Лана Рей – "Древняя кровь" (страница 4)
Глава 4
Лана проснулась от того, что запястье болело.Она поднесла руку к лицу. На коже красовались сине-фиолетовые следы — там, где пальцы Аарона сжали её вчера.— Не приснилось, — прошептала она.Она села на кровати, посмотрела на окно. За стеклом серело утро Нового Орлеана.Лана натянула лёгкое белое платье, которое купила прошлым летом. Короткое, с цветочным принтом. Волосы распустила, сунула ноги в кеды. Скетчбук — в рюкзак.Луиза уже гремела на кухне. Лив, как всегда, сидела в телефоне.— Ты сегодня нарядная, — заметила Лив, поднимая глаза.— Просто захотелось, — ответила Лана.Она вышла из дома, насвистывая мелодию.В школе она села на заднюю парту, открыла скетчбук и уставилась на пустой лист. Рука не рисовала.— Ты сегодня тихая, — раздалось над ухом.Лана подняла голову. Зои стояла рядом, спокойная, как всегда.— Всё нормально, — соврала Лана.— Ты врёшь, — Зои села на соседний стул. — Я вижу. Что случилось?Лана хотела отмахнуться, но что-то внутри остановило.— Потом расскажу, — сказала она. — Обещаю.Зои посмотрела на неё долго. Потом кивнула.— Хорошо.После школы Лана не пошла домой. Она заскочила в городскую библиотеку — старую, с высокими потолками и запахом пыли.— Что ищешь? — спросил библиотекарь, лысый мужик с большими очками.— Всё, что связано с городскими легендами. С вампирами.Он усмехнулся.— Подростки, — покачал головой, но кивнул на дальнюю полку. — Третий ряд, секция с краеведением.Лана нырнула в стеллажи.Через час она сидела за столом, окружённая газетными вырезками и старыми книгами. Ничего конкретного. Легенды о проклятых семьях, о странных исчезновениях, о «детях ночи», которые правят городом из тени.Одна вырезка привлекла её внимание. Пожелтевшая газета.«Труп мужчины обнаружен на Французском квартале. Шея разорвана. Свидетели утверждают, что видели блондина в чёрной куртке, исчезающего в переулке».Лана пробежала глазами статью. В конце — приписка от редакции: «Местные жители считают, что городом правит древняя кровь. Власти не комментируют».Она прочитала адрес особняка, упомянутый в статье. Французский квартал, улица Сент-Энн.Это был не её район.Вечером — смена в баре.Лана переоделась в чёрное платье, завязала волосы в хвост. Запястье всё ещё болело, но она стянула его широким браслетом.Бар наполнился к девяти. Лана разносила заказы, улыбалась, шутила. Ждала.Ник не пришёл.Вместо него в углу сидел Аарон. Один. Пил виски и смотрел на неё.Лана чувствовала его взгляд кожей. Подошла к столику.— Чего тебе?— Просто хотел убедиться, что ты в порядке, — он усмехнулся. — Рука не болит?— Ничего, заживёт.— Ты смелая, — сказал Аарон. — Или глупая. Ещё не решил.— А ты жестокий, — ответила Лана. — Или просто скучаешь.Он рассмеялся. Тихо, холодно.— Берегись, Лана. Мой брат не такой, каким кажется. Ты для него как игрушка. Зверюшка, с которой можно поиграть и выбросить.Он встал, положил на стойку купюру и вышел.Лана смотрела ему вслед. Аарон был высоким — даже выше Ника. Широкие плечи, короткие тёмные волосы, холодные серые глаза, которые смотрели так, будто раздевали тебя до костей. В его улыбке не было тепла — только насмешка и превосходство. Он двигался бесшумно, как хищник, и от него пахло так же — не смертью, а чем-то древним, опасным, что не знает пощады.Она поняла: если Ник ещё играет, то Аарон убивает. Без сомнений. Без сожалений.Особняк на улице Сент-ЭннАарон вышел из бара и свернул в тёмный переулок. Ник ждал его у старого фонаря.— Ну? — спросил Ник.— Она не боится, — ответил Аарон. — Даже после того, как я схватил её. Даже после того, как увидела мои глаза.Ник усмехнулся.— Я же говорил.— Ты говорил, что она особенная. А я говорю, что она опасная. Что-то в ней проснулось. И это что-то может уничтожить нас всех.Ник молчал. Смотрел на брата в упор.— Ты хочешь её убить.