продолжил:

«Сели дружно они в ряд,

И сценарии зубрят!

Кто – то танец учит скромно,

Кто – то кистью мажет ровно!

И учитель вместе с ними

Сценарист и режиссер, декоратор, каскадер.

Хищники – другого сорта,

Сверху взором водят гордо.

Поставил точку в своем экспромте мой партнер и взглянул на меня в поисках одобрения. А я утонула в пучине его карих глаз. Он обладал мужским природным магнетизмом. Все девчонки не только нашего потока смотрели на него и пускали слюни, как собаки Павлова, поддаваясь безусловному рефлексу. И этот лакомый девчачий кусок сейчас сидел и смотрел на меня, ожидая реакции. Я подняла свои ладони и начала медленно в них хлопать. Он заулыбался и немного смутился.

– Романова, прекращай. Просто восторженных слов вполне хватит.

– Не зазнавайся, Царев! – я перестала аплодировать.– Но талант у тебя и правда присутствует.

– Твоя похвала бесценна. – Иронично подметил парень, и мы опять рассмеялись.

На нас обратили внимание все ребята. Исаев свел брови, на переносице образовалась складка.

– Товарищи ведущие, вы там текст репетируете или анекдоты рассказываете? – недобро спросил он. Мне не понравился тон, с которым были произнесены слова, адресованные нам, но польстило внимание, которое он оторвал от Скворцовой.

– Вань, да просто Кирилл делится своими талантами, чтобы я не передумала по поводу его кандидатуры на роль моего напарника. – Успокоила я Исаева и взглянула на Царева. Он что – то замышлял.

– А Вера показывала мне, как будет аплодировать, когда я произведу фурор после своего выступления на предстоящем концерте.

– Посмотрим. – Я услышала скепсис в словах друга. Потом он потерял к нам интерес, переведя внимание на парней и девушек, которые были задействованы в мероприятии.

Назревал конфликт интересов.

Глава 6.

«День учителя» начался волнительно. Ночью не могла себя успокоить. Переживала за уроки, которые придется проводить, организацию концерта, подарки учителям. Хотелось, чтобы все сложилось наилучшим образом. Вчера на нахлынувшей волне вдохновения сочинила стихотворение, которым должен завершиться наш праздник, и распечатала обновленный сценарий только для себя. Царев поддерживал меня, добросовестно выполнял мои поручения и вклинивался во все обсуждения. Скажу честно, мне было приятно его внимание. И ужасно бесило внимание Исаева к Скворцовой. Они держались как два попугая-неразлучника эти дни. Наверное, Ванька обиделся, что не взяла его в ведущие с собой.

В этот раз я не выгорела до начала мероприятия, которое обычно хотелось скорее завершить, а наоборот, была на эмоциональной волне предвкушения.

Сегодня нужно было принарядиться. Я достала из шкафа свой любимый белый спортивный костюм, с флагом России на одном предплечье и Гербом на другом. На груди, под эмблемой нашей школы была вышита надпись моего имени и фамилии. Такую форму для нас «выбила» Анастасия Владимировна в том году на областные соревнования. Директор долго сопротивлялся, ссылаясь на отсутствие бюджета, но наша Настюшка нашла нужные рычаги давления.

У меня в расписании стояло четыре урока физкультуры, два у седьмого и два у восьмого классов. Мы с Кириллом договорились провести в классах день спортивных игр. Разделили ребят на команды и после разминки играли в баскетбол и волейбол. Классы, где больше мальчиков проголосовали за игру в корзину, а где преобладал женский коллектив – ударяли слету волейбольный мяч.

С Царевым мы в стороне не остались и тоже приняли участие в играх. В волейбол я играла мастерски. Мы с Ванькой проводили много времени у нас на набережной, перекидывая мяч через сетку, установленную на песке. И даже принимали участие в летних турнирах, собирая свою команду из ребят нашего двора и класса. Царев тоже показывал свое мастерство. Глушил так, что, казалось, сейчас мяч пробьет пол и прилетит в кабинет ОБЖ к Виктору Петровичу, что находился под нами. Попасть под мяч Кирилла не хотелось никому, мы разбегались в разные стороны, закрывая головы.

