Лана Пиратова – Бывший муж. Вы мои навсегда (страница 15)
Глаза — в глаза.
— Почему? — звучит короткий вопрос. Всего одно слово. — Почему, Инна?
Поразительно, что у него не вызывает сомнений, что Олег его сын. Он не говорит о ДНК, не спрашивает, его ли это сын. Он уверен в этом.
Наверное, в любой другой ситуации я была бы счастлива. Но не сейчас. Не с Горским.
— Какая разница? — отвечаю, отворачиваясь и сжимая пальцы в замок на коленях.
— Скажи, если бы не эта случайность, ты бы так и не сказала мне? Просто ушла бы? Опять? Как тогда?
По его голосу я слышу, что он уже не может себя сдерживать. Пытается, но привычная для злого Горского манера общения рвётся наружу. В мою сторону, разумеется.
Я молчу. Я знаю, что нет сейчас слов, которые бы он понял и принял. Что бы я ни сказала, я буду виновата. Во всём.
И я не собираюсь оправдываться. Хватит.
— Ты знала тогда, что ждёшь ребёнка? — пытает меня Горский. — Когда уходила? Знала, Инна? Ты специально это сделала, да?
— Что? — не выдерживаю. Он выводит меня на эмоции.
Не спрятаться.
— Специально забеременела от тебя? — цежу сквозь зубы.
— Бред! — ударяет ладонью по рулю. — За столько лет ты не нашла возможности рассказать мне?
В глазах — опасный блеск. Только я уже не боюсь. Уже нет, Игорь.
— Может, потому что не хотела? — приподнимаю бровь.
Я веду себя неправильно. Я злю Горского. И это ничем хорошим для меня не закончится. Но…
Он сжимает губы и рычит. С каким-то надрывом рычит. Гортанный рык вырывается, заставляя меня зажмуриться.
— Ты… — выдыхает и снова ударяет по рулю.
Громко и часто дышит. Становится страшно. За Горского. Откуда такая реакция?
Он с хрипом вдыхает и медленно выдыхает. Словно пытается успокоиться. Опять взять себя в руки.
Грудь часто вздымается и кажется, что температура в салоне резко устремляется вверх. Я вижу его напряжённые мышцы, как скулы двигаются на лице.
— Завтра ты принесёшь мне в офис документы на сына, — цедит Горский, уперевшись взглядом в лобовое стекло.
Я замираю.
— Зачем? — шепчу сухими губами.
Резкий поворот ко мне.
— Без глупостей, Инна, — каждое его слово как кинжал входит в моё бьющееся беспомощно сердце. — Документы на сына. Все.
Быстро облизываю губы, чтобы повторить свой вопрос.
Взгляд Горского тут же падает на них и он словно обмякает. Расслабляется. Или мне уже кажется?
Хмурится и отворачивается.
— Жду документы. Завтра. Иди к сыну, Инна, — произносит тихо, всем видом показывая, что не намерен больше со мной разговаривать.
Глава 18. Инна
Ночь я практически не сплю. И не потому, что Олежка тоже спит беспокойно. Он просыпается несколько раз за ночь, хнычет, но говорит, что у него ничего не болит. Потом снова засыпает.
А я не могу. Лежу, прижав к себе сына. Губами касаюсь его волос. Дышу его запахом.
Я так привыкла, что он только мой. Смогу ли я делить его с Горским?
Олег умненький мальчик и давно перестал меня спрашивать, где его папа. Наверное, когда подрос и понял, что мне неприятны такие вопросы.
Он вообще меня чувствует. Не хочет, чтобы я расстраивалась.
Утыкаюсь лицом в его макушку. И, наверное, забываюсь на пару часов на рассвете. Потому что просыпаюсь от детского плача.
Быстро открываю глаза.
— Олеж, что случилось? У тебя болит что-то? — целую его в лобик и понимаю, что он горяченный!
Ощупываю сына. Он горячий! У него температура.
Олежка лишь хнычет в ответ и трёт глазки кулачками.
Целую его.
— Сынок, полежи, я попить тебе сделаю. Горлышко болит?
Мотает головой.
— А что болит? Может, голова?
Опять мотает головой.
— Ну, хорошо, полежи. Я сейчас.
Быстро иду на кухню и ставлю чайник. Заварю ему детский фруктовый чай. Надо, наверное, врача вызвать? Позвонить на работу, что не приду…
Горский…
От мыслей о бывшем муже меня отвлекает звонок телефона. Незнакомый номер, но я отвечаю.
— Здравствуйте! — кажущийся знакомым мужской голос мягко приветствует меня.
— Здравствуйте, — отвечаю растерянно, наливая кипяток в любимую чашку Олежки. — Это кто?
— Алексей… Фёдорович. Помните?
— Нет, — отвечаю честно. — Вы извините, я не могу сейчас говорить. У меня у сына температура, — я хочу свернуть разговор с неизвестным мужиком.
— Что с Олегом?
Он знает имя моего сына?
— Вы не пугайтесь, — звучит в трубку. — Это доктор Петров. Алексей Фёдорович. Вспомнили? Я вашего сына осматривал после падения в саду.
Точно! Алексей Фёдорович! Как неудобно!
— Что-то случилось? — спрашиваю быстро.
— Что с Олегом? У него только температура или что-то болит ещё? — строго произносит доктор.
— Я не знаю… — отвечаю неуверенно. — Вчера всё хорошо было. А с утра он капризничает и температура… Вроде, ничего не болит пока. Я хотела врача вызвать на дом…
— Не надо, — уверенно звучит в трубку. — Я сейчас приеду. Я как раз еду мимо вашего района.
— Но… это как-то неудобно…
— Почему? Олег — мой пациент. Я лишь хотел… решил убедиться, что с ним всё в порядке, — он словно ищет оправдания себе. — Вы же всё равно ко мне на приём должны послезавтра прийти?