— Должен кто-то из нас быть разумным, — Аарон сделал шаг ближе. — Она не поддаётся внушению. Если об этом узнают другие... если она попадёт в руки охотников... мы все будем под угрозой. Ты понимаешь это, брат?— Понимаю.Они вернулись в особняк. Старое здание из серого камня, с высокими окнами и коваными решётками. Плющ обвивал стены, кое-где закрывая выцветшие фрески. Внутри пахло пылью и старым деревом.Гостиная была огромной. Высокие потолки с лепниной, на стенах — портреты в массивных рамах. Люстра не горела — братья не нуждались в свете. В углу — камин из чёрного мрамора, холодный, как и всё в этом доме.Мебель старинная, тяжёлая, обитая тёмным бархатом. На столике у кресла — недопитый бокал с чем-то красным, что не было вином.Аарон прошёл к камину, остановился, глядя на холодные угли.— Ты видел её сегодня, — сказал он не оборачиваясь. — Она не дрожала. Не отводила взгляд. Такие не сдаются. Такие идут до конца. А когда такая, как она, узнаёт правду о нас... что она сделает? Прибежит к охотникам? Или сама возьмёт в руки кол?Ник молчал.— Она опасна, брат. Не сейчас. Но скоро. Мы должны убрать её, пока не поздно.— Ты говоришь об убийстве, как о чистке зубов, — усмехнулся Ник.— А ты говоришь о ней, как о чём-то большем, чем просто смертная, — Аарон резко развернулся. — Она для тебя кто? Игрушка? Зверюшка, которую ты приручаешь? Или ты реально думаешь, что она может стать одной из нас?Ник молчал. Смотрел на брата в упор.— Я думаю, что она — первая за сотни лет, кто заставил меня сомневаться, — сказал он тихо.— Вот это и пугает, — ответил Аарон. — Не её сила. Твоя слабость.Он вышел из гостиной, оставив Ника одного.Ник смотрел на портрет матери на стене. Её холодные глаза смотрели в ответ.— Что мне с ней делать? — спросил он шёпотом.Портрет молчал.ЛанаДомой она вернулась поздно.Луиза уже спала. Лив уткнулась в телефон в своей комнате.Лана закрыла дверь в спальню, прислонилась к ней спиной. Комната встретила её привычным уютом. Стены мягкого серо-голубого цвета, на стенах — её рисунки.Она подошла к окну, забралась на подоконник и обхватила колени руками. За окном мерцали огни Нового Орлеана.Лана достала скетчбук и начала рисовать. Аарона. Его холодную улыбку. Серые глаза, которые смотрели сквозь неё. Широкие плечи, короткие тёмные волосы — всего несколько штрихов, но образ уже вставал со страницы.Она не знала зачем. Рука рисовала сама.Кто он? — думала Лана. Почему он злее Ника? Почему от него веет такой опасностью?Она остановилась, посмотрела на рисунок. Аарон смотрел на неё. Холодный, жестокий, хищный.Лана поняла: Ник — не самое страшное, с чем ей предстоит столкнуться.За окном мерцали огни Нового Орлеана. Ответов не было.
Глава 5
Карнавал на Французском квартале кипел.Узкие улочки были забиты людьми в масках и костюмах. С балконов свисали гирлянды золотых и фиолетовых фонариков, в воздухе пахло жареными пончиками, кофе с цикорием и джазом, лившимся из каждого бара.Лана и Зои шли сквозь толпу. Зои как всегда была спокойна, но даже её серые глаза оживились.— Ты выбрала красивое платье, — сказала она, косясь на подругу.— Спасибо, — ответила Лана, поправляя локон.Она выбрала наряд специально: платье цвета океана, открытые плечи, лиф с серебряной вышивкой — волны и звёзды. Волосы распущены крупными локонами, которые падали на плечи. На шее — кулон в виде синего цветка в серебряной оправе.Маска — синяя, бархатная, на палочке.Зои выбрала простое нежно-лавандовое платье и белую маску без украшений. Неброско, но со вкусом.— Ты сегодня словно с картины, — заметила Зои.Лана усмехнулась.— Стараюсь.Они танцевали на площади. Лана кружилась под звуки саксофона, смеялась, чувствуя себя почти счастливой. Зои стояла рядом, иногда кивая в такт, иногда касаясь её плеча — будто проверяла, что та никуда не исчезла.Но в какой-то момент Лане надоела толпа. Она отпросилась у Зои, пообещав вернуться через пять минут.