– Вера Викторовна! – обратился ко мне Кирилл Сергеевич после того, как в очередной раз вторая линия не взяла мою подачу. – Пожалейте ребят, пусть подает кто – то другой из команды.

– Кирилл Сергеевич, если Вы не знали, то по правилам игры подает тот, кто вследствие перехода встал на место подающего. Вы же не стесняетесь глушить так, что по залу ходит ветер. – Ребята из моей команды гулко захихикали. Начиналось спортивное противостояние.

Я поймала себя на мысли, что с Исаевым мы всегда играли в одной команде в тандеме, никогда не сопротивляясь друг другу. Сейчас же я хочу победить Царева любой ценой. Эти обожающие взгляды, девчонок даже из моей команды, жутко раздражали. Но это и не было странным, парень и правда, был атлетично сложен и весьма симпатичен.

Ко второй половине игры мы сравняли счет, азарт затянул нас в водоворот подач, розыгрышей и голов. До конца урока оставалось десять минут, когда в дверях появились Ванька и Скворцова.

– О, вот это мы удачно заглянули! – воскликнул Исаев и на ходу начал стягивать пиджак. – Вера Викторовна, какой счет? А ну ка, малой, отдохни, дай сыграет профессионал. – Обратился он к ученику из моей команды, которого звали Миша, усадив последнего на лавку.

– Не поверишь, ничья! – возмущенно ответила я и взглянула краем глаза на Скворцову, которая вырядилась словно на подиум. Юбка – карандаш облегала так, что я слабо понимала, как она передвигает своими ножками – спичками на огромном каблуке лаковых черных лодочек. Белая рубашка была заправлена в юбку, а сверху рубашки красовался черный приталенный жилет на пуговицах. Передние локоны собраны в косичку сзади, остальная часть волос спадала почти до пояса. Даже очки в черной оправе к образу подобрала.

– Ничего, сейчас мы их раскатаем, подруга! – вывел меня от любования Скворцовой Исаев. Затем взглянул на Царева, который прожигал его взглядом через сетку. – Рита, присоединяйся! – позвал он девушку, которая в ответ покачала головой в знак отказа.

– Я лучше побуду сторонним наблюдателем, – после чего обратилась к Цареву, улыбнувшись во все свои тридцать два отбеленных зуба. – Кирилл, я болею за тебя! – тот сделал вид, что не услышал ее слов.

– А почему не за меня? – перекричал толпу недовольный Исаев.

– Ванюш, у тебя вон какая поддержка в лице Романовой, – кивнула она головой в мою сторону.

– Ты права, Ритуля, у Царева нет шансов! – гордо вскинул нос мой друг и начал готовится к игре.

Ванька передал свой пиджак Рите, которая уселась на лавку вместе с освобождёнными от физкультуры ребятами и стала следить за ходом игры. Мы с Исаевым сразу захватили преимущество в два бала и уже начали чествовать близость победы, когда Царев встал на вторую линию. Долго радоваться не пришлось, два раза заглушив мяч, после хороших подъёмов пасующих игроков, наш счет сравнялся. Но один мяч мы, все-таки, взяли, и я перешла на место подающего игрока.

– Ну, все, ребята, у вас нет никакого шанса, сейчас Великая подающая Романова разнесет вас в щепу! – засмеялся Исаев и захлопал в ладоши, подбадривая меня.

– Это мы еще посмотрим, – усмехнулся Кир. Казалось, его забавляло наше соперничество. Но в тот же момент очень нервировали замечания Исаева, или он сам. – Давай, Вера Викторовна, не подведи своего Санчо Пансо, – обратился он ко мне.

На слова Царева Исаев не повелся, не поняв, о ком тот ведет речь. Мне же нравилось, как Кирилл аккумулирует своими знаниями в разных областях, вставляя их в диалог.

Я отбила мяч об пол несколько раз, дождалась от самой себя свистка и подкинула мяч вверх. Замах, удар, гол. Счет сравнялся. Исаев закричал, вскинул руки вверх и подбежал ко мне обниматься, оторвав мои ноги от пола, начал трясти меня в воздухе, я смеялась от души.

– Рано радуетесь! – нарушил наше торжество мужской бас Кирилла. – Продолжаем игру. Вера, подавай, – назвал меня просто по имени, заняв исходное место парень.