— Только осторожно, — сказала подруга.— Всегда.Лана поднялась на маленький балкончик,сверху карнавал выглядел ещё красивее: огни, как звёзды, движущиеся реки людей, смех и музыка.Она сняла маску, вдохнула полной грудью.— Потерялись, мисс? — раздалось за спиной.Она не вздрогнула. Узнала голос.— Отдыхаю. А вы?Ник стоял в двух шагах. Без маски. Без карнавального костюма — в своей обычной одежде: чёрная майка, коричневая кожаная куртка, джинсы. Но здесь, в этом мире масок и огней, он выглядел чужим. И оттого ещё более притягательным.Он смотрел на неё. Внимательно. Как будто видел в первый раз.— Что? — спросила Лана.— Платье, — сказал он. — Ты... выглядишь иначе.— Карнавал, — она пожала плечами. — Можно быть кем угодно.Он усмехнулся, но взгляд скользнул ниже — на её шею. И замер.На Лане висел кулон. Синий цветок в серебряной оправе.Ник напрягся.— Откуда это у тебя? — спросил он, стараясь говорить ровно.— Что? — Лана коснулась подвески. — Эта старая цацка? Семейная реликвия. Мать подарила.— Семейная?— Ну да. Из поколения в поколение передаётся. Какая-то пра-пра-бабушка носила. А что? Ты выглядишь странно.Он не ответил. Протянул руку, но не дотронулся. Замер в сантиметре от холодного стекла.— Ник? — позвала Лана.Он отдёрнул руку.— Ничего. Просто... красивая вещь.Лана посмотрела на него внимательно. Что-то в его голосе было не так. Но она не стала давить.Лана никогда не задумывалась о происхождении кулона. Мать сказала — семейное, и ладно. Но теперь, глядя на реакцию Ника, она подумала впервые: а что, если эта старая цацка — не просто украшение?»— Пойдём, — вдруг сказал Ник.— Куда?— Танцевать.Лана хотела отказаться, но он уже протянул руку. Она посмотрела на его ладонь — бледную, с длинными пальцами. Опасно. Но почему-то не хотелось отказываться.Она вложила свою руку в его.Он спустил её с балкона прямо в толпу. Не за руку — за талию. Лёгкое прикосновение, от которого по коже побежали мурашки.Музыка играла медленную, тягучую. Саксофон стонал, пианино переливалось.Ник вёл её. Нежно, но властно. Она чувствовала его дыхание на своей шее, запах — дорогой парфюм и что-то ещё. Что-то древнее. Опасное.— Ты хорошо танцуешь, — сказала она, не поднимая глаз.— Я много практиковался, — ответил он. — В моё время это было обязательно.— В твоё время?Он усмехнулся.— Давно.Лана подняла голову. Их глаза встретились. В его — тьма, в её — вызов.— Ты странный, — сказала она.— Ты не боишься.— Это одно и то же?— Иногда.Музыка стихла. Ник отпустил её. Лана почувствовала пустоту.— Мне пора, — сказала она.Он кивнул.— Будь осторожна, Лана.Она улыбнулась и ушла в толпу.Ник остался стоять, глядя ей вслед. В голове билась одна мысль:Как этот кулон оказался у неё?Он не заметил, как с соседнего балкона за ним наблюдали. Аарон стоял в тени, скрестив руки на груди. Его холодные серые глаза следили за каждым движением брата.— Ты теряешь время, — прошептал он себе под нос. — И голову.Он смотрел, как Ник провожает взглядом синее платье, теряющееся в толпе. В его взгляде не было обычной холодности. Было что-то другое. То, чего Аарон боялся больше всего.Слабость.Аарон развернулся и исчез в темноте. Ему не нравилось, куда всё катится.Позже. Дом Ланы.Она сняла платье, распустила волосы. Села на подоконник, обхватив колени руками.В руках — кулон. Синий цветок мерцал в свете ночника.Лана провела пальцем по лепесткам. Вспомнила его взгляд. Как он смотрел на эту безделушку. Как напрягся. Как спросил: «Откуда это у тебя?»— Что ты знаешь? — прошептала она в пустоту. — Что ты скрываешь?Ответа не было.Она достала скетчбук и начала рисовать. Не карнавал. Не Ника.Женщину. Русые волосы с лёгкой рыжиной, большие голубые глаза — бездонные, как океан.Та самая, которую она видела во сне? Или просто придумала?Лана не знала. Но рука рисовала сама.За окном мерцали огни Нового Орлеана.История только начиналась.